Я улыбнулась.

Если продолжу в таком темпе, Теон к семи годам сможет управлять половиной Ранвеля и одновременно объяснять повару, почему тот неправильно считает муку.

Я легла поздно.

Разбудил меня не крик.

И не тревожный рожок.

Просто звук.

Тихий металлический щелчок.

Я открыла глаза и несколько секунд лежала неподвижно, пытаясь понять, что именно услышала.

За окном была ночь.

В доме тихо.

Потом щелчок повторился.

Далеко.

Не в моей комнате.

Где-то в коридоре или соседнем крыле.

Я села.

Первой мыслью было, что служанка уронила что-нибудь.

Второй — что служанки ночью не ходят по детскому коридору с металлом.

Я встала и накинула платье поверх ночной рубашки.

Свечу не зажгла.

Открыла дверь.

Коридор освещали два ночных светильника. Один у лестницы, второй возле поворота к комнате Теона.

Именно второй не горел.

Я остановилась.

Его гасили только утром.

Сейчас там была темнота.

Из дальнего конца коридора донесся еще один звук.

Не громче шороха.

Я уже знала этот этаж достаточно хорошо.

Слева находились мои комнаты и две гостевые.

Справа — классная, комната Теона, маленькая гостиная и старая детская, которую почти не использовали.

Ночной охранник обычно сидел возле лестницы.

Стул был пуст.

Вот это заставило меня окончательно проснуться.

Я не стала кричать.

Если ничего не случилось, разбудить весь дом всегда успеем.

Если случилось — крик предупредит не только охрану.

Я тихо закрыла свою дверь и пошла к комнате Теона.

До нее оставалось шагов десять, когда в темноте возле погасшего светильника кто-то шевельнулся.

Я остановилась.

Мужчина.

Высокий.

Не в форме домашней прислуги.

Лицо было закрыто темной тканью.

Он стоял возле стены и что-то делал с дверью маленькой гостиной.

Еще один появился из-за поворота.

У меня внутри все похолодело.

Они уже были в детском крыле.

Я отступила прежде, чем меня заметили.

Дверь Теона находилась между мной и ними.

Через главный коридор я до нее не дойду.

И тогда я вспомнила Марту.

Три дня назад, когда мы переставляли книги, я спросила, зачем в старой детской второй узкий шкаф, который невозможно было открыть полностью.

Марта отодвинула его и показала маленькую дверь.

Когда-то няни ходили через нее в служебный коридор, соединявший детские комнаты с бельевой лестницей. После перестройки им почти не пользовались, но проход оставался свободным на случай пожара.

Теон тогда пытался сразу объявить его тайным ходом.

Я запретила.

Теперь была готова поблагодарить всех предыдущих хозяев Ранвеля за нелюбовь к окончательной заделке старых дверей.

Я вернулась к себе.

Закрыла дверь.

Прошла через маленькую гардеробную к соседней гостевой комнате. Между ней и старой детской была внутренняя дверь, которой почти никто не пользовался.

Она не была заперта.

Я открыла медленно.

В старой детской было темно.

Шкаф стоял у стены.

Я отодвинула его ровно настолько, чтобы пролезть.

Служебная дверь открылась с тихим скрипом.

Я замерла.

Никто не появился.

Коридор за ней был узким, без окон. Пахло старым деревом, пылью и льняной тканью.

До комнаты Теона отсюда было совсем близко.

Старые детские помещения соединялись изнутри.

Я шла медленно, проводя пальцами по стене.

Наконец нашла нужную дверь.

Она выходила в маленькую гардеробную Теона.

Заперта из комнаты не была.

Я открыла.

Мальчик спал.

Я подошла к кровати и накрыла ладонью его рот раньше, чем разбудила.

Теон дернулся.

Открыл глаза.

Узнал меня.

Я приложила палец к губам.

Он перестал сопротивляться.

Я убрала руку и наклонилась к его уху.

— В доме чужие. Сейчас не говорим, не спрашиваем и делаем ровно то, что я скажу. Поняли?

Глаза у него стали огромными.

Но он кивнул.

— Вставайте. Без обуви.

Он сел.

Я взяла с кровати одеяло и на секунду задумалась.

Потом свернула его под подушками, подтянула покрывало выше.

Из дверей это могло выглядеть так, будто ребенок все еще лежит.

Не на близком расстоянии.

Но нам нужны были хотя бы несколько секунд.

Теон уже стоял возле меня.

Я взяла деревянного дракона с тумбочки и протянула ему.

Не потому, что игрушка была нужна.

Просто он автоматически сжал ее в руках и перестал хватать меня за платье.

— За мной.

Мы прошли в гардеробную.

Я закрыла внутреннюю дверь.

Теон увидел служебный проход и едва не заговорил.

Я снова приложила палец к губам.

Он кивнул.

Мы вошли внутрь.

Я закрыла дверь и осторожно вернула за ней деревянную заслонку. Шкафа со стороны комнаты Теона здесь не было, но старая панель закрывала щель почти полностью.

Через несколько секунд в спальне послышался звук.

Кто-то открыл основную дверь.

Теон вцепился в мою руку.

Я прижала его к стене.

Мы слышали шаги.

Очень тихие.

Потом шелест ткани.

Один из мужчин подошел к кровати.

Я не видела его.

Но прекрасно понимала, что сейчас происходит.

Секунда.

Вторая.

Резкое движение.

Короткое ругательство.

Они нашли подушки.

Кто-то произнес негромко:

— Его нет.

Другой голос ответил:

— Ищи проход. Он должен быть в крыле.

Теон задрожал.

Я сжала его ладонь.

Времени больше не было.

Служебный коридор шел в две стороны.

Налево — к старой детской, где нас могли перехватить.

Направо — к бельевой лестнице.

Мы пошли направо.

Теон двигался босиком почти бесшумно.

Я старалась делать то же самое, но старые доски иногда скрипели.

За спиной что-то ударило в стену.

Они нашли панель.

Я ускорилась.

До лестницы было несколько шагов.

Внизу располагалась бельевая комната, за ней — хозяйственный коридор к кухне и внутреннему двору.

Главное было выбраться из детского крыла.

Теон споткнулся на первой ступени.

Я поймала его.

— Тихо, — прошептала я почти без голоса.

Он кивнул.

Сверху уже слышались шаги.

Быстрее.

Нас преследовали.

Я не собиралась соревноваться с вооруженным мужчиной на лестнице.

На площадке между этажами находилась небольшая дверь в кладовую чистого белья.

Я открыла ее.

Втолкнула Теона внутрь.

Зашла сама и осторожно прикрыла.

— Ни звука.

Мальчик прижал деревянного дракона к груди.

Я приложила ухо к двери.

Шаги прошли выше.

Остановились.

Один мужчина спустился до площадки.

Я слышала его дыхание.

Ручка кладовой медленно опустилась.

Дверь была заперта.

Я не помнила, когда повернула ключ.

Потом поняла: он уже стоял в замке изнутри.

Повезло.

Мужчина дернул еще раз.

Не сильно.

Потом прошел дальше.

Я ждала.

Теон смотрел на меня.

В темноте я едва различала его лицо.

Через несколько секунд снизу донесся первый настоящий сигнал тревоги.

Колокол.

Один удар.

Второй.

Третий.

Дом проснулся.

По коридорам раздались крики.

Где-то снаружи Тарн взревел так, что задрожала дверь кладовой.

Мужчина на лестнице выругался и побежал вниз.

Я не открывала.

Теон попытался сказать что-то.

Я покачала головой.

Еще рано.

Внизу раздался удар.

Потом звон металла.

Кто-то крикнул:

— Внутренний двор! Двое в восточном крыле!

Другой голос ответил приказом, но слова потерялись в шуме.

Теон вдруг прижал ладонь к груди.

Я испугалась, что он чувствует дракона.

— Что?

Он наклонился к моему уху.

— Тарн злой.

— Сейчас это вполне понятно. Оставьте Тарна отцу.