— А если нет паспорта? — с намёком протянул Александр.

— Ум… — сжал губы Азиз. — Без паспорта будет сложней, — тяжело вздохнул он. — А ты интересный парень, Алекс. Я думаю, тебе остаётся лишь присоединиться к беженцам через мёртвое море. Заплатишь деньги контрабандистам, и они переправят тебя в Египет или Саудовскую Аравию. Тогда тебе надо не в столицу, а в Массауа. Там есть порт и обитают контрабандисты. Но дальше ничего не могу тебе посоветовать, поскольку я далёк от криминального мира.

— Ничего страшного, — Шульц остался доволен полученной информацией. — И на этом спасибо, Азиз. Ты мне очень помог.

Александр был приятно удивлён тому, что Азиз полностью выполнил условия их сделки. Он действительно довёз его до города, высадил возле видавшей виды гостиницы и уехал обратно.

Приехали они в город уже ночью. Двери гостиницы были заперты. Немцу пришлось колотить по ней до тех пор, пока её не открыл заспанный и злой пожилой африканец. Но его злость тут же смыло из-за вида стодолларовой банкноты в руке Шульца.

— Надо переночевать, — единственной фразы европейца оказалось достаточно, чтобы его впустили внутрь.

Номер ему предоставили. И он даже был комфортней той хижины, в которой его держали в качестве пленника. Правда, ненамного. На этаже даже был общий душ, которым парень поспешил воспользоваться.

В местном одеянии он чувствовал себя некомфортно. Длинная белая рубаха больше была похожа на женское платье. Берцы он сменил на старые резиновые шлёпки, которые шли в комплекте к «платью». Зато в таком виде он привлекал намного меньше внимания, чем в военной форме враждебной страны.

Впервые за несколько дней ему удалось неплохо выспаться. Утром он разговорился с хозяином отеля. И пусть тот очень плохо знал английский, но с помощью активной жестикуляции и тех немногих известных ему слов, удавалось найти понимание. Так Алекс выяснил, где находится рынок и как добраться до портового города.

До рынка он дошёл минут за двадцать, привлекая по пути к себе повышенное внимание. Как бы он ни оделся, он никак не мог слиться с толпой, поскольку окружающее население сплошь было темнокожим. Белый парень привлекал к себе любопытные взоры всех от мала до велика.

На рынке, который был типичным восточным базаром с разложенными на земле товарами, он разжился гражданской одеждой: нижнее бельё, футболка, джинсовый костюм и кроссовки. Плюс он прикупил рюкзак и несколько смен нижнего белья, футболок и носков, поскольку ему предстояло ещё неизвестное время путешествовать.

За всё время к нему ни разу не подошли ни полицейские, ни военные. Лишь мальчишки постоянно подбегали и что-то восторженно кричали, пытаясь его потрогать, словно он был какой-то суперзвездой.

Позавтракать он рискнул в местной кафешке. На удивление, еда там была очень вкусной, но вот её вид аппетитным сложно назвать. На большой плоской тарелке ему подали нечто в виде разноцветных кучек какой-то то ли каши, то ли пасты. В центре возвышалась самая большая горка коричневой субстанции, которую больше ожидаешь увидеть в унитазе. Вокруг неё на манер лепестков ромашки были выложены жёлтая горка кукурузной каши, кучка огуречно-лукового салата с жёлтыми дольками помидоров, потом шло нечто чёрное и кашеобразное, затем снова коричневое, но более светлого оттенка.

В целом всё было вкусно и съедобно. Что он ел — об этом Александр старался не думать, чтобы не портить себе аппетит, но мясо там явно отсутствовало.

После кафешки он купил пару бутылок воды и немного продуктов для перекуса, после чего отправился искать автобусную станцию.

С помощью скудных коммуникативных навыков, приправленных большим желанием свалить из этой страны, Алексу удалось сесть в автобус до Массауа. Правда, уровень комфорта в автобусе он бы оценил на минус две звезды. Тут не смотрели на количество посадочных мест — билеты продавали до тех пор, пока их покупали. В салоне всё было битком. Народ ехал с баулами сидя и стоя. Алексу предстояло ехать всю дорогу стоя. Но он взял пример с местных, которые без стеснения садились прямо на пол. Тряско, холодно и некомфортно, но всё же лучше, чем стоя. А если подложить под задницу рюкзак, то становится немногим лучше.

Город Массауа выглядел более солидным. Тут имелись пятиэтажные многоквартирные дома в советском стиле. Скорее всего, они были построены при сотрудничестве с СССР.

Первой проблемой Шульца стал не обед, как можно было подумать. С ним-то он запросто справился — нашёл приличную на вид кафешку и покушал там. Правда, обед по визуальной составляющей не особо отличался от завтрака, он был таким же отвратительным внешне и вкусным при употреблении.

О пищевых привычках Эритреи можно долго говорить, но Александр тут не в качестве туриста-гурмана. У него стояла задача как можно скорее свалить из этой страны. Если его поймают местные власти и узнают, что он тот самый парашютист со сбитого самолёта, который укокошил пятнадцать элитных солдат, то жить ему останется недолго.

Его проблемой являлся поиск контрабандистов. Отчего-то эти люди не ходят с табличкой на груди «Я контрабандист, довезу до Египта за пару сотен баксов». Вместо этого они шифруются.

Шульц предположил, что они будут обитать в порту. Вероятно, их вербовщики должны сновать среди толпы людей, которые хотят свалить из страны. Следуя этой логике, он обнаружил пассажирский причал, на котором было много людей. У них с собой были баулы с вещами, дети и всё то, что соответствует людям, которые не собираются возвращаться домой.

Понаблюдав за этими толпами, Александр заметил юркого и шустрого худого парня с очень тёмным оттенком кожи даже по сравнению с увиденными им до этого чернокожими. К тому же у него на голове были чёрные кудряшки. Он подходил то к одной, то к другой группе, некоторое время с ними общался, после чего продолжал шастать по причалу.

Алекс выбрал момент и поманил парня. Тот тут же удивлённо замер, после чего широко улыбнулся и направился к нему.

— Здрасти, мистер, — на плохоньком английском начал он. — Чем могу вам помочь?

— Сколько стоит добраться до Египта?

Александр хоть и хотел покинуть эту страну, но ему было не с руки перебираться в Саудовскую Аравию, Судан или Йемен. Египет казался лучшей целью, поскольку оттуда можно выбраться в Европу.

— Пятьсот баксов с человека, мистер, — ещё шире заулыбался парень.

— Дорого, — покачал Шульц головой из стороны в сторону.

Если бы он направился в этот город сразу, когда у него в кармане было три тысячи долларов, он бы ничуть не переживал. Но сейчас у него осталось немногим больше шести сотен долларов. Отдав большую часть этой суммы, он останется практически ни с чем.

— Пятьсот долларов, мистер, — продолжал широко лыбиться представитель контрабандистов. — Или плыви сам, мистер!

— Ну да, ну да, — покосился Алекс в сторону Красного моря. Плыть по нему самому — означало утопиться. — Работа на корабле?

— Нет, мистер, — активно, словно вентилятор, замотал головой из стороны в сторону собеседник. — Нет работа на корабле. Эритрея не берут на работа на корабли! Нет работа! Хотите в Египет — пятьсот баксов, мистер.

В принципе, смысл был понятен. Александр и не рассчитывал на то, что получит положительный ответ. Кто в здравом уме будет нанимать на корабли матросов в стране, которая считается рассадником пиратов? Сюда только привозят грузы или останавливаются для пополнения ресурсов. Хуже только Сомали. Там пиратов вообще пруд пруди и они ни разу не поддерживаемые государством корсары.

— Хорошо, — кивнул немец. — Пятьсот баксов.

— Хорошо, мистер, — улыбка паренька стала ещё более широкой, хотя казалось, что шире уже некуда. — Пойдём со мной, я покажу, где надо быть вечером.

Сопровождающий довёл его до места, на которое он должен был прийти сегодняшним вечером. Отсюда должна была стартовать лодка, которая увезёт его и других бедолаг в Египет. Хотя у Александра имелись подозрения о том, что их могут никуда не увезти, а просто отобрать деньги и свалить с ними в закат. Но этот риск всегда присутствует, когда имеешь дело с криминалом. Хуже, если их всё же возьмут на борт, а потом отвезут не в Египет, а в Сомали, где продадут пиратам.