На кухне царила уютная утренняя тишина. Нагретый солнцем деревянный пол, тихий тикающий ритм настенных часов и мягкий аромат свежезаваренного чая — всё здесь располагало к умиротворению и отдыху. Папа ещё до того, как Ая встала, уехал по делам в город, так что за столом осталась только мама. Она неторопливо потягивала чай из своей любимой керамической кружки и что-то просматривала в планшете.

— Доброе утро, мам, — пробормотала Аяна, потягиваясь и проходя к кухонному гарнитуру.

— Доброе утро, милая, — мама подмигнула дочери и пододвинула к ней тарелку с еще горячей овсянкой. — Как спалось?

— Замечательно, если не считать того, что Ньютон решил использовать мои ноги в качестве подушки, — улыбнулась Ая, усаживаясь напротив и берясь за ложку.

Несколько минут они сидели молча: девушка с аппетитом ела кашу, а мама наблюдала за ней через край кружки.

— Каковы планы на сегодня? — ненавязчиво поинтересовалась она у дочери, сделав очередной глоток. — Думала съездить на рынок за свежими ягодами, может, составишь компанию?

Аяна на секунду замерла с поднятой ложкой, а затем опустила взгляд в тарелку, неловко поведя плечом.

— Ну... на рынок я бы с радостью, но чуть позже, — пробормотала она. — Сейчас Маркус придёт. Нам... нужно кое-что обсудить. Серьёзно.

Мама лишь хитро улыбнулась, понимающе прищурилась, но расспрашивать не стала и отмахнулась:

— Ну ладно-ладно, иди. Разбирайтесь со своими «серьёзными» делами, ягоды и до вечера подождут.

Они проболтали ещё какое-то время, легко перескакивая с темы на тему: обсудили, что приготовить к приезду отца, который обещал вернуться к обеду с покупками из города, и решили вечером устроить семейный ужин на террасе, если спадёт жара. Аяна быстренько помыла за собой посуду, вытерла столешницу и снова присела к маме за стол, крутя в руках чашку с остывающим чаем.

Личный комм коротко завибрировал — уведомление с текстом от Маркуса: «Я у калитки».

Аяна встала из-за стола, благодарно улыбнулась маме и пошла открывать. Проходя мимо большого зеркала в прихожей, она на секунду замерла и окинула себя взглядом. На ней был мягкий, уютный оверсайз-лонгслив нежного пастельного оттенка и удобные домашние брюки, а волосы она наскоро собрала в слегка растрёпанный, но аккуратный пучок на затылке. Образ получился простым, домашним и, что было важнее всего, удобным.

Оставшись довольной своим видом, девушка сделала глубокий вдох и вышла во двор. Почти сразу за спиной раздался знакомый, подозрительно тихий шорох — кто-то очень старательно пытался красться следом. Аяна обернулась и увидела Ньютона, который шествовал за ней с самым невинным видом.

​— И ты тут как тут! — с улыбкой качнула головой девушка, огладив пса по мягким ушам. — Ладно, пойдём, охранник.

​Они сидели на заднем дворе дома её родителей, у небольшого деревянного стола в тени развесистой яблони. Это было её условие: под присмотром, но при этом в неком уединении. Единственным непредсказуемым фактором стал Ньютон. Он увязался вслед за ними и сел около ног хозяйки, по-прежнему подозрительно кося взглядом на Маркуса. Вроде и не нападал, но и особо дружелюбно настроенным пёс не выглядел, время от времени издавая едва слышное, предупреждающее урчание — каждый раз, когда Маркус, по его мнению, оказывался слишком близко.

​Маркус выглядел куда лучше, чем вчера: свежий, умытый, но всё такой же напряжённый и бледный, с тёмным взглядом.

— Аяна... Я даже не знаю, с чего начать, — тихо произнёс он, сцепив пальцы в замок и глядя ей прямо в глаза. — Всё началось совершенно глупо. В сети мы с Айсой встретились случайно, ты всё это знаешь сама, ведь это и твой проект тоже — система просто подобрала нас друг другу по совпадению интересов. Я воспринимал это как безопасную отдушину, ведь был уверен, что мы никогда не пересечёмся в реальности. Просто собеседник, просто друг...

Он сделал паузу, подбирая слова, и чуть подался вперёд:

— Параллельно в офисе я видел тебя. Симпатия появилась ещё пару месяцев назад, когда я только вступил в должность, но я глушил это в себе — статус руководителя обязывал. А потом случился тот инцидент с вакциной... Когда я нёс тебя на руках к тебе домой, я до смерти испугался вновь вспыхнувших чувств. Испугался того, как сильно ты меня задеваешь и как легко я, оказывается, поддаюсь тебе. И, что важнее, хочу поддаваться. Я попытался отдалиться, чтобы вернуть контроль, но, как ты прекрасно помнишь, только сделал хуже. Пожалел об этом моментально.

Маркус глубоко вздохнул, и в его голосе прорезалась горечь:

— А потом, когда я успокаивал Айсу в симуляции после нашего конфликта... в какой-то момент пазл просто сложился. Я в тот раз сбежал из виара, ринулся проверять догадку и сам нарушил протоколы безопасности и конфиденциальности, которые лично утверждал. Когда я понял, что Айса — это ты... Да, я признаюсь: я попытался использовать это, чтобы стать лучше для тебя. Да, это было подло, прости меня, — он виновато посмотрел на девушку. — Я узнавал через твои слова в виаре детали, твои мысли, чтобы понравиться тебе в жизни. Но я поклянусь чем угодно — я никогда не использовал бы это во вред...

— Почему ты просто не рассказал мне? — перебила она, прерывая его оправдания. — К чему были эти прятки? Мы могли спокойно выяснить те же детали, просто поговорив.

— Я хотел! Правда хотел, Ая. Искал подходящее время...

— Прошло не одна и не две встречи, Маркус! — возмущённо воскликнула девушка, подавшись вперёд и обвиняюще упёршись пальцем ему в грудь. — Десять встреч в виаре! И за всё это время ты не мог найти пару секунд, чтобы сказать правду?

— И как ты это себе представляешь? — Маркус подался навстречу, подавляя вспышку эмоций в голосе. Он попытался взять её за руку, но Ньютон тут же угрожающе и тихо зарычал.

Маркус на секунду замер и с досадой посмотрел на ньюфаундленда:

— Извини, ну а как ещё? Мне её вообще касаться нельзя?

Аяна не удержалась и тихо фыркнула от смеха, сбитая с толку этой короткой перепалкой между ним и псом. Маркус же, воспользовавшись этой секундой, вздохнул и вернулся к разговору:

— «Привет, Айса, я знаю, что ты Аяна»? Симуляция просто не дала бы нам назвать реальные имена, протокол безопасности моментально заблокировал бы канал!

— А в жизни? — с нажимом спросила она, не отступая. — Почему ты не сказал в нашей реальности? В офисе, в коридоре, где угодно? Да мы были на двух свиданиях, Маркус!

— Да потому что мы только-только начали сближаться! — выдохнул он, и в его голосе проскользнула досада. — Только-только ты начала мне доверять, открылась, перестала видеть во мне только сухого босса... И тут я со своим заявлением, что всё это время мы были знакомы под чужими масками? Ты бы просто закрылась от меня навсегда!

— А так ты прям угадал время, да? С идеальным моментом для правды? — уже без обиды, но с лёгкой иронией подколола она, чуть склонив голову набок и внимательно изучая его лицо.

Маркус грустно улыбнулся, глядя на неё с такой нежностью, что у Аяны внутри что-то дрогнуло.

— Ну уж как получилось... — тихо ответил он, не отводя взгляда. — Я искренне извинился и буду извиняться столько, сколько потребуется, чтобы ты меня простила. Мне правда жаль, что всё вышло именно так, Ая. Я не хотел тебя задеть.

Аяна посмотрела на его серьёзное, чуть осунувшееся лицо, на эту открытость, которую она так долго хотела видеть. Злость, которая ещё пару минут назад казалась незыблемой крепостью, начала стремительно таять. Она понимала, что он действительно прошёл через многое, чтобы оказаться здесь, у неё на заднем дворе, и признаться во всём — даже в своих страхах.

— Не надо уже... — буркнула она, старательно надув губы, пытаясь сохранить вид обиженной, хотя уголки губ всё же предательски поднимались в едва заметной улыбке.

Ньютон, почувствовав, что напряжение спало, глухо вздохнул, положил тяжёлую морду на лапы и наконец перестал рычать, только лениво повёл ухом в сторону Маркуса, словно давая своё молчаливое разрешение на продолжение диалога.