— Бюрократия университета работает безошибочно, — отрезал Кан. — Если его нет в списках, значит, он не прошел квалификацию или не внес оплату.

— Машина бюрократии иногда дает сбой, отсеивая полезные элементы, — парировал лаборант, опираясь костяшками пальцев о край профессорского стола. — У него нестандартное мышление. Я лично рекомендую вам к нему присмотреться.

Заведующий кафедрой скрестил руки на груди. В его взгляде смешались раздражение и неожиданно проснувшийся профессиональный интерес.

— Вы пытаетесь указывать мне, кого принимать на кафедру, Капур?

— Я лишь заметил его неиспользованный потенциал, который может усилить вашу кафедру, профессор, — ответил Арджун.

Действие ментального экстракта оставалось стабильным. Он отступил от стола на шаг.

— Ознакомьтесь, пожалуйста, с отчётом, профессор Кан. Я с радостью выслушаю вашу обратную связь по нашему эксперименту, когда вы будете готовы.

Не дожидаясь ответа, Арджун Капур развернулся и покинул кабинет.

Сделки с дьяволом, как известно, скрепляются кровью. В моем случае валютой послужил флакон бракованного стимулятора и подростковая гиперкомпенсация. Джи-а свою часть уговора выполнила, теперь настала моя очередь платить по счетам.

Выставка парфюмерии и социальных эликсиров проходила в центре Син-Хана, в огромном стеклянном павильоне, похожем на космический корабль. Воздух на подходе к зданию был пропитан такой плотной смесью дорогих ароматов, что у меня запершило в горле. С точки зрения химии это было похоже на газовую атаку эфирными маслами.

Джи-а шла рядом, подпрыгивая от нетерпения. Ради такого случая она сменила свои кислотные шорты на вполне приличное, хотя и вызывающе короткое черное платье.

— Смотри, — она помахала перед моим носом двумя пластиковыми карточками. — VIP-проходки.

— И где ты их взяла?

— Выцыганила у одного богатенького придурка с потока, — отмахнулась она. — Сказала, что пойду с ним на свидание, если достанет. Он достал.

— Очень благородно, — хмыкнул я, забирая у нее одну проходку. Плотный пластик, золотистое тиснение. Явно не флаер на местный рынок, где духи отдают по десять баксов за ведро. — Но у меня возникает резонный вопрос: у тебя деньги-то есть?

— Леша, ты просто ничего не понимаешь. На таких мероприятиях раздают пробники. Элитные! Если правильно себя подать, можно набрать столько мини-флаконов, что хватит на год. А еще… — она ткнула пальцем в золотистый значок на карточке. — В конце маршрута нас ждет закрытая лаунж-зона для VIP-гостей. С безлимитным фуршетом. Скажи, круто?!

— Допустим. А от меня ты чего хочешь? Могла бы взять Юну.

— Юна сейчас в режиме обиженной монашки, — фыркнула Джи-а. — А ты мне нужен в качестве эксперта. Обычным зевакам нормальные пробники не дают. Только дешевую водичку. Но если ты начнешь задавать им свои заумные вопросы… Ну, про эти ваши пульсации, энергии, бурлящие… как их там… ауры-шмауры. Консультанты потекут и решат, что мы — важные клиенты.

Внутри павильон сиял глянцем. Белоснежные стенды, мягкая подсветка, хрустальные витрины, в которых парфюмерия переливалась всеми оттенками спектра.

Мы приступили к операции. Первый блин едва не вышел комом. У первого же белоснежного стенда с надписью «Эликсиры Истинной Страсти» нас встретила надменная девушка-консультант, окинувшая нас таким взглядом, будто мы пришли просить милостыню. Джи-а стушевалась, но я взял инициативу на себя.

— Скажите, — я небрежно подцепил с бархатной подушечки изящный флакон, делая вид, что изучаю его на просвет через алхимическое зрение. — В основе вашего зелья лежит корень лунного папоротника? Забавно. А как вы стабилизировали эфирные потоки? Обычно такая плотность ауры в сочетании с… — я намеренно вставил заумный химический термин, — с альдегидными группами дает сильную побочку. Астральный фон начинает резонировать с кислотным балансом кожи, знаете ли.

Девушка мгновенно растеряла всю спесь. Она понятия не имела, что такое альдегиды и кислотный баланс, но алхимические термины про потоки и фон сработали. Консультант побледнела, решив, что перед ней как минимум проверяющий из гильдии, и начала распинаться про уникальные методы энергетической фильтрации.

Джи-а быстро сориентировалась. Сделав скучающее лицо наследницы корпорации, она жеманно вздохнула: «Я должна поносить эту энергию на своей ауре пару дней, прежде чем покупать целый флакон. Дайте пробник». И через минуту в ее сумочку перекочевал заветный стеклянный флакончик стоимостью баксов в пятьдесят. Дальше наша схема работала безупречно.

К десятому стенду сумка Джи-а отяжелела, а я начал откровенно скучать. И тут пальцы Джи-а вцепились в мой локоть.

— Твою мать, — прошипела она, резко разворачиваясь спиной к центральной аллее. — Спрячь меня. Сделай вид, что мы очень увлечены вот этой витриной.

— Что случилось?

— Там Су-джин. Моя бывшая одноклассница. Редкостная стерва.

— Джи-а? Это правда ты? — раздался за спиной девичий голос.

Джи-а на секунду закрыла глаза, вдохнула, натянула на лицо фальшивую улыбку и обернулась.

— Су-джин! Какая встреча! Привет!

К нам подошла девушка, выглядевшая как ожившая реклама клиники пластической хирургии и дорогого бутика одновременно. Идеальная кожа, шелковое платье, туфли. За ее спиной маячил парень. Высокий, широкоплечий, в пиджаке с иголочки. Лицо у него было симпатичным, но в глазах читалась отчетливая пустота, свойственная людям, которым никогда в жизни не приходилось напрягать мозг.

— Я глазам своим не поверила, — Су-джин скользнула цепким взглядом по платью Джи-а, мгновенно оценив его стоимость. Уголки ее губ дрогнули в снисходительной усмешке. — Ты какими судьбами на закрытом показе? Ищешь работу на стендах?

— Нет, что ты, — прощебетала Джи-а, чуть сильнее сжав мой локоть. — Пришли присмотреть пару новинок. У меня тут… личный эксперт.

Су-джин перевела взгляд на меня. В ее глазах не отразилось вообще ничего. Я был одет в чистую, но явно дешевую одежду, и для нее автоматически слился с интерьером.

— Как мило, — протянула она. — А мы вот с Мин-хо пришли выбирать ему статусный парфюм. Мой папа берет его к себе в корпорацию. Заместителем начальника отдела. Представляешь?

Мин-хо приосанился, поправив лацкан пиджака.

— Да, должность ответственная, — прогудел он басом. — Требует правильного позиционирования в коллективе.

Су-джин достала из своей сумочки прямоугольный флакон из черного стекла и демонстративно покрутила его в руках.

— Мы остановились на «Стальном стержне». Эссенция доминирования. Шестьсот долларов. Я уже оплатила. Все-таки статус требует вложений, правда, Джи-а? Тебе, наверное, тяжело это понять.

Она вытащила платиновую карту, повертев ей перед носом бывшей одноклассницы. Джи-а покраснела так, что цвет ее лица почти сравнялся с розовыми прядями. Она открыла рот, но слова застряли в горле. Крыть было нечем.

— Позвольте, — я забрал флакон из рук опешившей Су-джин.

Наложил алхимическую сетку на черное стекло, не увидет там ничего необычного, но заметно расширил глаза и тихо кашлянул.

— Отличный выбор. Если, конечно, ваш молодой человек не планирует испытывать стресс на новом рабочем месте.

Су-джин нахмурилась.

— Это почему?

— В основе лежит вытяжка из коры железного древа, — я вернул ей флакон, придумывая ингредиенты на ходу. — Шикарно держит энергетический каркас лидерства. Но есть нюанс. В качестве катализатора здесь использован нестабилизированный экстракт дикого мускуса.

— И что? — встрял Мин-хо, делая шаг вперед и пытаясь нависнуть надо мной.

— Видите ли, дикий мускус в этой конфигурации вступает в реакцию с кортизолом — гормоном стресса. Как только вы занервничаете на совещании перед папой вашей прекрасной спутницы, ваша кожа начнет выделять микродозы пота.

Я сделал паузу, обведя взглядом их вытянутые лица.

— Эфирные нити мускуса вступят в реакцию с молочной кислотой. Энергетика доминирования схлопнется, а вместо нее произойдет выброс аммиачных производных. Говоря простым языком, господин будущий заместитель начальника, вы начнете благоухать как давно не чищенный кошачий лоток. Причем чем сильнее вы будете паниковать, тем резче будет запах.