Лорен перестал застегивать папку.

Норен подошел с другой стороны.

— Боль?

— Страх. Очень много. Они не понимают, почему делают то, чего не хотят.

С улицы донесся драконий рев.

На этот раз не далекий.

Где-то совсем рядом.

Потом ответил другой.

За окном люди начали останавливаться и смотреть вверх.

Я подошла к стеклу, но не встала перед ним полностью.

Над крышами пролетел дракон.

Я видела его всего несколько секунд.

Темно-синий, крупный, с всадником на спине.

Он летел слишком низко и странно.

Не держал обычную линию.

Сначала пошел вправо, потом резко дернулся влево, будто два разных решения спорили друг с другом.

Всадник почти лежал на шее, пытаясь удержаться.

Дракон исчез за домами.

Через несколько секунд раздался тяжелый удар.

Люди на улице закричали.

Роэн подошел к окну.

— Это Бассар из третьего столичного крыла. Я знаю его полет. Так он никогда не двигается.

Теон прижал ладони к вискам.

— Не один. Они все начинают.

Лорен побледнел.

— Дейран запустил центральный контур.

Норен сразу посадил Теона.

— Не слушай. Сейчас вообще не пытайся определить каждого. Только себя. Руки на коленях, глаза открыты. Элина, продолжайте с ним.

Я присела перед мальчиком.

— Что у вас под ногами?

Теон попытался ответить.

— Пол.

— Какой?

— Каменный.

— Цвет?

— Серый.

— Хорошо. Что держите в руке?

Он посмотрел.

Будто впервые заметил раздавленную булочку.

— Хлеб.

— Отлично. Теперь положите на стол. Медленно.

Он сделал.

Дышал слишком быстро.

Я положила ладонь на край стола, чтобы он мог смотреть на нее.

— Пять вдохов. Не нужно понимать, что происходит с драконами. Это сейчас задача взрослых.

Теон начал считать.

На третьем вдохе снаружи раздался новый рев.

Мальчик вздрогнул, но не закрыл глаза.

— Они сопротивляются.

— Знаю. Не идите за ними.

— Я не иду. Оно само тянет.

Последние слова заставили Лорена резко повернуться.

— Что именно тянет?

Я посмотрела на старика.

— Сейчас не время расспрашивать его.

— Это важно.

— Тогда один вопрос.

Лорен подошел, но остановился в нескольких шагах, чтобы не окружать Теона.

— Ты говорил, что раньше сеть была похожа на дороги между драконами. Сейчас эти дороги тянут тебя к себе или только драконов?

Теон прислушался не специально.

Я видела разницу.

Он не пытался углубиться.

Просто ждал ответа, который уже находился рядом.

— Меня тоже. Но не так сильно.

Лорен тихо выругался.

Роэн спросил:

— Почему?

— Потому что кровь Теона стала калибровкой центрального контура. Сеть узнает слышащего как часть собственной структуры. Если Дейран запустил ее полностью, она пытается использовать этот отпечаток даже на расстоянии.

Я почувствовала холод.

— Может ли она причинить ему вред?

— Не знаю.

— Тогда мы уводим его еще дальше, — сказал Роэн. — Норен, найдите экипаж. За город. Лучше западная дорога, где нет площадок Крыльев.

Теон резко поднял голову.

— Нет.

Роэн повернулся к сыну.

— Сейчас не спорим. Система уже тянется к тебе. Чем дальше окажешься от центральной печати, тем лучше.

— Драконам станет хуже.

— Это не твоя ответственность.

— Но я слышу их.

Роэн присел перед ним.

— Именно поэтому тебе нужно уехать. Ты не обязан терпеть чужую боль только потому, что способен ее почувствовать.

Теон сжал губы.

— А кто им поможет?

— Я. Лорен. Всадники, которые уже получили доказательства. Судебная комиссия. Все взрослые, которые сейчас идут к цитадели.

— Вы не слышите так, как я.

Я увидела, как Роэн напрягся.

Вот оно.

То, чего он больше всего боялся с момента, когда мы узнали о способности сына.

Ситуация, в которой Теон действительно мог сделать то, чего не мог ни один взрослый.

Роэн все равно ответил:

— Это не значит, что я возьму шестилетнего ребенка туда, где Дейран запускает запрещенную систему на десятках драконов.

— Почти семь.

Я бы улыбнулась в другой момент.

Роэн не улыбнулся.

— Возраст не изменился настолько, чтобы этот разговор стал легче.

Теон посмотрел на меня.

Я не собиралась автоматически становиться на его сторону.

Мне хотелось отправить мальчика как можно дальше от цитадели не меньше, чем Роэну.

Возможно, даже больше, потому что я уже несколько раз видела, как чужая боль лишала его способности нормально думать.

— Теон, ваш отец прав в одном. То, что вы можете помочь, еще не означает, что обязаны идти в опасное место. Сначала нам нужно понять, действительно ли без вас невозможно остановить сеть.

Мальчик кивнул.

Роэн посмотрел на меня с благодарностью.

Я не закончила:

— Но если окажется, что простой удар по центральной печати убьет связанных драконов, мы не будем делать вид, что Теона нет только потому, что нам страшно.

Благодарность исчезла.

— Элина.

— Я сказала «если». Сначала Лорен должен объяснить, что именно можно сделать.

Старик уже раскладывал документы на столе.

— И желательно очень быстро. Если сеть работает на полной мощности, у нас мало времени до того, как часть драконов начнет сопротивляться настолько сильно, что повредит и себя, и всадников.

С улицы донесся звук сигнального колокола.

Потом еще один.

Роэн подошел к окну.

Люди на площади уже не просто смотрели вверх.

Они разбегались от центральной улицы.

Еще один дракон прошел над крышами. Его всадник пытался направить к посадочной площадке, но животное вдруг рвануло выше и едва не задело башню крылом.

Теон зажмурился.

Я сразу коснулась его руки.

— Глаза.

Он открыл.

— Я знаю.

— Тогда работаем.

Он вдохнул.

Выдохнул.

Лорен перевернул несколько листов.

— Вот схема центральной печати. Не полная, но достаточно, чтобы понять принцип. Двадцать четыре отдельных контура входят в общий узел. Узел не просто передает приказ. Он поддерживает давление на каждый контур и усиливает его сопротивлением остальных.

Роэн подошел к столу.

— Если уничтожить узел?

— В обычной магической сети связь просто оборвется. Здесь проблема в другом. Узды уже встроены в магические контуры драконов. Если разбить центральную печать ударом, вся накопленная нагрузка может уйти обратно в животных.

— Насколько может?

Лорен посмотрел на него.

— Достаточно, чтобы некоторые погибли.

В комнате стало тихо.

Даже Теон на несколько секунд перестал двигаться.

Я спросила:

— Почему тогда Дейран сам не боится случайного разрушения?

— Потому что цитадель построена вокруг старых командных печатей. Центральный зал защищен. Чтобы физически добраться до узла, нужно пройти несколько внутренних уровней. Он явно рассчитывал, что обычная атака туда не попадет.

Роэн сжал край стола.

— Значит, мы должны разомкнуть сеть постепенно.

— Да. Но двадцать четыре отдельных контура нельзя снимать так, как мы снимали узду с одного дракона возле Ранвеля. Там у нас были часы, один узел и животное, которое лежало спокойно. Здесь контуры работают одновременно и все время меняют нагрузку.

— Что тогда может сделать слышащий?

Лорен посмотрел на Теона.

Роэн сразу сказал:

— Отвечайте мне.

Старик не спорил.

— Если записи Селии верны, слышащий не разрушает узду силой. Он проходит сквозь искусственный контур и возвращает дракону ощущение собственного намерения. Помните, что делал Теон с раненым драконом? Он не приказал ему успокоиться. Передал, что мы не собираемся причинять вред. Дракон сам выбрал не нападать.

— И это разрушит сеть?

— Не сразу. Но если хотя бы несколько драконов внутри Единой узды перестанут отвечать на навязанное давление и снова начнут различать собственную волю, синхронность нарушится. Тогда центральная печать станет слабее. Ее можно будет разомкнуть по секциям, не обрушивая всю нагрузку одновременно.