Судья остановился и побледнел. Он беззвучно хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Ариэль слегка поклонился судье и скрылся в проломе. Катакомбы приняли беглецов в свои сырые древние объятия.

В «Старом Вороне», тайном трактире, который держал бывший разбойник по прозвищу Косой Пит, было тихо и спокойно. Снаружи лил летний дождь, а внутри пахло дымом, жареным мясом и старым деревом. Большинство посетителей были такими же беглецами, как и они, поэтому никто ни о чём не спрашивал.

Гидеон и Ариэль ушли купить краденных лошадей у египтян и заодно узнать последние новости. Робин и Бланш остались вдвоём за дальним столом у окна. Бланш пила свежее парное молоко. Робин вертела в руках кружку с сидром.

— Знаешь… — вдруг сказала она, — ты ему подходишь.

Бланш удивлённо подняла бровь:

— С чего ты так решила?

Робин пожала плечами:

— За таких, как Гай, надо держаться. Я это поняла давно, — она сделала глоток и продолжила тише: — Когда-то, года три назад, мы застряли в одном городишке на севере. Там снова началась чума. Я заболела. Думала, конец. Лежу в какой-то конуре, дышу через раз, вся в поту, и жду, когда мой ангел меня призовёт. А он не ушёл, сидел рядом. Менял тряпки, поил водой, тёр мне спину, когда начинался жар. И сам при этом был здоров. Никто не знает, почему он не заразился. Может, Бог его хранил. А может, он просто упрямый, как баран. Но он меня выходил. И тогда я поняла, что могу доверить ему свою спину. Если ты можешь стоять с кем-то спиной к спине, это твой человек.

Бланш опустила взгляд:

— Я не хочу разрушать такой союз.

Робин невесело усмехнулась:

— Это действительно союз. Мы как два подельника, как брат и сестра. Ну если бы они предавались инцесту. Хотя, говорят, среди богатеев таких полно. А Гай другой, ему нужна какая-то возвышенная, благородная дамочка. Вроде тебя.

Бланш фыркнула:

— Я не такая! Я вообще кошка!

— Тем и лучше. Кошек он любит больше жизни.

Бланш отпила молока:

— А ты?

— Я пойду своим путём.

Бланш посмотрела на неё с искренним любопытством:

— Каким?

В этот момент к столу подошёл хозяин трактира, коренастый бородатый мужчина с черной повязкой на глазу. Он молча поставил перед ними блюдо со свежеиспеченным хлебом и куском сыра, кивнул и ушёл. Робин проводила его взглядом и тихо сказала:

— Вот таким. Хотела бы открыть свою таверну. Небольшую. И подавать там чай.

Бланш улыбнулась уголком губ:

— А у тебя, кажется, тоже есть пара.

Робин вдруг сильно смутилась. Даже шрам на щеке слегка покраснел.

— Ну нет… — она покачала головой. — Он мой ангел. Я никогда… не думала о нём в этом смысле. Он для меня… совсем другое.

Она замолчала, глядя в кружку. Бланш мягко коснулась её руки:

— Иногда ангелы тоже становятся людьми.

— Ладно, там видно будет. Но ты мне иногда будешь уступать Гая? Он бывает хорош... в некоторых вещах.

— Что?

— Да шучу я... – рассмеялась Робин.

Снаружи послышался топот копыт и голос Гидеона, весело напевающего пиратскую песню:

Когда воротимся мы в Портленд, клянусь я сам взойду на плаху... Но только в Портленд воротиться не дай нам Боже никогда...

Дверь трактира открылась. Вошли Гидеон, Ариэль и… маленький чистенький мальчик в новой одежде. Робин прищурилась, пытаясь понять, где видела его раньше:

— Финн? Боже правый… ты ли это?

Мальчишка широко улыбнулся и бросился к ней. Робин едва успела встать, как он обхватил её руками и крепко прижался.

— Я получил вашу весточку! — радостно выпалил он. — Прибежал, как только смог!

Робин растрепала ему волосы, всё ещё не веря.

— Гляди-ка… Гидеон тебя приодел. Я тебя и не узнала.

Финн смущённо улыбнулся, потом робко покосился на Бланш и слегка поклонился. Та ответила ему мягкой улыбкой. Все расселись за столом. Ариэль, как всегда в последнее время, держался немного в стороне, задумчивый и печальный. Он молчал, глядя в свою кружку. Гидеон отхлебнул сидра и первым заговорил:

— Я предлагаю податься на север. Там тише, меньше патрулей. Можно переждать, пока шум уляжется.

Робин покачала головой:

— Я устала бегать, Гай.

Все замолчали. Финн поднял голову и сказал с неожиданной твёрдостью:

— Давайте уплывем за море!

За столом раздался негромкий смех.

— Нет, вы послушайте! — горячо заговорил Финн. — Там недавно основали Город Братской Любви. Его построили пуритане, но не такие, как здесь. Добрые. Они привечают все веры. Там много католиков, никто не прячет свои крестики…

Финн понизил голос до шепота:

— Там даже иудеи живут спокойно...