Но я знала, что я не могу остановиться.

Дорога тянулась бесконечно. Я ехала верхом, и каждый час, каждый поворот, каждый новый холм, открывающийся за горизонтом, отдавался в груди глухим, пульсирующим стуком. Я не знала, сколько прошло времени — день, два, три. Я перестала считать. Я просто ехала, и ветер дул в лицо, и золотой пепел пульсировал под кожей, напоминая мне, что я жива, что я еду, что я должна сделать это.

Город показался на рассвете.

Я увидела его издалека — огромные белые стены, они поднимались к небу, как зубы гигантского зверя, и башни уходили в облака. Я остановилась на холме и смотрела на него, чувствуя, как внутри меня поднимается что-то холодное и липкое. Это была Эрдия — столица империи. Город, в котором жил император. Город, который мог спасти нас. Или уничтожить.

Я въехала в ворота, и город накрыл меня — шумом, запахами, голосами. Люди сновали по улицам, и я смотрела на них, чувствуя, как они смотрят на меня. Я была чужой. Я была никем. Я была служанкой, которая ехала к императору. Я была королевой, которая просила о помощи.

Я остановилась у дворца. Он был огромным — белым, как снег, и я смотрела на него, чувствуя, как внутри меня поднимается страх. Я подошла к воротам, но стража остановила меня.

— Стой! — рявкнул один из них, и я видела, как его рука ложится на меч. — Кто такая? Куда прёшь?

— Я должна увидеть императора, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я пришла просить о помощи.

— Император не принимает никого без приглашения, — сказал он, и в голосе его слышалась насмешка. — Проваливай, откуда пришла.

Я смотрела на него, и внутри меня поднималось что-то горячее, тёмное. Я не могла уйти. Я не могла вернуться ни с чем. Я не могла позволить им умереть.

— Я — Сафира, — сказала я, и голос мой стал громче, твёрже. — Истинная жена Эвана, главы клана Пепла. Я пришла просить императора о помощи.

Стражник замер. Я видела, как его глаза расширились, как он смотрит на меня, как он не знает, что сказать.

— Клан Пепла? — переспросил он, и в голосе его слышалось сомнение. — Они же в осаде. У них нет королевы.

— Я — их королева, — сказала я. — Я — его истинная. И я пришла просить императора о помощи.

Я подняла руку. Я показала ему свою ладонь. Золотой пепел горел на ней, пульсировал, переливался, и я видела, как он смотрит на него, как его лицо меняется.

— Что это? — спросил он, и голос его дрогнул.

— Это метка истинности, — сказала я. — Я — его истинная. Я пришла просить о помощи. Ты должен впустить меня.

Он смотрел на меня долго, тяжело. Я видела, как он колеблется, как его рука сжимает меч, как он не знает, что делать. Потом он кивнул.

— Жди здесь, — сказал он. — Я доложу.

Он повернулся и ушёл. Я стояла у ворот, и внутри меня всё дрожало. Я не знала, что будет дальше. Я не знала, что скажет император. Я не знала, поможет ли он мне.

Я ждала.

Время тянулось медленно. Я слышала, как город шумит за моей спиной, как люди говорят о чём-то, как они смеются и спорят. Я чувствовала себя чужой в этом городе. Я чувствовала себя никем.

Дверь открылась, и стражник вышел.

— Император примет тебя, — сказал он, и в голосе его слышалось уважение. — Следуй за мной.

Я пошла за ним.

Я шла по коридорам, и мои шаги гулко разносились под сводами. Я чувствовала себя маленькой и хрупкой, как песчинка в этом огромном дворце. Я видела, как люди смотрят на меня, как они шепчутся, как они указывают на меня пальцами. Я не знала, что они думают. Я не знала, что они чувствуют. Но я знала, что я должна сделать это.

Я остановилась перед дверями. Они были огромными, белыми, и на них был вырезан герб императорской семьи. Стражник открыл дверь, и я вошла.

В зале было светло. Солнечный свет падал из высоких окон, освещая золотые колонны, мраморный пол, трон, на котором сидел он. Император Ауреллий Первый.

Я смотрела на него, и внутри меня всё дрожало. Он был старым, но сильным, и его глаза смотрели на меня с любопытством и настороженностью.

— Ты — Сафира? — спросил он, и голос его был низким, властным.

— Да, — сказала я.

— Ты — истинная жена главы клана Пепла?

— Да.

— Ты пришла просить о помощи?

— Да.

Он смотрел на меня долго, тяжело. Я чувствовала, как его взгляд проникает в меня, как он видит меня насквозь, как он знает, что я не вру.

— Покажи мне метку, — сказал он.

Я подняла руку. Золотой пепел горел на моей ладони, пульсировал, переливался, и я видела, как он смотрит на него, как его лицо меняется.

— Ты — истинная, — сказал он, и в голосе его слышалось уважение. — Но я не могу помочь тебе просто так. Ты должна понять, Сафира. Ваши кланы достали своей враждой. Они воюют столетиями, сжигают земли, убивают людей, а императорская корона сидит в стороне и смотрит. Мне надоело, что никто не хочет приклонить колено перед истинной короной. Никто не признаёт мою власть. Никто не уважает империю.

— Что ты предлагаешь? — спросила я.

— Я помогу тебе, если ты убедишь хотя бы три клана склонить голову перед императорской короной. Клан Ветра, клан Камня, клан Земли — они должны присягнуть империи.

— Но это невозможно, — сказала я, и голос мой дрогнул. — Никто не согласится. Каждый из этих кланов мечтает стереть вас в порошок и занять трон. Они не присягнут вам.

Он посмотрел на меня, и я видела, как его лицо остаётся спокойным. Он отпил из бокала, который держал в руке, и усмехнулся.

— Не спеши с выводами, — сказал он. — Пойдём, я кое-что покажу тебе.

Он встал и пошёл к двери. Я следовала за ним, чувствуя, как внутри меня поднимается любопытство и страх. Он спускался по лестнице, и я шла за ним, чувствуя, как воздух становится холоднее, как стены становятся сырыми.

Мы спустились в подземелье.

Я остановилась. Внутри меня всё дрожало. Я смотрела на то, что было передо мной, и не могла поверить своим глазам. Ряды пушек, огромные металлические орудия, которые я никогда не видела. Они были огромными, чёрными, и я чувствовала, как от них исходит холод и сила.

— Что это? — спросила я, и голос мой дрогнул.

Он засмеялся и отпил вино из своего бокала.

— Ты слышала, у меня недавно был отбор невест на должность императрицы, — сказал он. — Я женился. И должен заметить, не просто женился, а по большой любви.

— Я не знала, — сказала я. — Примите мои поздравления.

— Моя жена, — продолжал он, — она попаданка. Она из другого мира. Она изобрела всё это орудие. То есть принесла всё это из своего мира. Говорит, что была инженером по образованию и что в их мире очень много технологий, которых мы ещё не видели.

Я смотрела на орудия, и внутри меня поднимался холод. Я не знала, что это значит. Я не знала, как это работает. Но я знала, что это изменит всё.

— Если они будут не согласны, я сотру их с лица земли, — сказал он, и голос его был спокойным, но твёрдым. — Можешь так им и передать.

Я смотрела на него, и внутри меня поднималось что-то горячее, тёмное. Я знала, что он не шутит. Я знала, что он сделает это.

— Я сделаю это, — сказала я. — Я уговорю их.

— Я знал, что ты так скажешь, — сказал он, и в голосе его слышалось одобрение. — Ты сильная, Сафира. Я вижу это.

— Как мне найти их? — спросила я.

— Я дам тебе карту, — сказал он. — И письма. Они должны узнать, что ты — истинная. Они должны увидеть метку. Только так они поверят тебе.

— Я сделаю это, — сказала я.

— Я знаю, — сказал он. — Ты справишься.

Я стояла перед ним, и внутри меня поднималась надежда. Я не знала, что будет дальше. Я не знала, вернусь ли я. Но я знала, что я сделаю это. Я уговорю их. Я спасу свой клан. Я вернусь к нему.

Я сжала пальцы в кулак, и золотой пепел пульсировал под кожей.

— Спасибо, — сказала я.

— Иди, — сказал он. — И не возвращайся без хороших новостей.