В его руках горели белым пламенем парные сабли, которыми он рубил множащиеся все больше и больше щупальца, буквально прорубая путь к парню, которого затянуло уже по пояс.

Назриэль, освободив руки, тоже не терял времени даром, материализовав свой меч, с помощью которого пытался освободить себя из захвата.

Он почти выбрался, когда сильная рука, схватив его за плечо, выдернула, освободив окончательно, и отбросила в сторону от появившейся из центра воронки пасти.

Как и щупальца она не была полностью материальной, состоя из того же дыма. Ее очертания расплывались и менялись, складываясь в жуткие гримасы чужеродного существа.

Я взглянула на Асуру, пытаясь понять, скоро ли он закончит печать, и пропустила момент, когда огромная черная пасть проглотила Асмадея, захлопнувшись с противным чавканьем.

Туман, поглотивший демона, начал сгущаться, бурля и вспухая смрадными пузырями. Я в ужасе смотрела на это, не понимая, что происходит с Асмадеем, жив ли он. Сердце замерло, чувствуя приближающуюся катастрофу.

Глава 40 Любовь

Ольга

«Нет, не верю! — вопило все внутри меня. — Этого просто не могло быть! Асмадей… Он же сильнее всех, он не мог так легко…»

Слово «гибель» я не могла произнести даже мысленно. Просто не верила в нее.

Я заметалась, глядя то на одного демона, то на другого. Они, как и я, были растеряны и не знали, что предпринять.

Матвей сжал кулаки, Рейф рычал, глядя в центр воронки, Бальтазар просто замер, Вельзевул шарил руками по карманам, пытаясь по привычке отыскать что-то спасительное в своих запасах.

Только Асура продолжал вливать силу в печать. Он не мог позволить себе никакой реакции. Лишь лицо его бледнело. Может, из-за потери сил, а, возможно, из-за иной потери…

Я всматривалась в непроглядную черноту воронки, которая поглотила Асмадея, пытаясь отыскать его силуэт, понять, что он все еще жив и борется.

Я чувствовала, что это так, знала, что демон не погиб, но безумно хотела убедиться в этом воочию.

Вдруг кокон, окутавший демона, лопнул и взгляду предстало существо, лишь отдаленно напоминавшее прежнего Асмадея. Густые черные волосы превратились в красноватую гриву, проходившую через всю спину, крылья утратили огненные вкрапления, став черными и развоплотившись, приняв облик поглотившего демона тумана. Пальцы рук трансформировались в щупальца, извивающиеся, словно огромные черви. Взгляд алых глаз стал холодным и отчужденным, он словно потух, растеряв огонь жизни. А через ноги, утопавшие в злом тумане, демона продолжала напитывать тьма, поглощая не только жизнь, но и пожирая душу.

Я не слышала, что выкрикивал Асура, не видела, как ангелы отшатнулись при виде появившегося монстра, я лишь чувствовала боль. Но смириться с потерей мое сердце не желало, пока Асмадей жив, а я была уверена, что это так, я была готова бороться за него с любым монстром. Даже с ним самим.

Крылья за моей спиной вспыхнули жарким пламенем, распахнувшись в стороны и уничтожив подступающие щупальца. Не думая ни о чем, кроме спасения любимого, я устремилась навстречу мраку, неотрывно глядя в алые глаза, когда-то грозные и страстные, а сейчас способные заморозить даже адское пламя.

Сзади доносились чьи-то крики. Вероятно, меня пытались остановить. Но я не обращала внимания. Я видела перед собой лишь Асмадея. Того, которого помнила. Весь мрак, что пытался изменить его, я игнорировала.

Огонь моей любви был жарче льда чужого мира, он сжигал всю тьму, что тянула ко мне свои жадные щупальца. А я протягивала руки, желая как можно быстрее коснуться Асмадея, встряхнуть, привести в чувство, прогнать всю ту мерзость, что обступила его. Спасти, несмотря ни на что.

Стоило мне коснуться кожи Асмадея, теперь ставшей почти черной, как тьма начала яростно нападать на меня, пытаясь загасить огонь, но я не обращала на это внимания, с нежностью глядя в прекрасные даже сейчас алые глаза демона.

— Асмадей, — позвала я его. — Я всегда буду рядом, не волнуйся. Что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне.

Взгляд демона неуловимо изменился, став более живым, а значит, душа Асмадея еще не уничтожена.

— Ты очень сильный, — продолжала я говорить, пытаясь заставить демона бороться. — И ты обещал подстраховать меня, если я вдруг упаду. А ты ведь знаешь, с контролем у меня не очень, особенно когда смотрю на тебя. Ты нужен мне. Не дай мне упасть.

Щупальца тьмы уже окутали мое тело, испепелив одежду, но я знала, что где-то глубоко под ними сильные и такие родные руки Асмадея. Я чувствовала именно их, а не липкую тьму. Я смотрела в глаза демона и видела себя. Волосы развевались на ветру, огненные крылья горели неугасимым огнем, в котором сгорала моя душа. На моей голове уже появились черные рога, свидетельствующие о том, что тьма постепенно поглощает и меня.

Я прислонилась своим лбом ко лбу демона, положив руки ему на предплечья и закрыв глаза. Я не могла сдаться. Не теперь, когда нашла того, с кем хочу быть рядом. Не теперь, когда счастье так близко и так возможно. Не теперь, когда от моей стойкости зависит не только моя жизнь, но и его.

Я не думала о том, что жизнь всего мира Люттеры сейчас зависела от того, смогу ли я вернуть Асмадея. В данный момент мне было безразлично все, кроме демона напротив.

— Я люблю тебя, — я хотела, чтобы Асмадей знал, и была уверена, что вопреки всему он услышит мои слова.

Теряя сознание от магического истощения, сквозь пелену, застилавшую глаза, я видела, как вокруг Асмадея разгорелось пламя. Он ведь тоже был огненным магом, и в нем сгорала тьма, не имея больше власти над демоном. Я чувствовала крепкие бережные объятья, в которые он заключил меня, и услышала:

— Я тоже люблю тебя.

Глава 41 Воплощение миров

Ольга

Я приходила в сознание тяжело, голова гудела, как пчелиный улей, свет резал глаза, во рту стояла Сахара в знойный полдень. Оглядевшись вокруг, я поняла, что нахожусь в больничном крыле. Наверно, это единственное место, которое не менялось, в каком бы мире ни находилось. У людей, ангелов или демонов оно выглядело идентично: светлое помещение с кроватями и специфическим запахом лекарств.

На прикроватном столике я нашла кувшин с водой и кружку. Утолив жажду и избавившись хотя бы от одной проблемы, я попыталась привлечь к себе внимание.

— Кто-нибудь меня слышит? — вставать и идти искать кого-то не было ни сил, ни желания. Раз я находилась здесь, значит все так или иначе закончилось благополучно, а значит, можно было позволить себе расслабиться.

Хотя беспокойство за Асмадея присутствовало, но я чувствовала, что с ним все в порядке. Наверно это происходило благодаря связи членов семерки, а может благодаря нашей с ним любви. Я хорошо помнила все, что случилось, и его последние слова в том числе. Они горели в моем сердце, согревая душу и связывая нас неразрывной нитью.

— Очнулись? — бодрым голосом спросила вошедшая в палату демонесса, точная копия главврача у ангелов, за исключением цвета волос и кожи.

Я бы решила, что попала каким-то чудом к ним, если бы не крупные витые рога, украшавшие голову женщины.

— Самочувствие будет плохим еще пару дней, — «обрадовала» меня врач. — Все же полное магическое истощение не шутки, можно перегореть, полностью лишившись магии.

Я округлила глаза, уже представив себе худший исход.

— Не ваш случай, — успокоила она меня. — Своевременная квалифицированная помощь избавила вас от подобной участи.

Я выдохнула с облегчением. Все же к магии я успела привыкнуть, и лишаться ее мне совсем не хотелось.

— Как давно я тут?

— Неделю, — как ни в чем не бывало ответила женщина. — Надо сказать, вы быстро восстановились. После такого истощения в бессознательном состоянии находятся, как правило, не менее месяца. Кстати, раз вы пришли в себя, то, если вы не возражаете, я пропущу к вам посетителей.