Иванова улыбнулась, удаляясь от лежака.

Люди, находящиеся на пляже, не собирались покидать свои места. Многие уже не купались, окончательно выползли на берег и столпились на маленькой площади, на которой было что-то громкое, очень яркое и красивое.

Она зацепилась глазом на несколько секунд, смотря, как несколько парней танцевали, а потом двинулись девушки, выполняя практически синхронные движения. Баттл. Там был танцевальный баттл! Интересно.

Полина остановилась возле бара, и парень в красно-чёрном фартуке подошёл к ней, принимая пустые стаканы.

— Мохито и пинаколаду, — попросила Полина, поглядывая на разворачивающееся шоу.

Ей было плохо видно, и она максимально вытянула шею, чтобы увидеть больше, но из-за толпы, образовавшейся вокруг площадки, был очень плохой обзор. Полина села на барный стул и приподнялась, чтобы увидеть хоть что-то, и это почти помогло, пока какие-то девушки не подняли руки с телефонами.

— М-да, — она покривила ртом и повернулась к бармену, который методично намешивал коктейли, ловко обращаясь с предметами для приготовления.

— Готово, — сказал бармен, одарив девушку соблазнительной улыбкой и поставив на стойку два вновь наполненных стакана.

— Благодарю!

Полина слезла со стула, когда почувствовала вибрацию в сумочке. Она нахмурилась и тут же отыскала телефон. Её глаза округлились, перечитывая строчки несколько раз:

«Саша Фихнеев: Не могла ещё откровеннее надеть лифчик? В принципе, и без него можно было обойтись»

— Ты на показ мод собрался? — недовольно буркнул Пестеренко, когда окинул Сашу внимательным взглядом.

Он только-только припарковал машину, героически игнорируя звонки от Тёмы и Димона, которые пытались поторопить его.

Саша собирался не спеша. Он переводил дыхание, расхаживая по квартире и пытаясь понять, стоит ли ехать развлекаться. Сегодня были похороны, и он мог бы провести остаток дня, загоняясь и погружаясь в глубокие раздумья, чтобы правильно почтить память деда.

На самом деле, Иван бы не позволил сидеть внуку в полной тишине, задумчивости и расхлябанности. Он бы поддал пинка и попросил не возвращаться до полуночи, пока хорошенько не отдохнёт и не оторвётся вместе с друзьями.

Поэтому Фихнеев принял решение. Он съездит на пляж, как и договаривались изначально с парнями. Единственное, не собирается напиваться в стельку, как хочет Артём. Он считал, что его неделя была сильно изматывающей из-за вступления в клуб цветоводства, поэтому ему нужно качественно отдохнуть.

Тем более там обещали показать фаер-шоу. Саша ходил на подобное мероприятие год назад, когда был фестиваль «Белые ночи», и ему очень даже понравилось.

Он оделся в рубашку с вертикальной полоской и белые штаны, чтобы соответствовать пляжному дресс-коду.

Пестеренко был одет в чёрные джинсовые шорты и белую рубашку, что смотрелось тоже неплохо.

Саша окинул друга скептическим взглядом.

— А сам?

— Олеся сказала, что мне нужно одеться так же, как и она, — он закатил глаза.

Фихнеев не сдержал смеха.

— Что? Я что-то пропустил?

Артём надулся.

— Ну… Нет. Просто она сказала, что должен быть белый верх и чёрный низ. Не знаю. Эта девчонка сводит меня с ума!

— И… Вы, получается, вместе?

— Нет! — тут же ответил Артём, затем глянул на Сашу быстрым взглядом. — Или да? Или нет? Я не знаю. Мы просто проводим время вместе.

Фихнеев поразмыслил с минуту и пришёл к очевидному выводу:

— Ясно. Она тебе нравится.

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Да.

— Да.

Саша победоносно улыбнулся, обнажая зубы.

— В задницу это, — фыркнул Пестеренко.

Они спустились к пляжу, и Фихнеев недовольно поджал губы. Погода была хорошей, даже слишком, несмотря на дневной дождь. Люди продолжали занимать лежаки и не спешили переодевать купальники на нормальную одежду. Солнце плавно садилось за горизонт, окрашивая небо и волны в нежный розовый оттенок.

— Маша сегодня необычно спокойна, — хмыкнул Артём, когда они спускались к лежакам по деревянному мостику.

Саша не совсем понял, зачем он это сказал, но решил поинтересоваться:

— Почему же?

— Не знаю. Сказала, что ждёт встречи с кем-то, поэтому уйдёт от нас примерно через полчаса, — он неопределённо пожал плечами.

Саша подумал, что это к лучшему.

Они подошли к месту, где на четырёх лежаках расположилась их компания примерно из пятнадцати человек, в числе которых были и очень, и не очень знакомые.

Фихнеев заметил, что Олеся была одета в такие же тона, что и Артём. Они практически выделялись, потому что остальные были одеты в разносортные и разноцветные вещи: джинсы или шорты, майки или футболки.

— Ты как раз вовремя, — сказала Лоскутова, посмотрев на Сашу.

— Да?

— Через часик откроется танцплощадка, и ты будешь снимать, как Пестеренко танцует стриптиз.

— Лоскутова! — прорычал Артём.

— Видимо, я что-то пропустил, — протянул Саша.

— Ага! — довольно хихикнула Олеся. — Нам сегодня дали задание поухаживать за гибискусом. Мы поспорили, что если кто-то из нас облажается, то будет выполнять желание. Это задание было на оценку для Георгия! Представляешь? И этот придурок, — она указала стаканом с пурпурной жидкостью на Артёма, — оторвал цветок! Так что он облажался и торчит мне желание!

— Вообще-то, этот цветок был болен, и он случайно попался мне под руку! — запричитал Артём, выглядя рассерженным.

— Он был абсолютно здоров, пока твои лапы не оказались возле него!

— Ты..!

— Брейк, дамы, — Саша поднял руки, предотвращая словесную атаку ругательствами. — Тёма, если ты действительно облажался, тебе стоит выполнить приказ Олеси.

— Это бред! — воспротивился Пестеренко.

— Зато мы все увидим твои трусики! — поддакнул Димон, проглатывая пиво.

— Идиоты!

— Неправда! Ты сам виноват! — завопила Олеся.

Пора было уходить, чтобы избежать визга.

— Я в бар! — сказал Саша и медленно направился сквозь толпу в сторону импровизированного пляжного бара.

Он медленно шёл, мечтая о газированной прохладной воде. Детвора, бегающая друг от друга, едва не сбивала его с ног, когда он пытался пробраться сквозь соединённые шезлонги, на которых отдыхал целый скаутский отряд из школьников.

Саша закатил глаза, когда один из мальчишек воткнулся ему в бок. Он мягко потрепал его по голове, и ребятёнок удрал в противоположном направлении.

Он не поверил собственным глазам, когда увидел знакомую черноволосую макушку, выглядывающую из бара. Девушка оперлась руками на стойку и пыталась посмотреть на сцену, возле которой толпились люди.

Её чёрный лифчик (или топ, или что это вообще такое?) был каким-то непотребством, хотя Саша напомнил себе, что они были на пляже, где все были наполовину раздеты. Короткие шорты идеально обтягивали упругие ягодицы.

Она выглядела фантастически хорошо, заряжая тёплой энергией и освещая мрачный день. Её пухлые губки были слегка приоткрыты, когда она пыталась максимально вытянуться, чтобы посмотреть шоу. Она прикусила нижнюю губу и, качнув головой, прекратила попытки хоть что-то высмотреть.

От её вида мгновенно потеплело внутри. Саша не писал Полине весь день, даже не думал об этом — был занят, да и как-то не знал, стоит ли этого делать. Она так стремительно покинула его квартиру в четверг, что он не знал, как себя повести.

Полина вызывала в нём странные эмоции, заставляющие вести себя как полный идиот, не обдумывающий действия наперёд.

Саша слегка замедлился, когда начал приближаться к бару, и достал телефон, быстро набирая сообщение:

«Саша Фихнеев: Не могла ещё откровеннее надеть лифчик? В принципе, и без него можно было обойтись»

Он даже не понял, зачем написал это. Просто захотелось, просто будто что-то толкнуло его к написанию сообщения. Не станет же он банально начинать диалог с «привет», верно?

Фихнеев не был миловидным романтиком, который прослыл нежными и красивыми ухаживаниями. Он неотёсанный грубиян, не знающий, как себя вести с той, кого задирал.