Мама спросила:

— На какое число?

— Двадцать девятое июня.

— Одна?

— Да.

Пауза.

— Я не про Никиту, — быстро сказала она. — Просто вдруг с Яной.

— У неё другой город.

— А Марк?

— Мам.

— Я ничего.

— Тогда зачем?

— Интересуюсь жизнью дочери.

— Мы не встречаемся.

— Он хороший?

Я подумала.

— Да.

— Ты уверена?

— Нет.

— Нормально.

— Почему все теперь любят этот ответ?

— Потому что ты раньше была слишком уверена.

Неожиданно.

Я не стала спорить.

— Я приеду одна, — повторила я.

— Папа встретит.

— Я могу сама.

— Не отнимай у него.

Мы обсуждали не отношения.

Летнюю практику.

Региональный показ.

Мой новый сценарий.

Мама спросила, хочу ли я найти подработку дома.

Папа предложил знакомого фотографа, которому нужен помощник.

Я сказала, что подумаю.

Впервые разговор о лете не строился вокруг того, поедет ли Никита со мной.

Словно в семейном календаре освободилось место.

Не пустота.

Возможность.

Марк вернулся в клуб в начале июня.

Без предупреждения мне.

Предупреждение было в общем чате.

«В четверг помогу настроить новый монтажный компьютер. Принесу диски».

Я прочитала утром.

Сердце ударило.

Сразу написала Арсению:

«Во сколько?»

Он ответил:

«Ты же видишь чат».

«Уточняю».

«С 17:00».

Я пришла в шестнадцать сорок.

Случайно.

Так сказала себе.

Арсений посмотрел на часы.

— Ты рано.

— Закончилась пара.

— Сорок минут назад.

— Шла медленно.

— Очень.

Я положила ноутбук.

— Где компьютер?

— Там.

— Что делать?

— Ничего.

— Тогда зачем позвал?

— Я не звал.

В пять Марк вошёл.

С большой сумкой и коробкой кабелей.

Волосы стали короче.

На нём была чёрная футболка с логотипом студии.

Он выглядел уставшим.

И довольным.

Увидел меня.

Остановился на секунду.

— Привет.

— Привет.

— Ты участвуешь в новой работе?

— Сценарный редактор.

— Арсений говорил.

— Значит, знаешь.

— Да.

Пауза.

— Как стажировка? — спросила я.

— Хорошо.

— Очень подробно.

— Могу позже.

— Не обязательно.

Мы оба замолчали.

Арсений вынес коробку.

— Если закончили сцену неловкой встречи, несите кабели.

Марк посмотрел на него.

— Не изменился.

— Кто-то должен сохранять стабильность.

Мы работали.

Спокойно.

Марк устанавливал программы.

Арсений копировал архив.

Я проверяла новую версию сценария рядом.

Иногда спрашивала техническое.

— Можно сохранить историю правок локально?

— Да.

— Как?

Марк показывал.

Не касался моей руки.

Не задерживался ближе.

Не искал личного разговора.

— Здесь, — сказал он, указывая на меню. — Автоматическая копия каждые десять минут.

— А на внешний диск?

— В конце дня.

— Почему не автоматически?

— Слишком медленно.

— Можно настроить ночью.

— Можно.

— Тогда сделаем.

Он посмотрел.

— Ты теперь отвечаешь за архив?

— После прошлого проекта я отвечаю за всё.

— Плохая привычка.

— Полезная.

— Иногда.

Мы спорили.

Как раньше.

Но мягче.

Не потому, что напряжение исчезло.

Потому что больше не требовалось доказывать, кто прав в каждом слове.

Вечером Арсений ушёл за едой.

Мы остались вдвоём.

Я ждала.

Марк проверял кабели.

Не начинал.

Не спрашивал, передумала ли.

Не напоминал про свидание.

— Ты редко бываешь, — сказала я.

— Стажировка.

— Я знаю.

— Четыре дня в неделю. Иногда пять.

— Нравится?

— Да.

— Что снимаете?

— Рекламу. Интервью. Один документальный проект.

— О чём?

Он рассказал.

Десять минут.

Без пауз.

Говорил живее, чем обычно.

Я слушала и понимала: за эти месяцы у него появилась жизнь, частью которой я не была.

Это не обидело.

Только сделало его отдельным.

Не человеком, который ждал меня в медиаклубе.

— А ты? — спросил Марк.

— Что?

— Новый сценарий.

— «Последний автобус»?

— Арсений сказал, дорогой.

— Предатель.

— Я согласен.

— Ты не читал.

— Он пересказал.

— Плохо пересказал.

— Тогда пришли.

Я посмотрела.

— Зачем?

— Прочитаю.

— Как режиссёр?

Пауза.

— Как человек, которому интересны твои тексты.

Личное.

Но безопасное.

— Хорошо, — сказала я.

Отправила.

Марк не предложил кофе.

Не пригласил пройтись.

Не коснулся старого вопроса.

Когда компьютер настроили, он собрал сумку.

— Я пойду.

— Уже?

— Завтра ранняя смена.

— Хорошо.

— Пока.

— Пока.

Он ушёл.

Я осталась.

Сначала почувствовала облегчение.

Потом разочарование.

Сама на себя разозлилась.

Что я ожидала?

Он сказал: спрашивать снова не будет.

И выполнял.

Если что-то изменится, выбор мой.

Я знала.

Но знать и сделать — разные вещи.

Последний экзамен был двадцать шестого июня.

Мы с Яной пришли за час.

Она повторяла формулы.

Я — теорию сценарных жанров.

— Почему у тебя в вопросах жанры? — спросила Яна.

— Потому что программа.

— Вы четыре месяца снимали фильм и теперь должны доказать, что знаете определение мелодрамы?

— Преподаватели любят теорию.

— Аналитики тоже.

Она закрыла конспект.

— Я ничего не помню.

— Ты сдала математические методы.

— Случайность.

— Ты готовилась два месяца.

— Организованная случайность.

— Всё будет нормально.

— Не говори.

— Почему?

— Сглазишь.

— Ты не суеверная.

— Перед экзаменом все суеверные.

Мы сдали.

Я получила пять.

Яна — четыре.

Она вышла недовольная.

— Опять четыре.

— Тебя переводят.

— Всё равно.

— Пойдём есть.

— Сначала результаты.

— Уже.

— Общий рейтинг.

— Яна.

— Хорошо.

На улице было тепло.

Настоящее петербургское лето — прохладное, светлое, с ветром.

Возле входа студенты фотографировались.

Кто-то обнимался.

Кто-то уже тащил чемодан.

Яна сказала:

— Увидимся в августе.

— Мы ещё не уехали.

— Я завтра.

— Что?

— Билет.

— Ты не говорила!

— Ты знала дату примерно.

— Примерно не значит завтра.

— Хотела избежать прощальной драмы.

— Получишь сейчас.

Я обняла её.

Сильно.

— Ты меня задушишь.

— Заслужила.

— Я вернусь.

— Знаю.

— Ты тоже уедешь через три дня.

— Знаю.

Мы стояли у входа.

Первый курс закончился.

Не официально.

Но для нас — да.

Я вспомнила сентябрь.

Чемоданы.

Никиту.

Слова:

«Первый год будет тяжёлым. Главное, что мы здесь вместе».

Он оказался прав только наполовину.

Год был тяжёлым.

Но главное было не в том, что мы приехали вместе.

А в том, что я осталась без него.

И не исчезла.

Я училась.

Писала.

Снимала.

Получила награду.

Нашла друзей.

Помогла Яне.

Купила билет.

Знала город лучше.

Сама.

Мы с Яной пошли по ступеням.

Тогда я увидела Марка.

Он стоял у выхода сбоку.

Разговаривал по телефону.

На плече сумка студии.

В руке пропуск.

Наверное, приехал за оборудованием.

Или на встречу с Арсением.

Марк закончил звонок.

Увидел меня.

Кивнул.

— Поздравляю с экзаменом.

— Спасибо.

— Как?

— Пять.

— Не удивлён.

— Не хвали.

Он улыбнулся.

— Хорошо.