— Изумрудный, — комментировала Грета. — С золотом. Смело. Ты будешь выглядеть как дорогая занавеска.

— Спасибо, — процедила Ванесса.

— Это комплимент. Занавески — это красиво.

К вечеру платье было готово. Мадам Корнелия и её помощницы совершили чудо: из отрезов ткани, булавок и ниток они создали наряд, который... преобразил Ванессу. Изумрудный шёлк струился до пола, подчёркивая талию и мягко расширяясь книзу. Золотая вышивка по лифу — тонкая, изящная, без крикливости. Небольшой вырез, открывающий шею. Рукава — длинные, облегающие, с золотыми пуговками на манжетах.

И туфли. Мадам Корнелия каким-то образом раздобыла изящные туфли — изумрудный бархат, золотые пряжки, маленький каблук.

— Ну вот, — сказала портниха, отступая на шаг. — Теперь вы выглядите как госпожа Мортегар.

Ванесса посмотрела в зеркало. Оттуда на неё смотрела... другая женщина. Не сваха из «Последнего шанса», не королева безнадёжных, а леди. Настоящая леди, с достоинством в осанке и блеском в глазах.

— Я... — она запнулась. — Спасибо, мадам Корнелия. Это... волшебство.

— Это профессионализм, — поправила портниха. — Волшебство — это когда из тыквы делают карету. А когда из женщины делают леди — это просто хороший крой.

Когда Дамиан увидел её — уже одетую, готовую к выходу, — он замер в дверях гостиной. Его взгляд медленно прошёл по платью, по причёске (Грета помогла уложить волосы — «я триста лет смотрела на людей, я знаю, как надо»), по туфлям.

— Вы выглядите... — он запнулся.

— Подобающе? — подсказала Ванесса.

— Нет. — Он помолчал. — Вы выглядите великолепно.

Ванесса осталась стоять с открытым ртом. Грета на кресле издала звук, похожий на сдавленный смех.

— «Великолепно», — процитировала гаргулья. — Ну надо же... — Она покачала головой. — Он походу пропал.

— Кто пропал?

— Твой муж пропал. Пал жертвой изумрудных чар.

— Не говори глупостей.

— Я никогда не говорю глупостей. Я констатирую факты. — Грета отхлебнула кофе. — Факт первый: он заказал тебе платье. Факт второй: он назвал тебя великолепной. Факт третий: он смотрел на тебя так, как смотрят не на временную жену, а на... — она замялась, — ...настоящую.

Ванесса промолчала. Но где-то в глубине души — там, где всё ещё теплился её неубиваемый оптимизм, — распускался маленький, осторожный цветок. Цветок надежды.

Императорский дворец оказался именно таким, каким его описывали в книгах: огромным, величественным, подавляющим. Белый мрамор, золотые колонны, хрустальные люстры размером с хороший экипаж. Гвардейцы в парадных доспехах стояли вдоль стен, точно статуи. Слуги в ливреях сновали бесшумно, разнося подносы с напитками.

Ванесса вошла под руку с Дамианом — и сразу почувствовала на себе взгляды.

Аристократы, лорды, леди, советники и генералы — все смотрели на неё. На новую госпожу Мортегар. На женщину, которая каким-то чудом оказалась рядом с самым страшным человеком империи.

— Не отставайте, — тихо сказал Дамиан. — И не бойтесь.

— Я не боюсь, — ответила Ванесса, хотя её сердце было готово выпрыгнуть из груди.

— Боитесь. Я чувствую. — Он чуть сжал её локоть. — Но это нормально. Они тоже боятся. Просто они боятся меня, а вы — их. Это разница.

— Вы их не боитесь?

— Я — верховный инквизитор. — В его голосе прозвучала холодная, спокойная уверенность. — Они боятся меня. Это естественный порядок вещей.

Они прошли в главный зал — огромное помещение с потолком, расписанным фресками, и столами, сервированными с имперской роскошью. Хрусталь, серебро, фарфор. Цветы в высоких вазах, свечи в золотых канделябрах, аромат дорогих духов и изысканных блюд.

К ним сразу подошли несколько человек — советники, судя по мантиям. Они приветствовали Дамиана с почтительными поклонами, а на Ванессу смотрели с плохо скрываемым любопытством.

— Лорд Мортегар, — произнёс один из них, грузный мужчина с седой бородой, — рады видеть вас. И вашу... супругу.

— Благодарю, лорд Грейвз, — холодно ответил Дамиан.

— Мы наслышаны о вашей... истории, — продолжал лорд Грейвз, переводя взгляд на Ванессу. — Брачное агентство, кажется? «Последний шанс»? Весьма... оригинальный выбор.

Ванесса почувствовала, как её щёки начинают гореть. Она открыла рот, чтобы ответить, но Дамиан опередил её.

— Моя жена, — произнёс он ледяным тоном, — была лучшей свахой в столице. Её агентство помогало тем, от кого отказались все. Это требует таланта и характера.

Лорд Грейвз моргнул.

— О, я не хотел...

— Вы не хотели оскорбить, — перебил Дамиан. — Я понимаю. Но моя жена — не тема для светских пересудов. Запомните это.

Лорд Грейвз побледнел, поклонился и поспешно ретировался. Ванесса посмотрела на Дамиана.

— Вы... защитили меня, — сказала она.

— Я защитил свой статус, — ответил он. — Оскорбление моей жены — это оскорбление меня.

— Ах, статус, — она усмехнулась. — Ну, конечно.

Но внутри у неё потеплело. Он мог бы промолчать. Мог бы дать аристократам перемывать ей кости. Но он не промолчал. Он поставил лорда Грейвза на место — одним тоном, одним взглядом.

Они заняли свои места за столом. Ванесса оказалась между Дамианом и какой-то пожилой леди в жемчугах, которая смотрела на неё как на экзотический экспонат. Напротив сидели трое лордов — молодые, холёные, с надменными лицами. Один из них — высокий блондин с ленивой улыбкой — особенно пристально разглядывал Ванессу.

— Лорд Корвин, — тихо сказал Дамиан, проследив её взгляд. — Мой политический оппонент. Будьте с ним осторожны.

— Опасен?

— Скользкий, как угорь. И такой же неприятный.

Обед начался. Суп из фазана, запечённая рыба, мясо под винным соусом, какие-то изысканные закуски, названия которых Ванесса не знала. Она ела осторожно, стараясь не ошибиться с приборами (Грета накануне провела инструктаж: «Внешняя вилка — для салата, внутренняя — для рыбы, средняя — для мяса. Не перепутай, а то будешь выглядеть как тролль на званом ужине»).

Разговоры текли вокруг неё — политика, налоги, какие-то интриги, о которых она не имела понятия. Ванесса молчала, стараясь не привлекать внимания. Но лорд Корвин, сидевший напротив, явно не собирался оставлять её в покое.

— Госпожа Мортегар, — произнёс он, растягивая слова, — говорят, ваш брак был заключён при весьма... необычных обстоятельствах.

Ванесса напряглась.

— Обстоятельства были стандартными, — ответила она. — Брачное агентство, анкета, выбор кандидатки.

— Но кандидаток было несколько, не так ли? — Корвин улыбнулся. — Троллиха, эльфийка, вампирша... И все они, насколько я слышал, потерпели... фиаско.

За столом стало тише. Несколько голов повернулись в их сторону.

— Подбор пары — сложный процесс, — спокойно ответила Ванесса. — Не все кандидатки подходят. Это нормально.

— И в итоге выбор пал на вас, — Корвин отпил вина. — На саму сваху. Какая... ирония.

— Какая удача, — поправила Ванесса, сама удивляясь своей смелости. — Для нас обоих.

Корвин прищурился.

— Удача, — повторил он. — Или, может быть, принуждение? Говорят, у лорда Мортегара был ультиматум. Каменоломни, кажется?

По столу пробежал шёпот. Ванесса почувствовала, как кровь отливает от лица. Рядом с ней Дамиан напрягся — она ощутила это физически, как сгущение воздуха.

— Лорд Корвин, — произнёс Дамиан, и его голос прозвучал так, что даже слуги замерли, — вы переходите границы.

— Я просто задаю вопросы, — Корвин развёл руками. — Светская беседа. Мы все здесь друзья.

— Мы не друзья, — отрезал Дамиан. — И вы задаёте вопросы, которые вас не касаются.

— О, но меня касается всё, что связано с верховным инквизитором, — Корвин улыбнулся ещё шире. — Особенно если это... скажем так, компрометирующие обстоятельства. Жена поневоле — это звучит почти как...

Он не договорил. Потому что Дамиан произнёс одно слово.

Всего одно.

— Корвин.

Просто фамилия. Просто имя. Но то, как он это сказал — низко, глухо, с какой-то древней, первобытной угрозой, — заставило лорда Корвина замолчать на полуслове. Его улыбка исчезла, а лицо побледнело. Бокал в его руке дрогнул.