Я не отличалась храбростью, да, если честно, я вообще была трусихой, однако, имелся у меня один пунктик. Я не могла остаться в стороне, если кого-то обижали на моих глазах, и этот кто-то за себя постоять не мог. В таких случаях тормоза слетали, и я шла заступаться, вопреки всем разумным доводам, разнице в силе или численности. Сейчас, правда, это проявлялось уже не так неконтролируемо, как раньше, но в этот раз сдержаться мне не удалось.

— Отпустите его, пожалуйста, он же задохнется, — воскликнула я, обратившись к предводителю демонов.

Дальше все произошло, как в замедленной съемке. Хруст, падение тела, бесформенной кучей, оседающей на пол. Пристальный немигающий взгляд алых глаз демона, сделавшего шаг ко мне, еще один, приближение жуткого, но одновременно красивого, лица. Жаркое дыхание опалило щеки. Меня захлестнула паника, ужас пронзил тело разрядом молнии, и я шепотом произнесла, не надеясь на результат:

— Изыди.

После чего провалилась в спасительную темноту обморока.

Глава 2 Рухнувший мир

Асмадей

Я радовался, словно ребенок. Меня даже не огорчало то, что нас выкинуло обратно в мир Люттеры. Да и Цербер с ним, мы запаслись достаточным количеством амулетов переноса.

Все это время, долгих триста лет, мы искали нашего седьмого. Седьмого члена нашей группы. Я знал, что он есть, чувствовал. Пусть мне никто не верил, кроме моих ребят, считали ущербными, выродками, но теперь все изменится, теперь им придется с нами считаться и ответить за эти триста лет унижений. Сознание закружило калейдоскопом воспоминаний.

Мне пять лет и сегодня день инициации. Я в предвкушении неизведанного, а оттого такого манящего, нового мира. Кто те, кто станут моими братьями или сестрами? Какие они? Я не сомневался, что стану их лидером. Мне с рождения прочили великое будущее, мои магические и ментальные способности превосходили аналогичные у сверстников в несколько раз. Мне говорили, что такой гений рождается раз в сто тысяч лет.

Я стоял в торжественном зале древнего храма. Он настолько огромный, что стены терялись в полутьме, подмигивая крошечными светлячками свеч сквозь толпу таких же демонят, окружавших меня со всех сторон. Стен не было видно, но пол под ногами выложен узорчатой каменной плиткой, шершавой и теплой, а потолок и вовсе отсутствовал, отчего над нами было отчетливо видно темное небо, затянутое, впрочем, как и всегда, облаками пепла. Над стенами храма то и дело вспыхивали отблески пламени. Создавалось впечатление, что мы варимся в огромном котле. Но ощущения приятные, наш организм привык к высоким температурам родных краев.

Вокруг меня переминались с ноги на ногу, нетерпеливо оглядываясь по сторонам, демонята в возрасте от пяти до тринадцати лет. Предвкушение, восторг и нетерпение читались на всех лицах. Среди тихой музыки, лившейся из ниоткуда, я чувствовал биение своего сердца. Оно словно стремилось выпрыгнуть из груди и нестись вперед. Закрыл глаза и вскоре услышал уже не только свое сердце, еще пять отчетливых ритмов и один совсем слабый, словно откуда-то издалека. Открыл глаза и увидел пятерых демонят, стоявших со мной в кругу. Подождите, пятерых? Где же шестой? Я оглянулся, пытаясь найти нашего последнего члена группы, посмотрел на своих братьев и увидел то же недоумение в глазах. Но я же чувствовал его, почему же его нет?

— Почему нас только шестеро? — наконец озвучил нашу общую мысль синеглазый демоненок с отросшей челкой, падавшей ему на глаза.

— Я чувствовал его! — с нотой отчаяния в голосе воскликнул я. — Он должен быть где-то здесь, давайте поищем.

— Чувствовал? А сейчас? — серьезно спросил, наверно, наш самый старший товарищ — долговязый демон-подросток.

Я закрыл глаза и снова прислушался. Пять отчетливых сердцебиений и одно едва различимое, на грани слышимости, но оно есть!

— Да, но очень слабо, словно откуда-то издалека, — произнес я, открыв глаза.

— Смотрите, их только шестеро! — посыпалось со всех сторон.

— Да ладно, так не бывает, — доносилось с дальних мест.

— Неполноценные!

— Уроды!

— Выродки!

— Нет, нас семеро, я чувствую! — выкрикнул я, обращаясь сразу ко всем.

— А седьмой невидимка что ли? — засмеялся демон из соседней группы.

— Нет, вы не понимаете, он есть, но он не здесь!

— А где? У ангелов? — и снова дружный смех.

— Не знаю, — растерялся я.

— Что тут происходит? — расталкивая детей и подходя к нам спросил настоятель храма.

Многовековой демон ростом почти два метра, с темно-синей кожей и бледно-голубыми волосами, охваченными золотым обручем, и огромными витыми синими с темно-красными прожилками рогами. Это боевой храм, поэтому настоятель при полной броне, но без оружия.

— Шестеро? — он был удивлен.

— Нас семь, — пытался доказать я. — Он просто где-то далеко.

— Вот как? — словно о чем-то догадавшись, воскликнул настоятель. — Что ж, жаль, я рассчитывал на твою группу, — произнес он разочарованно, а потом развернулся и ушел со словами: — Церемония окончена!

Окончена церемония и моя счастливая жизнь. Нам не поверили. Мне не поверили. Мало того, мы стали изгоями.

Магия, объединявшая демонов в семерки, древняя, никто и не помнит, почему так сложилось и для чего она была создана изначально, однако, действовала она и сейчас, объединяя детей по всему миру, не спрашивая ничьего мнения на сей счет. Но правила существования групп помнили и чтили до сих пор. Группы, потерявшие членов своих команд, лишались почти всех прав и привилегий.

Мы не болеем, а значит это могло случиться только в бою. В бою за жизнь, где кто-то из команды, а значит и вся команда, оказались слабы, а если кто-то выжил, то получал клеймо труса. Слабость — позор для демона, трус — не достоин называться демоном. Если же группа изначально неполноценна… Это еще хуже. Это клеймо трусости изначально, без возможности доказать обратное.

Отныне и до тех пор, пока мы не отыщем нашего седьмого товарища, нам закрыты двери всех храмов. Нам не дадут заданий, не пустят ни в один дом. Ни в один, даже в родной…

В глазах защипало.

«Мама… Отец…»

Я понимал, что теперь не посмею показаться им на глаза.

— Мы найдем его, — спокойно, но уверенно произнес наш подросток, чуть сжав рукой мое плечо.

— Да, — уже уверенней ответил я. — Чего бы нам это ни стоило.

Вынырнув из потока воспоминаний, озвучил свое решение:

— Мы вернемся за ней через пару часов. А сейчас нам нужно восстановить магический резерв. Переход через границу миров отнимает много сил даже с амулетами.

Хорошо, что при переносе нас закинуло на родную часть мира, попади мы на территорию ангелов, возникли бы проблемы.

Хоть мы находились в шатком мире с соседями, однако, несанкционированное появление могли расценить как нападение. Любую другую группу забрали бы, так или иначе, а дело замяли, но в нашем случае… Даже пальцем бы не пошевелили, а то и наоборот выставили бы виноватыми. Сложно бы пришлось.

А так, серый пепел застилал небо, обжигающая красная корка под ногами, вокруг, насколько хватало глаз, только скалы, покрытые хилым кустарником. Раскаленный воздух опалял легкие, но это было даже приятно.

Мы без проблем разбили скромный лагерь: костер, на котором уже кашеварил Вель, и расстеленные кругом циновки, вот, впрочем, и все наше богатство.

— Дей, ты не мог ошибиться? — осторожно спросил меня Бальтазар, откладывая в сторону свой шест, который почти не выпускал из рук. — Она совсем не похожа на демона, скорее на ангела…

Бальтазар, как всегда, мнителен. Кинул взгляд из-под челки, словно извиняясь за недоверие, но синих глаз не отвел, ожидая ответа.

— Уверен, — сказал я, но сомнение закралось в душу, ведь действительно ничего общего, а белоснежная кожа и впрямь, как у ангела. Но эти глаза, они зацепили меня еще в первый момент, когда я в них посмотрел, смутила внешность, но в последний раз… Я почти уверен, что слышал стук именно ее сердца, как одной из нас.