Старая яблоня, на которую ему запрещено лазить.
Небольшой ручей.
Скамья, где Марта летом чистит горох.
Каменная беседка, в которой Норен любит читать.
И маленькая дверь в стене, запертая на три замка.
— За ней что?
— Дорога.
— Тогда зачем три замка?
— Потому что это дверь наружу.
Я коснулась одного из железных засовов.
— А главные ворота разве не наружу?
— Там охрана.
— Здесь тоже можно поставить охрану.
Теон пожал плечами.
— Отец велел запереть.
Я снова почувствовала раздражение.
Не на ребенка.
На систему, в которой каждый вопрос заканчивался именем его отца.
Мы пошли дальше.
За восточным садом дорожка уходила вверх.
— Там что? — спросила я.
Теон остановился.
— Ничего.
Я посмотрела на него.
— Поразительно убедительно.
— Можно пойти к пруду.
— Теон.
— Там скучно.
— Тем лучше. Значит, быстро вернемся.
Он нахмурился.
— Марта сказала вам туда ходить?
— Она дала мне карту.
Я развернула лист.
Дорожка была отмечена.
Запрета не было.
— Смотрите.
Теон посмотрел на карту и вздохнул.
— Ладно.
Мы пошли вверх.
Сначала я действительно не видела ничего интересного.
Кусты, старые деревья, каменная дорожка.
Потом впереди появилась невысокая кованая ограда.
За ней стояли каменные плиты.
Я остановилась.
Кладбище.
Семейное.
Небольшое, ухоженное, совсем не мрачное. Десятка два памятников, несколько старых деревьев, низкая каменная часовня.
Теон стоял рядом.
Я повернулась к нему.
— Вот почему вы не хотели сюда идти.
Он молчал.
— Теон?
— Здесь скучно.
Вчера эта фраза могла бы меня убедить.
Сегодня — нет.
Я открыла калитку.
Она не была заперта.
Теон не пошел следом.
— Вы можете остаться здесь.
— Нет.
— Почему?
— Если вы пойдете, я тоже.
— Хорошо.
Мы вошли.
Я не собиралась разглядывать чужие могилы из любопытства. Хотела только пройти через кладбище и вернуться на дорожку.
Но через несколько шагов увидела имя, которое уже знала.
Селия Арден.
Я остановилась.
Памятник был светлым, без огромных статуй и лишних украшений.
«Селия Арден.
Любимая жена и мать».
Дата смерти — пять лет назад.
Рядом лежали свежие цветы.
Я посмотрела на Теона.
Он стоял чуть поодаль.
— Вы приносите цветы?
— Иногда Марта.
— А вы?
— Тоже.
Я не стала спрашивать больше.
Мы продолжили идти.
И тогда я увидела вторую плиту.
Сначала только фамилию.
Арден.
Потом имя.
Я замедлила шаг.
Теон больше не шел за мной.
Плита была меньше остальных.
Не настолько, чтобы напоминать детскую игрушку, но достаточно, чтобы сразу понять, кому принадлежала могила.
Я подошла.
Прочитала.
Потом еще раз.
Теон Арден.
Единственный сын лорда Роэна Ардена и леди Селии Арден.
Ниже стояли даты.
Рождение.
И смерть.
Пять лет назад.
Возраст — один год.
Я смотрела на камень.
Никакого объяснения.
Никакой ошибки, которую можно списать на детскую фантазию.
Имя совпадало.
Возраст совпадал.
Отец совпадал.
Мать совпадала.
Я медленно обернулась.
Теон стоял в нескольких шагах от меня.
Живой.
Шестилетний.
С грязью на левом ботинке и чернильным пятном возле большого пальца, которое я заметила утром.
— Это ваша могила?
Он кивнул.
Я почувствовала, как внутри все неприятно сжалось.
— Вы знали, что я ее найду?
— Когда-нибудь.
— Поэтому спросили вчера?
Еще один кивок.
Я снова посмотрела на надпись.
Пять лет.
Пять лет этот ребенок жил в доме, рядом с собственной могилой.
— Что здесь похоронено?
Теон ответил не сразу.
— Не знаю.
— Гроб был?
— Наверное.
— Теон, что вам рассказывали?
— Что я должен считаться мертвым.
— Кто?
— Отец.
— Почему?
Мальчик посмотрел в сторону дома.
— Он сказал, что так безопаснее.
Я закрыла глаза на секунду.
Безопаснее.
Опять.
— Вы знаете, что произошло пять лет назад?
— Мама умерла.
— А вы?
— Нет.
— Это я вижу.
Он пожал плечами.
— Мне было мало.
— Вам был год.
— Поэтому я не помню.
— Что отец рассказал?
— Что были плохие люди.
— Какие?
— Не знаю.
— Они хотели причинить вам вред?
— Наверное.
Я слышала, как ответы становятся все короче.
Не потому, что он что-то скрывал.
Потому что сам почти ничего не знал.
И вот это злило меня больше всего.
Я подошла к мальчику.
— Идем домой.
Он насторожился.
— Вы уезжаете?
— Я сказала домой, не в столицу.
— Вы сердитесь.
— Да.
— На меня?
— Нет.
— На отца.
Это не было вопросом.
— Мне нужно с ним поговорить.
Теон сразу напрягся.
— Я не должен был вам говорить.
— Я нашла могилу сама.
— Но вчера сказал.
— Я не собираюсь перекладывать это на вас.
— Он разозлится.
— Это уже будет разговор между вашим отцом и мной.
Мальчик не двигался.
Я протянула руку.
— Теон.
Он посмотрел на мою ладонь.
— Вы точно не уедете?
Я не могла обещать.
И он заслуживал честного ответа.
— Не знаю.
Лицо у него сразу стало закрытым.
— Понятно.
— Но если уеду, не из-за вас.
— Все так говорят.
Я замерла.
— Кто все?
— Учителя.
— Они знали?
— Нет.
— Тогда почему уходили?
— Отец говорил, что они больше не придут.
Я опустила руку.
— Послушайте меня. Я не обещаю того, чего еще не решила. Но не исчезну без разговора с вами. Хорошо?
Он долго смотрел.
Потом кивнул.
Обратно мы шли молча.
У дома я попросила Теона подняться в библиотеку и взять вчерашний текст.
— Будет занятие?
— Будет.
— А вы?
— Найду вашего отца.
— Он у Тарна.
— Отлично.
— Госпожа Маррен.
Я остановилась.
— Не кричите на него.
Несмотря на все раздражение, мне едва не стало смешно.
— Я постараюсь соответствовать вашим высоким требованиям к манерам.
— Я серьезно.
— Я тоже.
Он ушел.
Я направилась к площадке драконов.
Роэн действительно был там.
Тарн стоял у края, а рядом двое людей проверяли ремни на седельной упряжи. Сам Роэн разговаривал с начальником охраны, которого вчера мне представили как Ивара Кесса.
Увидев меня, Кесс замолчал.
Роэн повернулся.
По моему лицу он, видимо, сразу понял, что я пришла не обсуждать учебную программу.
— Что случилось?
— Нам нужно поговорить.
— Сейчас?
— Сейчас.
Ивар посмотрел на Роэна.
Тот коротко кивнул.
— Продолжим позже.
Начальник охраны ушел.
Я дождалась, пока он окажется достаточно далеко.
— Я была на семейном кладбище.
Роэн неподвижно смотрел на меня.
Ни удивления.
Ни вопроса.
Он понял.
— С Теоном?
— Да.
— Я говорил не ходить в западный сад.
— Кладбище находится на востоке.
— Это не имеет значения.
— Для карты, которую мне дала Марта, имеет.
Он сжал челюсть.
— Теон показал вам?
— Я сама увидела дорожку.
— Но он рассказал.
— Не переводите разговор на ребенка.
— Я не перевожу.
— Тогда объясните, почему у вашего живого шестилетнего сына есть могила с датой смерти пятилетней давности.
Тарн повернул голову в нашу сторону.
Я заметила это краем глаза.
Роэн тоже.
Он посмотрел на дракона, потом снова на меня.
— Здесь не место.
— Хорошо. Выбирайте другое.
Он несколько секунд молчал.
