Судя по глухому удару туши о косяк и тяжелому сопению, Ньютон мамины просьбы не очень вежливо проигнорировал. Дверь щёлкнула и слегка приоткрылась. В щель тут же просунулся огромный розовый нос, за которым почти сразу показалась вся внушительная голова ньюфаундленда.

Увидев, что девушка не спит, а просто лежит на кровати, мама сдалась и шире открыла дверь:

— Ой, ты уже проснулась? А этот медведь, представляешь, как только учуял твой запах и понял, что ты в доме, сразу рванул наверх, еле удержала!

Ньютон, не дожидаясь приглашения, радостно ухнул, в два шага преодолел остаток комнаты и с размаху обрушился лапами на край кровати, заставив матрас ощутимо просесть. Оказавшись в опасной близости, лохматый гигант тут же попытался лизнуть Аяну прямо в нос.

— Ньютон! — рассмеялась девушка, закрываясь от мокрого языка и зарываясь пальцами в его густую, тёплую шерсть. — Фу, ну хватит! Я тоже скучала, лохматый ты мой!

Мама стояла в дверном проёме, с улыбкой наблюдая за этим утренним хаосом, и качала головой.

— Ну всё-всё, Ньютон, дай ей хотя бы встать! — с лёгким смешком проговорила она, подходя ближе и трепля пса по загривку. Затем наклонилась и тепло поцеловала Аяну в макушку. — Доброе утро, милая. Как же хорошо, что ты наконец-то дома... У тебя вчера с дороги был совсем уставший вид. Всё точно в порядке?

— Всё хорошо, мам, правда, — мягко ответила Аяна, обнимая её одной рукой, пока второй отбивалась от настойчивых попыток Ньютона уткнуться мокрым носом ей в подбородок. — Просто перелёт был тяжёлый, да и поспать нормально не получилось.

— Ладно-ладно, верю, — вздохнула мама, но допрашивать дальше не стала, за что Ая была ей безумно благодарна. — Давай умывайся, приводи себя в порядок и спускайся вниз. Папа уже жарит твои любимые сырники, а кофе почти готов. И захвати этого разбойника с собой, а то он теперь от тебя ни на шаг не отойдёт.

Минут через двадцать Аяна уже сидела за большим деревянным столом на террасе. Завтрак прошёл тепло и по-домашнему: сырники у папы получились идеальными, а домашнее варенье и свежесваренный кофе окончательно вернули чувство, что она дома.

Когда с едой было покончено, Аяна поднялась из-за стола и потянулась:

— Я, пожалуй, чуть позже прогуляюсь. Хочу немного проветрить голову.

— О, возьми с собой этого лохматого! — папа кивнул на Ньютона, который тут же оживился и закрутил хвостом, выбивая дробь по полу. — А то у нас с мамой из-за этого огорода и ремонта в сарае всё руки не доходят с ним нормально побегать. Соскучился парень по хорошим прогулкам.

Ая улыбнулась и кивнула. Спустя пару часов, пока полуденная жара ещё не началась, они отправились в лес.

Лес встретил Аяну звенящей тишиной и свежим, пьянящим воздухом. Прогулка с действительно верным другом действовала лучше любого успокоительного: пёс увлеченно носился между деревьями, периодически утыкаясь носом в опавшую хвою, а Ая просто шла по протоптанной тропинке, пытаясь упорядочить мысли и наконец насладиться долгожданным покоем.

Спустя ещё около получаса они дошли до небольшого лесного озера. Вода в нём была зеркально-чистой и темной, отражающей верхушки высоких сосен и плывущие облака. На берегу, среди гладких каменных валунов и мягкого моха, царила абсолютная безмятежность — лишь камыш тихо шелестел от редких порывов ветра.

Довольно быстро отдохнув, они повернули обратно. Пройдя сквозь густую полосу деревьев, Аяна вышла на узкую мощеную дорожку, ведущую от лесного массива прямо к воротам родительского дома, и тут же замерла.

На дорожке стоял Маркус.

Девушка на мгновение затаила дыхание, не веря собственным глазам. Он выглядел... совсем не так, как привычный, всегда безупречно собранный руководитель в идеальном костюме. Простая тёмная футболка, слегка измятая куртка, тёмные тени под глазами от явно тяжёлого перелёта и бессонной ночи, а на челюсти пробилась тёмная, едва заметная щетина. Он казался невероятно уставшим, но, встретившись с ней взглядом, мгновенно выпрямился.

Ньютон, почувствовав чужака, глухо ухнул и сделал шаг вперёд, настороженно натянув поводок.

— Ньютон, сидеть, — строго скомандовала Аяна.

Пёс отлично знал команды и безукоризненно слушался: несмотря на явно выраженное недовольство чужаком, он уселся на сухую траву, хотя и продолжал глухо, предупреждающе урчать.

— Тише, тише, всё хорошо, — Аяна мягко провела ладонью по его загривку, успокаивая пса и одновременно выигрывая себе пару секунд, чтобы справиться с шоком.

Первой реакцией была вспыхнувшая волна непонимания и совершенно неуместного, как ей казалось, тепла где-то в груди. Она уехала за сотни километров, чтобы сбежать от этой ситуации и выстроить дистанцию, а он просто взял и прилетел след в след!

Отбросив мысли о субординации и решив даже не пытаться переходить на формальное «вы», Аяна сделала шаг навстречу и спросила удивлённо:

— Маркус? Что ты тут делаешь?

Маркус окинул её быстрым, цепким взглядом, будто проверяя, всё ли с ней в порядке, и тоже сделал осторожный шаг навстречу. Когда он заговорил, его голос звучал низко и хрипло от накопившейся усталости:

— Ая... Я приехал за тобой.

— О чём ты говоришь? — Аяна нахмурилась, отступая на полшага назад и крепче перехватывая поводок Ньютона. — За мной? Маркус, я улетела, чтобы спокойно всё обдумать. Да, тот файл, который ты так удачно мне отправил, сыграл в этом не последнюю роль. Мне просто нужно проветрить голову и время, чтобы вообще понять, как на всё это реагировать.

Маркус поморщился, словно от физической боли, и медленно провёл ладонью по лицу, окончательно взъерошив и без того растрёпанные волосы.

— Ая, чёрт возьми... Я облажался, — выдохнул он, глухо и искренне. — Я правда не собирался скидывать тебе эту выгрузку. Я пересматривал логи для себя. Пытался понять... где и когда упустил момент, чтобы сказать тебе всё лично, без всей этой лжи и виара. А потом просто промахнулся чатом, когда пытался сохранить архив в «Избранное».

Он сделал ещё один осторожный шаг к ней, останавливаясь на безопасной дистанции, чтобы не провоцировать чутко следящего за каждым его движением ньюфаундленда. В его взгляде не осталось и следа привычной уверенности руководителя.

— Я прилетел не за тем, чтобы оправдываться за логи. Я приехал, потому что ты просто исчезла, а я не могу оставить всё вот так. Я знаю, что ты уже надумала себе самое худшее. Дай мне хотя бы десять минут. Выслушай меня, а потом... если ты скажешь мне уйти, я уйду.

Девушка молча смотрела на него. На его помятую куртку, на темные круги под глазами, на нескрываемую усталость и эту отчаянную готовность объясняться прямо здесь, на пыльной лесной дорожке. Вся её вспыхнувшая было защитная обида наткнулась на этот его абсолютно обезоруженный вид.

— Где ты остановился? Здесь нет отелей и гостиниц, — тише спросила она, слегка ослабив натяжение поводка и чувствуя, как внутри всё сжимается от растерянности.

— Забронировал и снял дом недалеко отсюда, буквально по соседству, сделал это перед полётом, пока ждал рейс, — сразу же откликнулся Маркус, услышав малейшую перемену в её тоне.

Аяна молча вглядывалась в его лицо, замечая каждую деталь: нахмуренные брови, сжатые в напряжённую линию губы, ссутулившиеся от усталости плечи. Он прилетел сразу за ней, не задумываясь, и выглядел сейчас как человек, находящийся на грани полного истощения — и физического, и эмоционального.

Вся её заготовленная броня, выстроенная из обиды и желания сбежать, дала ощутимую трещину. Выяснять отношения прямо сейчас, когда он валился с ног от усталости, а у неё самой всё ещё путались мысли, казалось абсолютно бессмысленным.

— Понятно, — Аяна вздохнула и качнула головой. Почувствовав, как хозяйка расслабилась, Ньютон рядом прекратил урчать и просто уставился на незнакомца, слегка наклонив лохматую голову. — Давай ты сначала нормально отдохнёшь с дороги. Умоешься, поспишь. А потом мы поговорим. Завтра. Не сегодня.