Медленно поворачиваюсь на стуле, улыбаясь, смотрю в сторону двери. Она должна быть настоящей моделью, чтобы свести с ума моего друга.

Дверной колокольчик звенит, и в заведение входит девушка. Начинаю изучать её снизу вверх. Красивые ноги, аппетитные округлые бёдра в строгом белом платье, тонкая талия, грудь — тоже не подкачала, а походка… Она не идёт, а парит на высоких каблуках. У Серёги отличный вкус! Даже у меня дыхание перехватывает, сердце бьётся быстрее.

Поднимаю глаза на лицо — и словно падаю в бездну: сердце замерло, кровь застывает в венах. Это она! Аня! Зажмуриваю глаза до боли. Этого не может быть, я сошёл с ума! Я видел её сотни раз в толпе, но никогда не так чётко, как сейчас.

Отворачиваюсь, опираюсь локтями о стол, открываю глаза и смотрю на руки. Пытаюсь дышать. Нет, это не она! Мне показалось! Сделать глубокий вдох не получается — делаю быстрые частые вдохи. В ушах звенит. Приступ паники? Серёгины эмоции похожи на те, что испытываю я, и во мне что-то встрепенулось. Это не она. Я всё придумал.

— Эй! — голос друга звучит словно издалека. — Тёмыч, ты здесь?

Сглатываю, натягиваю улыбку, поднимаю голову, рассчитывая увидеть обычную девушку, а не свои галлюцинации. Но передо мной всё та же Аня, та, что разбила мне сердце.

Мы встречаемся взглядами. С лица Ани медленно сходит улыбка, в глазах появляется шок или испуг. Не знаю, что она чувствует, но я… Я заколдованно смотрю на её губы, и во мне рождается непреодолимое желание поцеловать её. Внутри жар, ладони потеют, сердце больно колотится.

Серёга что-то говорит, но я не слышу.

— Тёмыч, блин! — вскрикивает он, и я вздрагиваю, как и Аня.

— Что? — оглядываюсь, часто моргаю, руки дрожат, прячу их под стол, нервно дергаю ногой.

— Это моя девушка — Аня, — друг произносит это так, будто в первый раз.

Я киваю, не знаю, почему решаю сделать вид, что мы не знакомы. Как сказать школьному другу, что это та, кто разбила моё сердце, вытащила его из груди и проехалась по нему? Я вижу, как он о ней говорит, понимаю, что чувствует.

— А это мой невоспитанный школьный друг Артём.

Аня кивает, делает вид, что не знакома со мной. Меня это оскорбляет. Она делает вид, что не узнала или действительно не помнит меня? Я помню всё: каждый её взгляд, каждое движение — так чётко, словно это вчера.

— Садимся? У Ани обед нерезиновый, — усмехается Серёга, делая жест к столу.

Я киваю и сажусь, Аня идёт к окну, я слежу за ней взглядом, не поворачивая головы. Нога дергается под столом, пытаюсь придавить её рукой, но становится только хуже.

— Что будешь? — Серёга смотрит на неё с нежностью, ещё не знает, с какой тварью связался.

— Наверно бизнес-ланч. У меня мало времени, — отвечает Аня, не глядя на меня, уткнувшись в меню.

— Конечно, — кивает друг, поднимает руку, чтобы подозвать официанта, но зал полный. — Я пойду закажу на стойке, так быстрей будет.

Он целует Аню в щёку и уходит. Я сжимаю челюсть, как противно видеть, как перед ней стелется мой старый друг, точно так же, как я когда-то.

— Что, не узнала? Настолько мало я для тебя значил? — тяжело дышу, кровь закипает, сжимаю кулаки.

— Узнала, — она не смотрит на меня, отворачивается к окну, голос равнодушный, высокомерный. — Не ожидала тебя здесь увидеть.

— Я тоже не ожидал, думал, встречу где-нибудь случайно, а ты… — хмыкаю с отвращением. — Поднялась, запудрила мозги очередному бедолаге.

— Часто пользуешься услугами проституток? — с издёвкой смотрит на меня, прямо в глаза. — Не умерла без ваших денег?

— Со сколькими пришлось переспать, чтобы переехать в Москву? Уже насосала на квартиру или с кого-то ещё собираешься? — я задел её, вижу, как она сжимает челюсть, начинает дрожать от злости. — Думаешь, я не открою глаза другу? Не скажу, с кем он связался?

— Да пожалуйста! — резко встаёт Аня.

— Что произошло? — Серёга словно появляется из воздуха и тут же приобнимает её. Меня выворачивает изнутри, когда вижу его руку на талии Ани.

— Мне… — она сглатывает. — Мне позвонили. Нужно срочно вернуться на работу. Клиент пришёл, очень торопится…

— Клиент, — тихо повторяю я с усмешкой.

— Прости, — она целует Серёгу в щёку. — Мне пора.

— Хорошо, — кивает Серёга. — Я завезу тебя в офис на обед.

— Не нужно.

— Ты должна есть. Не хочу, чтобы упала в голодный обморок!

— Хорошо, спасибо.

Она выходит из-за стола. Серёга провожает её взглядом, пока Аня не выходит из кафе. Он словно под гипнозом, как и я когда-то. Теперь я знаю, кто она на самом деле, и не позволю ей испортить ещё одну жизнь.

Сосредоточенно смотрю на стол. Сказать Серёге прямо сейчас? Он ведь не поверит моим словам. Я, как никто другой, знаю, как эта тварь может затуманить разум. Пять лет! Пять грёбаных лет я не могу забыть её! От злости я до боли сжимаю кулаки, стискиваю зубы. Ненавижу себя за эти эмоции, но меня всё ещё тянет к ней, я хочу её. Если бы Аня сейчас упала на колени и попросила прощения, я бы без раздумий бросился к ней. Даже зная, кто она на самом деле, я бы целовал её и прижимал к себе. Как обычная девка может так сильно залезть в голову? Тварь! Сука! Ненавижу!

— Тёмыч? — С трудом поднимаю взгляд на Серёгу. Он сидит напротив, наклонив голову, настороженно смотрит на меня. — С тобой всё нормально?

Я должен сказать ему правду. Лучше эта адская боль внутри, чем прожить всю жизнь с человеком, который только пользуется тобой и может предать в любой момент.

— Ты знаешь, кто она? — язык едва ворочается, слова застревают во рту.

— Ну… — он улыбается и пожимает плечами. — Анна Владимировна Ситникова, двадцать шесть лет, работает в банке, снимает однокомнатную квартиру. А! — вскрикивает, словно что-то вспомнил. — Вы наверняка учились вместе! Точно, она говорила, что окончила местный колледж в нашем городе. Мы все земляки. Учились в одной школе, только она младше на три года, соплячка, поэтому и не помню её! Но в колледже она наверняка была первой красавицей. Расскажи! А то Аня не любит вспоминать и всё время съезжает с темы.

Серёга опирается на стол, наклоняется вперёд, готов слушать каждое слово. Его глаза светятся счастьем, улыбается, как влюблённый придурок. Хотя… он и есть сейчас влюблённый придурок. Я словно смотрю на себя пять лет назад.

— Я… — ком в горле поднимается. Напрягаюсь. — Я не помню её, — выдыхаю, тело расслабляется. Не могу говорить о ней плохо, не получается. Нужно аккуратно намекнуть Серёге. А лучше поговорить с Аней! Пусть сама отстанет от моего друга, не портит ему мозги. Пусть ищет другого лоха!

— Да этого не может быть! — усмехается друг. — Такую девушку не запомнить? У вас что, модельное агентство было?

— Ну… — пожимаю плечами. Мысли крутятся совсем о другом. Я почти и не соврал: думал, что знаю её, даже сделал предложение, а она оказалась тварью. А как она изменилась… от той скромняжки не осталось следа. Москва. Здесь конкуренция выше, за красивые глазки никто платить не будет.

Снова в голове возникают её изгибы: бёдра, тонкая талия. Лёгкое покалывание в ладонях, они чешутся, хотят прикоснуться к её телу, рот наполняется слюной, губы сохнут. Раньше она не была такой аппетитной, наверно после родов… Ребёнок!

— У неё есть ребёнок? — напрягаюсь, замерев, смотрю на Серёгу.

— Да, — он радостно кивает. — И не скажешь. Молодая, красивая, а уже есть ребёнок. Знаешь, это даже хорошо. В моём возрасте девки каждая норовит забеременеть. А Ане это уже не надо: у неё есть ребёнок, и со вторым мы можем не спешить, пожить для себя, посмотреть мир. Её дочь уже большая, не совсем, но всё равно проще, чем с малышом, наверное.

— Сколько ей? — удивляюсь. Если верить Ане, я был у неё первым, и ребёнка быть не могло. У меня диссонанс в голове.

— Чуть больше четырёх, — отмахивается друг, явно не питая любви к ребёнку Ани.

Холодок пробегает по спине, волосы встают дыбом. Судорожно считаю. Я видел Аню последний раз чуть больше пяти лет назад. Если она забеременела тогда… Девять месяцев плюс чуть больше четырёх… Нет! Если бы это был мой ребёнок, она бы пришла требовать денег. Теперь ясно, как она смогла перебраться с ребёнком в Москву, найти работу и снять квартиру. Не случайно, даже квартиру сама не смогла купить! Злорадство внутри — приятно, что она так лоханулась. Если бы не тратилась на кого попало, могла бы выйти за меня и жить спокойно… Может, даже ребёнок уже был бы у нас… Блядь! Не думай об этом! У нас не было бы будущего! Она не достойна быть рядом со мной!