Марк подозрительно посмотрел на меня.

— Он правда болел?

— Ему стало плохо.

— А сейчас?

— Лучше.

— Можно к нему?

— Когда проснется.

Марк уже направился к двери, потом остановился.

— Там мужчина.

Вот и все.

— Где?

— Внизу.

— Ты его видел?

— Только спину. Мара сказала не лезть.

— И ты не полез?

Он оскорбленно выпрямился.

— Я умею слушаться.

Я посмотрела на него.

— Иногда.

— Часто.

— По большим праздникам.

Марк усмехнулся.

— Кто он?

— Я сейчас спущусь.

— Ты знаешь?

— Да.

— А я знаю?

— Нет.

— Тогда скажи.

Я взяла платье со стула.

— Марк.

— Что?

— Дай мне одеться.

— Я отвернусь.

— Выйди.

Он тяжело вздохнул, будто я была исключительно неудобной матерью, но вышел.

Пока одевалась, я пыталась решить, что именно скажу детям.

Я давно представляла этот разговор.

Не потому, что ждала Кайрана.

Потому что знала: когда-нибудь дети могут спросить о нем больше.

Я хотела говорить спокойно.

Не делать из него чудовище.

Не скрывать правду.

Не заставлять их выбирать мою сторону.

Только вот в моих представлениях он не сидел этажом ниже.

И мне не нужно было после разговора вести троих детей знакомиться с человеком, который когда-то решил, что их место за пределами его земель.

Я заплела волосы, умылась холодной водой и вышла.

Лея ждала прямо у двери.

— Ты тоже?

— Что?

— Пришла спрашивать про мужчину?

Она покачала головой.

— Марк уже спросил.

— И?

— Ты ему не сказала.

— Быстро работающая разведка.

— Что такое разведка?

— Потом объясню.

Она пошла рядом со мной.

— Мама Эны сказала, что у ворот вчера были люди Серого Хребта.

Я остановилась на лестнице.

Лея тоже.

Она смотрела серьезно.

— И?

— Тот мужчина оттуда?

— Да.

— Он знает папу?

Я держалась за перила.

— Знает.

— Хорошо?

— Очень хорошо.

Лея подумала.

— Это он?

Никаких приготовлений.

Никаких длинных разговоров.

Просто прямой вопрос семилетнего ребенка.

— Да.

Лея несколько секунд молчала.

— Понятно.

И пошла вниз.

Я догнала.

— Подожди.

— Зачем?

— Ты ничего не хочешь спросить?

Она пожала плечами.

— Я его еще не видела.

Иногда дети были намного разумнее взрослых.

На кухне Мара наливала молоко в кружки.

Марк сидел за столом и ел хлеб с вареньем.

— Не трогай банку ложкой после того, как облизывал ее, — сказала я.

Он замер.

Медленно посмотрел на ложку.

Потом на банку.

— Я не облизывал.

Лея села напротив.

— Облизывал.

— Ты не видела.

— Я сидела рядом.

Мара закрыла банку.

— Все. Варенье спасено.

— А мужчина где? — спросил Марк.

— В лечебнице.

— Почему?

— Потому что я так сказала.

— Он больной?

— Нет.

— Тогда зачем в лечебнице?

— Марк.

— Что?

Я села рядом.

— Сначала нам нужно поговорить.

Он сразу стал серьезнее.

Лея тоже.

— Про мужчину? — спросил Марк.

— Да.

Мара тихо вышла из кухни.

Я была ей благодарна.

— Это Кайран Вальд.

Марк нахмурился.

Имя они знали.

Я никогда его не скрывала.

— Наш отец? — спросил он.

— Да.

Марк посмотрел на дверь.

Потом снова на меня.

— Зачем приехал?

— Вчера Леону стало плохо.

— И он узнал?

— Почувствовал.

Марк недоверчиво прищурился.

— Как?

— Между Альфой и его кровными родственниками иногда существует особая связь.

— Но он семь лет ничего не чувствовал?

Снова вопрос, на который мне не хотелось отвечать.

— Раньше у Леона не пробуждался зверь.

Лея сложила руки на столе.

— Значит, он приехал потому, что у Леона появился волк?

— Похоже на то.

— А когда у нас волков не было, мы ему не нужны были?

Я закрыла глаза на короткое мгновение.

Вот поэтому нельзя было подготовиться.

Взрослый человек сделал выбор семь лет назад.

А отвечать за него теперь приходилось мне перед тремя детьми.

— Я не могу сказать, что он чувствовал все эти годы.

— Но он не приезжал, — сказала Лея.

— Нет.

— И не писал нам.

— Писал мне.

— А нам?

Я вспомнила нераспечатанные конверты.

— Нет.

Марк перестал есть.

— Он плохой?

Я посмотрела на сына.

— Он поступил с нами плохо.

— Это не ответ.

— Другого у меня нет.

— Ты его ненавидишь?

— Марк.

— Что?

— Не все делится на люблю и ненавижу.

Лея нахмурилась.

— А на что еще?

Я почти улыбнулась.

— На очень много всего. Вырастешь, сама поймешь.

— Не хочу.

— Иногда это не спрашивают.

Марк снова посмотрел на дверь.

— Можно его увидеть?

Я знала, что он спросит.

И все равно внутри неприятно сжалось.

— Если хочешь.

— Сейчас?

— Сначала Леон проснется.

— Почему?

— Потому что Кайран приехал из-за него, и я не хочу, чтобы Леон проснулся и обнаружил, что вы уже разговариваете с отцом без него.

Марк кивнул.

Лея ничего не сказала.

— А ты хочешь его увидеть? — спросила я.

Она задумалась.

— Не знаю.

— Это нормально.

— Я посмотрю.

— Хорошо.

— Если не понравится, уйду.

— Хорошо.

Марк фыркнул.

— Ты не можешь понять, нравится тебе человек, просто посмотрев.

Лея посмотрела на брата.

— На тебя получилось.

Он открыл рот.

Я подняла руку.

— Даже не начинайте.

Сверху послышались шаги.

Леон появился в дверях через минуту.

Выглядел он лучше. Лицо не такое бледное, глаза обычные, волосы торчали в разные стороны.

Марк подскочил.

— Ты живой!

— Я и вчера был живой.

— Нас к тебе не пустили.

— Знаю.

— У тебя был волк?

Леон посмотрел на меня.

Я кивнула.

— Не полностью.

Марк подошел ближе.

— Покажи.

— Что?

— Глаза.

— Нет.

— Почему?

— Потому что я не умею.

— А когти?

Леон поморщился.

— Марк.

— Ну интересно же.

— Ему было больно, — сказала Лея.

Марк сразу отступил.

— Сильно?

— Нормально.

— Это значит сильно, — заметила Лея.

Леон сел за стол.

Я поставила перед ним завтрак.

Он посмотрел на брата и сестру.

Потом понял.

— Вы знаете.

— Что отец здесь? — спросил Марк. — Да.

Леон взял ложку.

— Понятно.

— Ты его видел?

— Нет.

— Хочешь?

Леон пожал плечами.

— Не знаю.

— Я хочу.

— Тогда иди.

— Мама сказала ждать тебя.

Леон поднял на меня глаза.

— Зачем?

— Чтобы решение было вашим, а не каждого по отдельности за спиной другого.

Он несколько секунд смотрел на тарелку.

— Я согласен.

— С чем?

— Увидеть.

Марк тут же вскочил.

— Сейчас?

— Дай ему поесть, — сказала я.

Марк сел обратно.

Через три минуты снова спросил:

— Уже?

Леон бросил на него взгляд.

— Ты всегда такой?

— Какой?

— Надоедливый.

— Да.

Лея кивнула.

— Всегда.

После завтрака я спустилась первой.

Кайран находился в комнате возле лечебницы.

Дверь была открыта.

Он стоял у окна, уже полностью одетый, будто вообще не ложился.

Когда услышал мои шаги, повернулся.

На мгновение мне показалось, что он ждал какого-то сообщения о Леоне.

— Как он?

— Лучше.

Напряжение в его плечах немного ослабло.

— Жар?

— Почти прошел.

— Боль возвращалась?

— Нет.

Кайран кивнул.

— Хорошо.

Я осталась у двери.

— Марк и Лея вернулись.