— Врешь.

— Немного вру. Но было бы красиво.

— Красиво было бы, — сказала Нора, натягивая тетиву пальцами и слушая звук, — если бы мы ели каждый день, а щиты не разваливались посреди боя. — Она отпустила тетиву. — Список у меня длинный. Времени мало.

Дэн сидел, привалившись к стене, и смотрел на свои руки.

Они у него все еще подрагивали, и он это видел, и держал их на коленях так, чтобы не бросалось в глаза.

— У меня руки трясутся, — сказал он наконец. — Второй час.

— Знаю, — сказал Костя.

— Это плохо?

— Это нормально. — Костя подумал и добавил: — У меня в первый день трясло два дня.

Дэн посмотрел на него.

— Так не бывает.

— Ты понял, что я сказал.

— Понял, — сказал Дэн и почему-то успокоился именно с этого.

Бьорн, кажется, задремал. Он сидел с открытым ртом, привалившись к камню, и дышал глубоко, и Костя дал ему эти секунды и не окликнул.

Нора сидела прямая, с луком на коленях, и глаза у нее были открытые, но такие уставшие, что казались полузакрытыми.

Костя сидел последним у выхода из отрога, лицом в темноту, и слушал, не идет ли снова тот влажный звук.

Не шел.

Он подумал, что за весь этот день они не сидели без движения дольше двух минут.

Он дал им десять.

— Встаем, — сказал он потом. — Дальше он не звучал, значит, ушел, а не остановился.

Бьорн открыл глаза сразу, будто и не спал.

— А если остановился?

— Тогда узнаем, — сказал Костя.

Явира поднялась первой и пошла в коридор, не оглядываясь, и полоска вяленого так и осталась лежать на камне.

Бьорн, проходя, подобрал ее и сунул назад в мешок.

Лысый догнал их у третьего колодца, и Костя услышал шаги и развернулся, и они вышли из галереи.

Их было пятеро.

Лысый впереди, с алебардой, левая рука уже без перевязи. Чернокнижница в сером за ним, и хромала она заметно. И трое новых, и один из этих трех был со светящимся мечом.

Костя увидел синий отсвет и в первую секунду решил, что это Сивый, и оказался неправ. Это был другой человек, помоложе, худой, и меч у него был короче и светил слабее, и Костя понял, что легендарки бывают разные.

— Спаситель, — сказал лысый.

— Здорово.

— Хорошо идешь, — сказал лысый. — Мы за тобой три уровня по выжженному прошли. Ты плесень пожег, ты потолок пожег. Спасибо тебе, я не шучу.

— Пожалуйста.

— Только вы там наверху не все дочистили, — сказал лысый. — В том зале с мешками. Мы через него шли, и оттуда, из дальнего конца, вылезло. Большое. И оно у меня забрало человека.

— Мы его слышали, — сказал Костя. — Мы от него ушли.

— Вы от него ушли, а мы в него влезли, потому что шли по вашим следам и думали, что за вами чисто. — Лысый сказал это без злобы. — Оно подняло Гундоса и унесло в мешки, и я его слышал минуты две. Так что нас теперь пятеро.

— И вот теперь давай поговорим, — сказал лысый. — По-хорошему пока.

— Говори.

— У нас с тобой одна беда, спаситель. Внизу сидит тот, с кого дают сундук каждому, кто участвовал. Слово «участвовал» ты понял?

— Понял.

— Значит, нам обоим надо там быть. И значит, нас там будет девять. — Лысый переложил алебарду. — А теперь думай. Ты его вчетвером не возьмешь. И я его впятером не возьму, я не дурак и я это знаю.

— И что ты предлагаешь?

— Идем вместе. Валим его. Сундуки каждый свой, тут делить нечего. Двести искр за задание пополам, вам сто, нам сто. Дроп поровну.

Костя посмотрел на своих.

Бьорн смотрел на алебарду. Нора смотрела на чернокнижницу и держала стрелу на тетиве, не поднимая лука. Дэн стоял слева, со старым щербатым ножом.

— Ты у меня в мертвом лесу отобрал жетон, — сказал Костя.

— Отобрал.

— И твой человек убил моего носильщика.

— Убил, — сказал лысый. — И твой пацан убил моего ассасина, а твоя баба положила моего воина стрелами и мне бок продырявила, и ты меня после этого залечил за две железки. Мы с тобой квиты, спаситель, я это давно вывел.

Костя думал недолго.

Он думал не про то, доверять ли лысому. Тут думать было нечего.

Он думал про то, что тварь внизу четырнадцатого уровня, а у них десятый, и что вчетвером они ее не возьмут. И еще про то, что у Бьорна теперь три часа пустые, и что эти три часа лысому знать незачем.

— Ладно, — сказал он. — Идем вместе.

— Вот и хорошо.

— С одним условием. Впереди идем мы. Как шли.

Лысый засмеялся.

— Да иди ты впереди, милый, — сказал он. — Мне так даже лучше.

Четвертый колодец шел вниз долго, и они спускались двумя группами, и Костин отряд шел первым.

На середине спуска Нора шепнула ему в спину:

— Он нас положит внизу.

— Знаю.

— Он подождет, пока тварь сдохнет и упадут сундуки, и положит.

— Знаю.

— И что ты будешь делать?

— То же, что он, — сказал Костя. — Только раньше.

Дно колодца вывело их в коридор, и коридор был низкий, и по нему пришлось идти согнувшись.

И вот в этом коридоре все и случилось, и случилось раньше, чем Костя рассчитывал.

Он шел четвертым, потому что впереди шли Бьорн с факелом, потом Нора, потом Дэн, и он замыкал своих и потому оказался ближе всех к чужим.

И потому он услышал, как сзади вытягивают железо.

Он не стал разворачиваться.

Он присел и ударил назад локтем, и попал во что-то, и услышал, как оно охнуло.

— СЗАДИ! — заорал он.

Здоровый мужик с топором на короткой рукояти достал его первым.

Он бил сверху вниз, коротко, без замаха, как бьют в тесноте люди, которые в тесноте дрались много раз, и топор вошел Косте в грудь и не дошел до тела на палец.

(Стеганый доспех келейника. Прочность: 4/10 → 2/10.) (Противник нанес урон вашему отряду.) («Меч поручителя»: удар наносит вдвое.)

И вот тут Костя перестал беречь меч.

Он шагнул под топор, а не от него, и ударил снизу вверх, от бедра, вкладывая в удар и разворот, и плечо, и всю ту злость, которую копил с первого зала.

Клинок вошел мужику под левую руку и вышел у ключицы с другой стороны.

Он прошел через ребра, через все, что было между ребрами, и через плечевую кость, и мужик еще стоял, а верх у него уже поехал вбок, отдельно.

Он не закричал. Он выдохнул один раз, длинно, и это был самый тихий звук из всех, что тогда были в коридоре.

Потом он сложился на камень в двух местах, и топор упал рядом, и в тесноте сразу стало горячо и мокро.

(Выбыл: Семен. Класс: Варвар. Уровень 10.)

Костя стоял, забрызганный до глаз, и первый раз за четыре дня понял, что за штуку ему выдали на восьмом этаже.

А второй в это время пошел на Дэна.

Это был тот, со светящимся мечом.

Он был быстрее всех в этом коридоре, и он знал, что делает, и он ударил Дэна снизу, и Костя увидел синюю полосу в темноте и понял, что не успеет.

Он поднял руку и не смог.

(«Ты не один» уже было применено. Недоступно.)

Дэн увидел клинок раньше, чем понял, что видит его.

И в ту же секунду перед ним встали две строки, которые он два дня откладывал, потому что ему сказали «потом» и «внизу».

(Вам предложено два пути. Выберите один. Второй будет утрачен.)

(«Шаг сквозь». Раз в бой. Мгновенно уйти на несколько шагов от противника, на секунду став почти невидимым. Разрывает контакт.)

(«Три удара». Раз в бой. Три быстрых удара подряд в одну точку. Каждый следующий сильнее предыдущего.)

Позади у него была стена.

Он это знал раньше, чем дочитал, и выбор случился сам, до того, как система успела спросить второй раз.

(Выбрано: «Три удара». «Шаг сквозь» утрачен.) (Пассивно: «Крайняя стена». Когда позади нет пути к отступлению, ваш урон в ближнем бою повышен.)

Пацан не отпрыгнул.

Он шагнул вперед, под руку, вплотную, туда, где длинный меч перестает быть мечом и становится палкой, и ушел с линии на полшага, и оказался у человека под мышкой.