Колеблясь по привычке, все же обхватываю его за пояс и тут же с наслаждением скольжу по горячей коже на широкую спину, прижимаясь теснее.
Его ладони гладят мои щеки, зарываются в волосы. С затылка скользят под халат, раздвигая ворот. Этот поцелуй наверняка закончился бы в спальне, если бы мой живот не заворчал, требуя заслуженную порцию еды. Смешок Кайда щекочет губы, и я тоже не сдерживаю улыбку.
— Завтрак? — спрашивает, прерывая поцелуй.
— Завтрак, — киваю коротко.
Пару секунд разглядывая меня, снова целует и со вздохом отодвигается.
А в кабинете нас ждет накрытый к завтраку стол.
— Опять Макс с Еленой?
— Не сегодня, — качает с улыбкой головой. — Иди сюда.
За небольшой стол мы садимся не друг напротив друга, как вчера, а рядом, через угол.
Помимо крошечных жареных яиц, булочек и фруктового варенья, на столе стоит чайник с чаем и графин с чем-то темно-вишневым. Кошусь на него с опаской.
— Это сок, — поясняет со смешком.
— Я лучше чай, — улыбаюсь в ответ.
И весь завтрак мы действительно просто едим. Хотя Кайд нет-нет, да подкармливает меня со своей вилки, с нескрываемой завистью провожая каждый кусочек, который я съедаю. И, черт, да, глядя на него и то как он ест, я его понимаю. Как, ну как можно вот так… заниматься сексом с едой⁈ Хотя в принципе ничего необычного не происходит, но кажется теперь все, что бы ни сделал Кайд, будет ассоциироваться у меня с сексом и наслаждением.
И ничего удивительного нет в том, что после завтрака он снова увлекает меня поцелуями. Вытягивает со стула и прижимает к стене у камина. Я с трудом стою на подкашивающихся ногах и если бы не Кайд, давно сползла бы по этой самой стене на пол.
Снова я улетаю от прикосновения его горячих губ и пальцев. Прелюдия в этот раз короткая, но мы оба уже так возбуждены, что она и не требуется.
Распахивает полы халата, закидывает одну мою ногу на свое бедро, медленно проводит пальцами между моих ног и убеждается, что я более чем готова. А меня от этого тягучего прикосновения выгибает и дыхание перехватывает.
Кайд приподнимает меня и я обхватываю его двумя ногами, намертво сцепив лодыжки на пояснице. Я не понимаю, когда он успел снять штаны и снимал ли он их или просто приспустил, но чувствую новое проникновение. На этот раз не медленное, а сразу и на всю длину. Чувствовать его внутри и снаружи становится мало и мне хочется наполнится им еще больше. Хочу чувствовать его всем тело сразу, ощутить на всех рецепторах.
Впиваюсь ногтями в кожу на плечах, утыкаюсь носом в шею, вдыхаю его запах, прижимаюсь губами и языком, и кажется только одно это способно довести меня до сумасшествия. Кайд отстраняется, почти выходит, снова резкое движение бедрами и сладкая боль простреливает снизу вверх, вытягивая позвоночник в одну линию. Кайд снова замирает, но даже просто от того, что он находится во мне, напряжение продолжает расти, а мышцы судорожно сжимаются, плотно обхватывая член внутри. Я могла бы посчитать его толчки от первого проникновения до оргазма на пальцах рук. Кайд отстраняется, но не выходит, замирает на самом краю, упирается головкой в стенку влагалища и медленно скользит внутрь, заполняя собой все пространство до отказа.
Натянутая до невозможности струна наконец рвется и снова реальность разбивается на осколки, растворяется в ощущениях. Слышу тяжелое дыхание, чувствую внутренними мышцами его пульсацию, стискиваю руками и ногами еще крепче, снова прижимаюсь губами к влажной коже на шее. Насаживаюсь до упора в попытке продлить наслаждение и он движется мне на встречу.
Это не тот случай когда искры из глаз. Мы не стонали и не кричали. Просто это так сладко, так невозможно хорошо, что хочется остановить момент или сохранить его как фотографию, чтобы потом, когда отпустит, возвращаться и проживать еще и еще.
А потом были неспешные поцелуи в душе. Я стояла, запрокинув лицо и зажмурившись, а сверху падали горячие струи воды. Кайд медленно целовал мои губы, веки, нос, щеки, снова губы и снова веки. И от этой нежности щемило в груди. Я никогда не испытывала подобного и еще никогда мне не было так хорошо. Снова чувствую губы на лице, ведет ладонями по волосам, плечам, переплетает пальцы, заводит руки себе за спину и я крепко обхватываю его, приклеиваясь ладонями к влажной коже. Кайд обнимает крепче, и я прижимаюсь щекой к груди, слыша частое биение сердца, прикасаюсь губами к коже, в ответ Кайд целует меня в мокрую макушку. Звук льющейся воды погружает в подобие транса и я не понимаю сколько мы так стоим. Но вот Кайд отстраняется, выключает воду и мы в молчании вытираемся. И это то самое молчание, которое нужно обоим, потому что, не знаю как Кайд, а я не могу найти слов, чтобы озвучить мысли и не испортить момент.
Уже после незапланированного похода в душ я вспоминаю, что мы снова не предохранялись. Решаю поговорить об этом с Кайдом и краснею как девственница на первом свидании. Я ночевала у мужчины, но стесняюсь поговорить с ним о предохранении? Что со мной не так?
Но Кайд не смеется и объясняет мне, что от незапланированного зачатия ребенка он надежно защищен и я с облегчением закрываю щекотливый вопрос.
А потом, за отсутствием других идей, мне приходит в голову мысль немного попрактиковаться со стихиями. Кайд ее охотно поддерживает, объясняя, что давно хотел на это посмотреть.
Усадив меня в кресло для гостей, сам садится за стол. Увеличенная дистанция радует и в то же время огорчает. Сомневаюсь, что смогла бы сконцентрироваться, сядь он ближе, но это не значит, что я не готова променять тренировку на объятия.
— Постарайся расслабиться и получить удовольствие от процесса.
— Я попробую, — киваю серьезно, стараясь настроиться на занятие.
От волнения губы становятся неприятно сухими. Пытаюсь незаметно их облизать, но замечаю мимолетно скользнувший по ним взгляд потемневших глаз. Как мне сосредоточиться на стихиях, когда он смотрит так, что дыхание перехватывает? Мысленно встряхиваюсь и сосредотачиваюсь, собирая себя в кучу. Я тут для практики. Тренируюсь я. Кошусь на Кайда, который, глядя на мои терзания, недоуменно-насмешливо приподнимает одну бровь. Ага, делает вид, что не в курсе отчего это я в кресле ерзаю.
Вздохнув, вытягиваю перед собой руку и призываю первую стихию. Но то ли из-за того, что сегодня я не одна, то ли из-за последних событий, но вместо маленькой воронки, умещавшейся на ладошке, получается шквальный ледяной ветер. Он порывисто проносится по комнате, но уже в следующее мгновение мне удается усмирить стихию.
В комнате царит звенящая тишина, нарушаемая только тихим шелестом, с которым медленно планируют и оседают на пол очевидно безумно важные документы ректора, сложенные еще секундой ранее в аккуратные стопки.
— Упс, — нервно улыбаюсь.
Кайд остается спокойным и только глазами сверкает в мою сторону. Вопреки ожиданиям он не зол и не раздражен, но, судя по всему, мне снова удалось его повеселить.
— Давай еще раз, — усмехается, а вокруг меня материализуется защитный контур из дрожащего воздуха.
— Очень предусмотрительно, — пытаюсь ворчать, но мне самой вдруг становится весело. — Я так полагаю, это что-то вроде щита?
— Это, моя талантливая ученица, я пытаюсь защитить свой кабинет от окончательного погрома! Вдруг следующая стихия будет огненная? — и он, переплетя пальцы на животе, вальяжно откидывается в кресле, видимо в предвкушении зрелищ.
Стараясь не смущаться, вызываю маленький огонек на ладони. Из опасения сжечь тут все, я перестаралась с контролем, и он получился совсем уж крошечный. Аккуратно увеличиваю до размера небольшого факела. Сегодня чувство единения отсутствует напрочь. А во всем виноват Кайд! Смотрит пристально, чуть ли не раздевает глазами. Как тут сконцентрироваться, когда сердце колотиться как ненормальное, а дыхание сбивается от одного только взгляда на мужчину?
Чтобы скорее завершить тренировку, отзываю огненную стихию. Очередь водной. На ладони легко появляется маленький фонтанчик. Выждав для приличия немного, прячу и его.
