— Дальше сам займусь, — сказал Буян. — Мы с Питбулем потолкуем с этими парнями. У него к ним много вопросов.

— Пусть за Столбом присмотрят. Это моя часть платы за поимку.

Парень кивнул.

— Я прослежу, чтобы ему дали нормально отлежаться. Через пару часиков заскакивай ко мне. Кое-что обсудим.

— Ладно.

Я зашёл к Буяну. Он ждал. Сразу разлил чай из термоса и поставил тарелку со сладкими крекерами.

— Жируешь, — заметил я.

— Скорее, заедаю стресс. Это лучше, чем запивать. Согласись?

— Сто процентов. Нормально всё завершилось?

— Завершилось и ладно, — не стал вдаваться в детали Буян. — Я вот чего обсудить хотел. Думаю, за старое взяться. Навести хоть немного порядок на улицах. Ты нормальный парень, тебе спину подставить можно.

— Что ты подразумеваешь под порядком? Лупить всех?

— Нет. Самых буйных мало, знаешь же. Наказать отморозков, и станет потише.

— Замаешься их ловить, супергерой, блин.

— Пару показательных порок, и притихнут, — не согласился парень.

— Не боишься, что закончится, как в прошлый раз?

— Нет. К бандитам не полезу. Уже научен. Я не тот пацан, кем был. Теперь-то я знаю, что выгодополучатели всего криминала не в гетто обитают, а носят дорогие костюмы и ездят на дорогих машинах. Но, по крайней мере, я могу сделать так, чтобы работяги приносили зарплату домой, чтобы подростков не калечили, запинывая толпой, чтобы девок не насиловали по углам. Лишить банды подпитки из постепенно дичающих от безнаказанности хулиганов, хотя бы частично. Это в моих силах. Только нужны ещё энтузиасты. Хочу шайку сколотить. Меня побаиваются, а вот вместе с тобой за мной могут пойти.

— Хорошо. Я помогу, но при одном условии.

— Каком?

— Ты пойдешь со мной играть в дворовый КП.

— Чего?

— Да ты вон какой бугай!

— Ты с дуба рухнул?

— У тебя отличная база для игры. Отработка!

— Иди ты.

— Эй, я серьёзно. Играем в одной команде.

— Хрен с тобой, за результат не ручаюсь. Кстати! — неожиданно спохватился он. — Помнишь, я говорим, что моему бывшему начальству премия перепала за ликвидацию опасного объекта.

— Ну.

— Так вот, — он вытащил на стол пакет. — Они проставились. Это всё твоя доля. Я только пачку чая оттуда взял и эти самые крекеры.

Я заглянул в пакет. Большая коробка чайкофского. Паёк под вторым номером. Более элитный, чем первый, которым я раньше всё время питался. Паёк под третьим номером. Ну это вообще шик. Печенье. «Спасенье холостяка» — набор сухих супов. И ящик поллитровых банок содовых, соков, энергетиков и холодного кофе.

Крутяк. Родные будут в восторге. Осталось придумать, откуда это всё.

— Сегодня собрание в школе по составу сборной, — сказал отец Ликтору. — Имеются какие-то пожелания?

Сын оживился

— Да, пап. Там есть парень, Анд. Он совсем хиляк. Его, скорее, из жалости в сборную взяли. Чтобы за учёбу не платил. Из бедной семьи мальчуган, но без спортивных задатков. На скамейке запасных весь сезон отсидит. И всё бы ничего, но его ведь на тренировке на поле выпустят. А там ребята — звери. В первой же сшибке в наплечниках его поломают. Ребра сломают или плечо точно вылетит. А у него даже страховки нормальной нет. Инвалидом на всю жизнь останется. Жалко дурака. А если я с ним столкнусь на поле? Мне эти проблемы потом не нужны.

— Из бедной семьи, говоришь, — задумчиво протянул отец. — Вдруг за него эти гиены адвокатские схватятся. Будут требовать компенсацию. Все расходы в таких делах на себя берут. А если там ещё и видеосъемка будет вестись, то отбиться может быть проблематично.

— Об этом я не подумал. Тогда точно исключи его из списка.

— Хорошо, сын.

Фадей Васильевич Тафгаев, некогда перспективный профессиональный игрок в КП, теперь же простой учитель физкультуры вошёл в кабинет с круглым столом и плоским экраном на стене. Там уже сидела Рита Коброва — второй учитель физкультуры. На вид тридцать пять, но на самом деле она была моложе.

Следом появился тренер школьной сборной Рик Тумороу. Мужчина лет сорока семи с видимым круглым животом, в джинсах и коричневой кофте. В отличие от двух коллег занимался лишь своими спортсменами, а на уроки выходил, только если остальные физруки не могли.

За ним проследовали два молодых помощника тренера. И самый возрастной в компашке, крепкий дедок с длинными седыми усами Дэвид Бул, в выцветшей кепке с уже не существующей командой по КП.

— Начнём? — спросил Рик.

Рита вывела на настенный экран состав команды. Следом подсветились фотографии выпускников, тех, кто играет последний сезон. Затем вылезли фото учеников, что в этом году пошли в девятый класс. Оранжевым были обведены те, которые под вопросом.

— Этих рассматриваем только в случае, если в основе будет нехватка, — сказал Фадей Васильевич. — Вот, например, Шон.

Рита навела курсор на фото рыжего парня, приближая изображение.

— Хорошо откидался липами в последнюю игру. Но это могло быть удачное стечение обстоятельств. Таких мы берём на карандаш и чаще проверяем на игровых уроках в течение года. Больше подгружаем. На всякий случай.

— Эй, как там тебя? — обратился седовласый Дэвид Бул к молодому помощнику тренера. Конечно, он знал его имя, но ему доставляло особое удовольствие та мина, что появлялась на лице парнишки. — Посмотри, что там у него в личном деле. Наверняка стихийник ледяной. Привык снежки кидать.

— Огненный, — сказал парень

— Всё одно, — махнул рукой старик.

И, наконец, на экране зелёным обвелись лица счастливчиков, кого собираются принять на испытательный срок в сборную.

— Какие у кого мысли? — спросил Фадей Васильевич.

— Аманда Бэнкс, мне понравилась, — сказал Дэвид.

— Бронкс, — поправил помощник тренера. На что Бул лишь отмахнулся и сказал:

— У неё хорошая база. Тело спортсмена, мозг спортсмена. Будет толк на любой позиции. Но есть классический минус — лучшей ей на стать. Идеальный профессионал «чуть выше среднего».

— Бета, — медлительная сказал Рик и посмотрел на Дэвида, который был тренером по физподготовке. — Намучаешься с ней. При этом не факт, что войдёт в основной состав. Не знаю, стоит ли овчинка выделки.

— Посмотрим. Крупные девчонки — редкость. Пока берём, — сказал Дэвид, схватил пачку дел и начал кидать, приговаривая:

— Середняк. Середняк. И этот. Фрэнк Додсон — середняк. Тай Хант — середняк. Элен… — он посмотрел на Фадея.

— Хороший игрок, но пока ломается под давлением, смешивает личное и игровое. Если её как-то зацепят из другой команды — финиш. Можно на скамейку садить.

— С этим можно работать, — сказал Рик. — Меня вот это интересует. Какой ко всем личам Андрей Богданов? Пару месяцев назад у него лебединое озеро в журнале было, а теперь ты его пихаешь в сборную и приоритет ставишь.

— Люди меняются, — пожал плечами Тафгаев. — Я давно такой игры не видел. В ней есть изюминка, понимаешь. Креатив. У него уже игровое ай-кью лучше, чем у некоторых наших из основного состава. Ему нравится выигрывать. Он с характером спортсмен. Не с гонором, а с характером. С духом спортивным, понимаешь? Но у него конфликт с Ликтором. На совете его попробуют задушить.

— Значит, сам и пойдешь отбиваться, — заключил Дэвид ухмыляясь. — Я слишком стар, чтобы терпеть их всех, а Рик слишком несдержан.

— А сам этот Ликтор? — спросил Рик. — Он игрок какой?

— Совершенно некомандный. Индивидуалист. Такие хороши в атаке, но не знаю, насколько в этот раз удастся сделать форварда. Навыки вроде неплохие. Но слепить из него ничего не выйдет, как мне кажется. Только если через личную вражду с Андом поддерживать противостояние, но кто будет этим заниматься? Только дядя Дэвид такое может исполнить, чтобы они не заподозрили, но он слишком стар для этого.

— Для этого я ещё ничего. Но, честно говоря, не помню, чтоб балласт от спонсорского совета хорошо себя показывал. Выпустим раз за игру со скамейки и ладно.