Рекс, так назвали во дворе огромную рыжую овчарку, оказался здесь совершенно случайно. Возле магазина остановился джип, два молодых человека пошли за покупками. Рекс выскочил в открытую дверь подразмяться. Вернулись они разговорчивыми и весёлыми и забыли или не захотели брать Рекса с собой. Рекс остался один. Он инстинктивно старался запрыгнуть в любой остановившийся автомобиль, но его отгоняли прочь. Чувствовал, что его ищет хозяйка; она уже расклеивала по городу объявления: «Пропала собака, мальчик, три года. За информацию о нахождении и помощь в поимке гарантировано вознаграждение в тысячу евро. Для уточнения и подтверждения собаки прошу высылать фото на указанные телефоны».

Постепенно Рекс привыкал к одиночеству, но не покидал злополучное место и быстро бомжел. Шерсть стала густой и нечёсаной, мордочка почернела, глаза были безрадостными.

Наверное, у бывших хозяев были дети, потому что Рекса привлекли звонкие голоса детворы и он пришёл на детскую площадку. Малыши гладили добродушную лохматую собаку, играли с ней и подкармливали. Жители дома, соседнего с магазином, полюбили Рекса и разрешили ему греться в подъезде. Считалось, что если утром погладить доброго пса по шерсти, то день пройдёт хорошо. Теперь Рекса подкармливали сердобольные дамы, и он раздобрел, ходил вперевалку.

В конце концов Рекса приютила семья врачей. Теперь Рекс не был бомжем, а был всеми любим, упитан и молчалив. На прогулку выходил самостоятельно, его сажали в лифт, он опускался на первый этаж и сам выходил в распахнутые двери подъезда. Гулял Рекс в основном во дворе, лежал в любимых местах, иногда общался с собаками, прописавшимися на автостоянке. Однажды Рекса чуть не увезли, пытаясь запихнуть в машину. Помогла уборщица мусора, метлой отбившая собаку от похитителей.

Иногда Рекс переходил дорогу и шёл к трём пегим псам на автостоянку, посмотреть, как они кормятся. Чужого не брал, иногда облизнётся, сглотнёт слюну и добродушно качнёт головой. Автовладельцы приносили остатки еды, любимые собаками косточки. Кроме того, они оставляли деньги на столе у охранника для покупки магазинной еды – сухого корма из цыплёнка и рыбы, консервов «Педигри».

В жаркий день собаки любили лежать под машинами и, когда еды не хватало, лаяли из-за решётки на прохожих и движущиеся по дороге автомобили. Днём собак не было видно, в период интенсивного движения они отлёживались в кустах с важным видом, а ночью переходили на экономный режим и спали, приглушив голод. Утро было самой активной порой.

В один из дней первый автовладелец пришёл с полиэтиленовым пакетом, но без кормёжки. Все три собаки побежали за ним, радостно виляя хвостами.

Однако их радости он не понял, открыл переднюю дверцу и скрылся в белом авто. Собаки вернулись к сторожке безрадостными, но не обиженными. Воробьи нашли кусочек хлеба, разом слетелись и чирикали жирно-вязкими голосами.

Три пегих пса, после того как их отловили и отняли у них кормящую «мамку», жили самостоятельно. Сначала за ними тайно приглядывали весёлые озорные девчонки, а затем они перешли за ограду охраняемой автостоянки и прописались там.

Чёрный барбос спал в густой траве недалеко от конюшни и не замечал, как перемещалась тень от дома, освещенного восходящим солнцем. Голова его лежала на лапах.

В маленькое авто, похожее на букашку, села молодая мама с крошечной дочкой. Чёрный сменил позу, свернувшись калачиком, затем лежал на боку, потом сел на задние лапы с задумчивым видом, а в последнее время занемог и лечился травой. К нему подлетели голуби, но он их не трогал. Похоже, Чёрный был служебной собакой для фермеров. До этого Чёрный жил у нерадивых хозяев в загородном доме. Его не кормили неделями, надолго уезжали, оставляя бедняжку одного, даже в морозы он был привязан к будке. От постоянных метаний цепь закручивалась так, что невозможно было попасть внутрь собачьей конурки. Чёрный быстро отощал и был обречён на смерть, но его спасла сердобольная женщина: она перепилила цепь и вывезла его в багажнике автомобиля в город, где выпустила на свободу во дворик к таким же бездомным собакам.

Белый кобель был самый независимый. Его ещё щенком привезли из-за границы, как универсальную собачонку для содержания в городской квартире и для охраны дачи, но вскоре он не стал соответствовать интересам хозяев: родился ребёнок, в квартире летающая собачья шерсть, какашки, пищевой мусор…

Его увели в Тимирязевский парк и привязали к дереву. Кто-то его отвязал, и он оказался во дворике. Он тяжело перенёс предательство, был в глубокой депрессии, апатичен и потерял аппетит. Потом стал заглядывать людям в лицо, нежно полизывать руки, один прохожий даже погладил его по головке.

Белый был умён, учтив и общителен, лишь раз он сорвался, вступил в злобную перебранку с кобелём с автостоянки. Что они не поделили, не ясно, но разбрехались до одури. Причём Белый был на одной стороне дороги, Пегий – на другой, а между ними мчались машины. И так их понесло, что они выскочили на проезжую часть дороги и, не пересекая разделительной полосы, рвались с охрипшими голосами друг к другу, но не переступали прочерченной границы.

Водители в изумлении притормаживали.

Каждый кобель отстаивал свою территорию, излюбленное место кормёжки. Белый не любил серых крыс, которые всегда посещали мусорку, а одна из них, самая алчная, могла по ночам проникать в продуктовый магазин, что приводило Белого в бешенство. Он бросался на крысу, а она скрывалась в известных ей одной проходах. Магазин – особое продуктовое место: подпорченный товар всегда попадал в контейнеры, его хватало крысам, голубям и другим промышляющим тут птицам. Белый не мог забраться в контейнер, поэтому довольствовался оброненным или оставленным съестным в пакете.

Продовольственный магазин был центром особого внимания собак; что там внутри, они догадывались по запахам из сумок и пакетов покупателей. Никто из собак не торкался носом в покупку, понимали: не своя – значит, не трогай. И чтобы не было соблазна, собаки не подходили к магазину во время его работы, в спящем режиме отлёживались в кустах. А вот вечером, когда отгуляет молодёжь, возле припаркованных машин всегда можно найти что-то съедобное.

Запах пива собакам не нравился. Мимо множества пустых бутылок, рядами выставленных молодёжью, собаки старались не проходить. И без прочтения надписей было ясно, что их содержимое наносит вред здоровью. Молодёжь тусовалась, а собаки слушали и присматривали за говорящими. А может, просто следили, когда из расслабленных рук что-то падало. Очень часто сыпались сигареты, зажигалки, пробки, упаковочная мишура. Белый был ближе всех к шумной толпе и замечал, как падали недоеденная булка, кусочек колбасы, конфетка. По праву самого умного он первым мог взять высмотренную добычу.

В это время Чёрный наблюдал за двумя солидного вида мужчинами, встретившимися у магазина и свернувшими за угол, в укромное, потаённое от бдительного полицейского место, под вязами. Почуяв запах колбасы, Чёрный раздул ноздри, заёрзал лапами и зашевелил вытянутым, как палка, хвостом. Он узнал мужчин и был уверен, что они оставят ему кусочек. Один уже подхмелел и, будто упёршись струёй в землю, по-собачьи пометил место своего присутствия. Второй взял пустую бутылку и запустил в кусты, где сидел Чёрный.

Бутылка, прокрутившись пропеллером, ударилась о ствол дерева, упала на землю, свистнула воздухом в горлышке, но не разбилась. По спине Чёрного пробежала волна нервного тика.

В этот раз мужики оставили кусочки плавленого сыра и хлеб. Чёрный схватил их и проглотил сразу.

Около магазина и в окружавшем его дворике круглый год можно было находить пропитание. Зимой было сложней, приходилось греться на чугунных люках теплотрассы, а весной и осенью – на солнечных пятачках.

Жить среди людей можно, если приноравиться к ним. Главное, не гадить в приличных местах, не злобиться, не лаять, не скулить, а найти свою нишу и быть хоть чем-то полезным людям, угадывать их намерения и пожелания.