Кассиан, вероятно, сделал это сам.

Или человек, пришедший между Мелом и Ремисом.

— Вы встречали кого-нибудь в коридоре, когда уходили?

— Секретаря канцлера.

Я подняла глаза.

Ариан спросил:

— Какого именно?

— Господина Тирна.

— Он шел к Кассиану?

— Не знаю. Он двигался в ту сторону.

— Вы здоровались?

— Да.

— Он ответил?

— Кивнул.

— Во сколько это было?

— Перед девятым ударом. Может быть, минут за десять.

Ариан записал имя.

Я ничего не сказала.

Канцлер пока был человеком, которого мы знали только как главу администрации. Его секретарь в коридоре дворца не был сенсацией.

Но факт оставался фактом.

— Еще кого-нибудь видели?

— Нет.

— Теперь вернемся немного назад, — сказала я. — Вы уверены, что два бокала были чистыми?

— Да.

— Чем их мыли?

Мел явно не ожидал вопроса.

— Как обычно. Горячая вода, песок для стекла, потом ополаскивание.

— Кто мыл?

— Утренняя смена.

— После этого бокалы где хранились?

— В шкафу буфетной.

— Шкаф запирается?

— На ночь.

— Днем?

— Нет.

— Туда может войти любой дворцовый слуга?

— Теоретически да, но что им там делать?

— Пока не знаю.

Он выглядел все более встревоженным.

— Я ничего не добавлял в вино.

— Я вас не обвиняла.

— Но яд ведь был в бокале?

В комнате стало тихо.

Я посмотрела на Ариана.

Эта информация не должна была свободно ходить по дворцу.

— Кто вам сказал об яде? — спросил он.

Мел сразу побледнел.

— Никто.

— Вы только что спросили, был ли яд в бокале.

— Я слышал...

— От кого?

Мел опустил взгляд.

— На кухне говорили.

— Кто первым?

— Не знаю.

— Постарайтесь вспомнить.

Он нервно потер ладони.

— Утром старший повар сказал, что принца не зарезали, а отравили. Потом все начали обсуждать.

— Откуда старший повар узнал?

— Не знаю.

Ариан вызвал офицера.

— После допроса Мела привести старшего повара. И выяснить, кто сообщил ему причину смерти. Эта информация не должна была покинуть следственную группу.

Офицер кивнул.

Мел выглядел так, будто хотел провалиться под стол.

— Я никому ничего не рассказывал, ваше высочество.

— Я этого и не сказал.

Я подождала, пока напряжение немного спадет.

— Последний вопрос. Человек из медицинского крыла, который принес флакон. Вы сможете узнать его?

— Думаю, да.

— Не «думаю». Если покажут несколько людей, вы сможете сказать, кого точно помните, а кого нет?

Он задумался.

— Лицо помню хорошо. У него был шрам возле уха.

Это уже можно было проверять.

Мела увели.

Я посмотрела на свои записи.

— У нас появляется временная линия.

Ариан подвинул лист ближе.

Я начала писать крупнее.

— Около восьми пятнадцати Кассиан возвращается с ужина. Перед этим он ждет новости из архива и кого-то из Королевской канцелярии.

— Да.

— Около восьми сорока заказывает вино на двоих.

— Или просто два бокала.

— Верно. Не будем предполагать гостя автоматически. Хотя он уже знал, что Лиара может прийти.

— Продолжайте.

— Мел готовит поднос. В буфетной вино находится только в графине. Оба бокала пустые. К подносу добавляют флакон, якобы присланный Эваном.

— Через человека из медицинского крыла.

— Да. Мел доставляет все Кассиану примерно без десяти девять. Принц говорит «наконец-то», значит, вероятно, действительно ждет что-то медицинское.

— Или знает, что ему должны прислать другой препарат.

— Хорошее замечание.

Я дописала знак вопроса возле флакона.

— После Мела в коридоре видят секретаря канцлера Тирна. Мы пока не знаем, куда он шел.

— Потом Ремис заходит к Кассиану около девяти.

— На столе уже налиты два бокала. Кассиан пьет из одного. Чувствует слабость, жалуется на духоту, хотя отказывается открыть окно из-за холода.

— Противоречие.

— Не обязательно. При нарушении терморегуляции человек может одновременно чувствовать внутреннюю слабость и холод. Но это хорошо совпадает с описанным Эваном действием арканита.

— Дальше Ремис выходит и встречает Лиару с зеленой папкой.

— Да. Значит, к моменту появления Лиары Кассиан уже, вероятно, выпил отравленное вино.

Я отложила перо.

Это меняло одну важную вещь.

Если время было точным, Лиара не могла подсыпать яд в первый бокал до того, как Кассиан начал пить.

Она еще не пришла.

Ариан понял это одновременно со мной.

— Если Ремис не ошибся.

— Именно.

— Его показание надо проверить.

— Салфетка поможет установить, действительно ли он был в кабинете после того, как принц начал пить.

— И время?

— С временем сложнее. Но можно проверить маршрут. Когда он вышел, он встретил Лиару. Возможно, кто-то еще видел их в коридоре.

Ариан поднялся.

— Следующий — караульный западной галереи.

Сайлас Брен оказался тем самым человеком, который накануне утверждал, что видел меня в красном платье.

Ему было около сорока. Военный, уверенный в себе, с той категорией памяти, которая всегда доставляла следователям больше работы, чем откровенно растерянные свидетели.

Он сел и сразу заявил:

— Я точно видел леди Морвен около девяти. Она шла к покоям принца.

— Хорошо, — сказала я. — Расскажите без моих подсказок.

— Она прошла через западную галерею. Была одна. В красном платье и темном плаще.

— Что держала в руках?

Он задумался.

— Ничего.

— Вы разговаривали?

— Я пожелал доброго вечера.

— Она ответила?

— По-моему, да.

— Какими словами?

Сайлас помолчал.

— Не помню.

— Насколько близко она прошла?

— В трех шагах.

— Освещение?

— Лампы горели.

— Сколько?

— Все.

Ариан поднял взгляд.

— В западной галерее вчера не горели две лампы у окна. Их сняли утром на ремонт.

Сайлас замолчал.

— Я мог не заметить.

— Конечно, — сказала я. — Это нормально. Теперь о платье. Вы уверены, что оно было красным?

— Да.

Я повернулась к офицеру.

— Принесите сверток.

Через минуту на стол положили мое платье, упакованное в чистую ткань.

Я не позволила разворачивать испачканную часть. Достаточно было рукава.

— Это платье вы видели?

Сайлас посмотрел.

— Возможно.

— Оно синее.

— При желтом свете могло казаться темнее.

— Красным?

Он нахмурился.

— На ней был плащ. Я видел только часть.

— Какого цвета плащ?

— Черного.

— У Лиары был черный плащ? — спросила я Ариана.

Он уже проверил опись.

— В ее сумке нашли темно-серый.

Сайлас начал раздражаться.

— Я не торговец тканями. Женщина была леди Морвен. Я ее узнал.

— Я не спорю, что вы могли узнать лицо. Мне важно другое. Откуда вы знаете, что это произошло около девяти?

— Часы пробили.

— До или после того, как она прошла?

— После.

— Сразу?

— Да.

— Один удар или девять?

Он посмотрел на меня как на идиотку.

— Девять.

— Башенные часы?

— Да.

Ариан заглянул в журнал.

— Западная башня вчера отставала на шесть минут. Об этом есть запись часовщика.

Сайлас окончательно потерял уверенность.

— Я этого не знал.

— Вы и не должны были, — сказала я. — Но теперь время вашего наблюдения смещается.

Он нахмурился.

— Значит, я ошибся на шесть минут. Это ничего не меняет.

— Возможно. Но вы уже ошиблись с освещением, цветом платья и точным временем. Поэтому я не стану считать надежным тот факт, что в ее руках ничего не было.

— Вы хотите сказать, что я все придумал?

— Нет. Я хочу сказать, что вы видели женщину, которую считаете Лиарой Морвен, в западной галерее примерно в районе девятого часа. Все остальное нужно проверять отдельно.