Рита удивлённо вскинула брови.

— Попробовать влюбиться? Радость наша, ты… утонул в Машке. Кстати, как она?

— Нормально. Она у меня часто остаётся, так что балует своими творениями в готовке, — отозвался Никита, выглядя довольным и радостным. — Синнабоны — лучшее произведение.

Полина с Ритой переглянулись.

— Значит, подмял девку под себя? — хихикнула Шмелева.

— Почему сразу подмял? Нет. Она просто остепенилась.

— Она — красотка, — сказала Полина.

— Самая лучшая, — подтвердил Никита. — И вообще. Может, Рита нам расскажет, что за роман у неё случился?

— Нехорошо переводить стрелки, Никитос, — возмутилась Шмелева, но тут же расплылась в довольной улыбке. — Дима хороший. Он очень внимательный и заботливый. Конечно, мы много гуляем и всё такое, но я не спешу заводить с ним отношения.

— Почему? — уточнил Никита.

— Не знаю. Мы как-то не говорим об этом. Да, мы держимся за руку и даже поцеловались несколько раз, но мне не хочется торопить события и думать, что он тот самый единственный и неповторимый. Дима замечательный, и мне хорошо с ним, а что будет дальше — узнаем.

— Саша тоже о нём хорошо отзывается, — призналась Полина. — Ну, они хорошие друзья, но Саша не станет лгать. Дима нормальный чувак.

— Ага… Позвал меня на дачу осенью, картошку копать, — хрюкнула Рита, делая глоток чая.

Они дружно рассмеялись, и тогда Никита спросил у Полины:

— Ну а ты? Как так получилось, что ты и Саша Фихнеев?

Он поиграл бровями, за что получил колкий взгляд от Ивановой.

— Всё началось с оранжерей, — она пожала плечами.

— Вы же друг друга терпеть не могли, — Никита откусил картошку фри.

— В школе — да, а потом… Он заметно вырос и уже не был так неприятен, хотя… Он остаётся засранцем, но всё равно очень хороший. Он открылся с другой стороны.

— Видел бы ты его задницу, — хихикнула Шмелева, мечтательно закатывая глаза.

— Фу, нет, — Никита поморщился.

— Рита! — воскликнула Полина, краснея. — Я даже познакомилась с его родителями на прошлой неделе. Очень хорошие люди. Правда, отец немного строгий, но в пределах разумного. У него немного грубые шутки, но смешные.

Рита с Никитой переглянулись и одновременно воскликнули:

— Что?! Ты познакомилась с его родителями в качестве девушки?

Полина смущённо кивнула и потыкала вилкой в салат.

— Ну да. А что такого?

— Вы же совсем ничего ещё вместе…

— Ну, я же была знакома с его родителями, просто не в том статусе, да и так получилось… что его мама пришла к нему как раз тогда, когда я готовила Саше завтрак. Было решено собраться на ужин и познакомиться поближе.

— Как всё серьёзно, — воодушевлённо сказал Никита.

— Мы оба за тебя рады. Знаешь, от ненависти до любви…

— Рита-а, — простонала Полина, прикрывая глаза.

— …один шаг. Милочка, ты отхватила самого популярного парня в школе, и ты можешь любоваться его задницей столько, сколько захочешь. Разве это не счастье?

— Если мы остаток вечера будем обсуждать задницу Фихнеева, то у меня окончательно пропадёт аппетит, и я так и не доберусь до своего бургера, — пробормотал Никита, макая картошку в кетчуп.

— Надо будет как-нибудь собраться с нашими половинками, — предложила Рита.

— Хорошая идея. Кстати, к нам приезжает какая-то группа в выходные. Обещают уличный концерт на площади, — подхватила идею Полина.

— Если собираться, то до нашего отъезда с Машей. Мы планируем в двадцатых числах августа уехать в Сочи.

— Тогда я обсужу этот вопрос с Димой.

— А я с Сашей.

— Маша точно не будет против. Она любит всякие движухи. Мы ходили с ней на концерт, она там так отплясывала, что мне стало жалко её ноги в туфлях.

— Обратно ты нёс её на руках?

— Ну… почти. По крайней мере, от такси до квартиры. Она сильно устала, так что я сделал ей массаж пяток.

— Ого! — воскликнули девушки.

— Ты очень заботливый, — сказала Полина.

Никита расплылся в довольной улыбке и кивнул головой несколько раз.

Казалось, что время для них замедлилось. Они долго сидели в кафе, болтая обо всём и ни о чём. Оглядываясь назад, можно было с уверенностью сказать, что это идеальный пример дружбы, которая никогда ни при каких обстоятельствах не испортится и не разрушится.

У них было особенное трио.

— Зачем мы приехали в оранжереи? — спросила Полина, когда следующим вечером Саша припарковался возле знакомых ворот.

Он загадочно улыбнулся и подошёл к девушке с чёрной шёлковой лентой. Она скептически посмотрела на атрибут в его руках и нахмурилась.

— Саша?..

— Не волнуйся. Повернись, я должен закрыть тебе глаза.

Днём, когда Саша отвёз Полину домой, то попросил её одеться в джинсы и кофту, потому что сюрприз был подготовлен на позднее время суток. Она, конечно, послушалась его, гадая, что он мог придумать.

Она не находила себе места, пока ждала его предварительного сообщения о том, что ей пора собираться. Полина нервно заламывала пальцы, ходя из угла в угол собственной спальни, пока мама не попросила её успокоиться и не переживать раньше времени. Казалось, что женщина была в курсе того, что задумал Фихнеев, но упорно молчала, окидывая девушку яркой улыбкой и счастливым взглядом.

Полина сразу же поняла, что они двигались в сторону оранжерей. Ей это показалось немного странным, но она не придала этому значения, ведь в той стороне находились не только сады, но и просто природа. Может, он решил запустить шары в небо? Какая глупость, но она думала обо всех возможных вариантах, что мог Саша придумать.

— Ладно.

Она повернулась к нему спиной, и на её глазах оказался чёрный шёлк, перекрывающий зрение. Полина нервно перешагнула с ноги на ногу. Она сильно волновалась и пыталась сообразить, зачем они приехали в сады, какой тут можно было устроить сюрприз?

Она сгорала от нетерпения узнать, что для неё приготовили.

Сашу трудно было назвать романтиком. Иногда он предпочитал лежать на диване и делать вид, что смертельно устал. В такие моменты Полина включала фильм и готовила попкорн. Они мило проводили время вместе, засыпая в обнимку.

Иногда у Фихнеева было слишком много энергии, и его мотор выключался только тогда, когда он начинал зевать и жаловаться, что утром ему будет тяжело вставать.

Полина нравились оба его состояния, так как он умел делать баланс между ленью и активностью.

Саша взял её за руку и медленно повёл вперёд. Полина аккуратно двигалась, зная, что впереди вполне ровная дорога, о которую нельзя запнуться. Она крепко держалась за его ладонь, боясь отпустить и потерять контакт.

Они остановились, и Саша зашёл за её спину.

— Ты же знаешь, что я так себе романтик, да?

Полина фыркнула.

— Оценить твои возможности пока не могу. У меня закрыты глаза.

— Я немного волнуюсь.

— Уверена, что у тебя получился отличный сюрприз.

— Ладно, — выдохнул Саша, и Полина почувствовала, как его руки развязали бант на затылке, и с глаз пропала чёрная повязка.

Она огляделась, и её глаза расширились, когда она заметила, что между оранжереями лежал большой плед, корзина с фруктами и напитками, на металлических подносах стояли ароматизированные свечи в стаканчиках. Её взгляд упал на телескоп, стоявший в паре метров от раскинутого пледа.

Сердце Полины сжалось. Она поражённо застыла, когда поняла, что сегодня последний день обещанного звездопада, и Саша захотел показать его вблизи.

Она резко повернулась к нему и обняла за плечи, вставая на носочки и мягко целуя в губы. Он обнял её в ответ, прижимая к себе.

Теперь Полина поняла, почему мама окидывала её любопытным взглядом с широкой улыбкой. Вероятно, она тоже поспособствовала тому, чтобы всё получилось.

— Это слишком мило, — прошептала девушка, отстраняясь и подходя к телескопу. — Надеюсь, ты взял его напрокат.

— Ну, почти.

Саша потёр затылок, и Полина бросила на него быстрый взгляд: «Почти?»

— Неважно, где я его взял.