Руана ощерилась. А я пропустил подначку мимо ушей. Плевать мне на эту стерву.

— Я Эхо, — представился для всех. И тут взгляд упал на существо, которое я тут никак не ожидал увидеть.

Ростом где-то метр пятьдесят в кожаной броне стоял бобр со шлемом под мышкой.

— Какие-то проблемы? — сразу поймал он мой взгляд.

— Никаких, — видимо, не очень искренне ответил я. После Сиби их недолюбливаю.

— Ты что расист? — чуть ли не начал подпрыгивать бобр. Похоже, искал конфликта. — Расист? Расист?

Кто-то откровенно потешался. Другие просто с интересом наблюдали, ожидая моей реакции. Все, похоже, уже привыкли к нему и всерьёз не воспринимали.

— Кто? Я? — деланно удивился. — Ни в коем случае. В нашем мире бобров очень уважают, — вложил я максимум актёрских способностей. — Они вообще считаются деликатесом.

— Ах ты! — воскликнул бобр и ринулся ко мне, но его удержали откровенно смеющие пилигримы.

— Ну хватит, хватит, господа, — подал голос человек в золотистых доспехах. Кудрявый блондин лет двадцати пяти с лицом героя греческого эпоса. — Королевское время дорого, — возвышенно произнёс он. — Даже там, где царствует безвременье.

Руана закатила глаза, а Барти покрутил пальцем у виска и прошептал:

— Я его боюсь. Он полный псих.

— Я король!

— Он на самом деле король, — подал голос молодой гоблин. — Я был в его мире. Монарх, настоящий.

— Вот именно! — театрально воздел руку блондин. — Купайтесь, купайтесь в лучах моего величия. Испытание пройдёт, и вы снова вернётесь к своим жалким неважным жизням, лишенным моего светоча.

— Может, к делу? — подал голос мужчина с аккуратной бородой, волосами чуть ниже плеч и здоровенным двуручником.

Вообще, людей здесь много. Я, Барти, вот этот мужик, и девушка блондинка в шлеме, прикрывающем ещё и глаза. Потому даже непонятно, симпатичная ли. Четыре человека на группу из пятнадцати разумных. Почти треть.

— Меня зовут Гунвар, — воткнул воин двуручник в землю и сложил на него ладони. — У меня большой опыт командования боевыми группами в моём мире, поэтому, если никто не против, я бы выдвинул свою кандидатуру на роль не лидера, конечно, но хотя бы координатора.

— Исключено, — возразил король. — Никто не вправе командовать Вечноцарствиусом Мудрейшим, Королём Перволюдей, Правителем Дающей Жизнь Реки, Стражем Врат Миров, Последним Великим Картографом.

— Тогда смерено прошу, разреши мне повелевать этими разумными от твоего имени, — не растерялся Гунвар.

— Дозволяю, — махнул рукой король.

Какой дипломат этот мечник. Мгновенно нашёл подход.

— Ребят, сейчас быстро проводим инвентаризацию, — затараторил он. — По очереди, по часовой, называйте, кто что принёс. Потом ловим ездовых зверей, строим повозку и в путь.

Как я и предполагал, взяли в основном еду.

Гунвар был грамотным руководителем, всё решал голосованием. Например, было три вида зверей, которых можно поймать. Дикие полуминотавры, выносливые, но не быстрые. Ящеры, резвые, но не сильные. И паукони — середняки, но самые слабые. Убить их могут только так.

В итоге выбор остановили на последних. По строению они напоминали детский четырёхколёсный велосипед. Когда помимо большого заднего колеса имеются ещё два маленьких, пока ребёнок учится ездить на нём после трёхколёсного. Так и эти. Четыре копыта и с боков ещё по две паучьих лапы с каждой стороны.

Повозки мастерить пришлось две. В этом сильно помог бобр. Колёса Гунвар притащил с собой, так что проблем не возникло.

Распределили груз по сумкам и примерно поровну на две телеги, чтобы в случае утери одной, во второй осталось всё необходимое.

— Готовы? — спросил рейд-лидер. — Напомню, что чем больше каждый сделал для прохождения, тем больше награда. НО, — выделил он голосом. — Даже если вы погибли, в случае успеха миссии вас всё равно ждёт награда. Так что бейтесь до последней секунды.

Повозки тронулись.

— Слушай, Барт, — обратился я к приятелю. — А бобра, случайно, не Курва зовут?

Он, конечно, шутки не понял, а потом и вовсе стало не до смеха. Кошка вздыбила шерсть.

— Марионеточник! — заорал дозорный и почти сразу захлебнулся кровью.

Рога возник из невидимости из-за спины умирающего дозорного, демонстративно вытерев кинжалы.

В мануале про марионеточника было сказано, что он мне не попадётся. Слишком редкая тварь. Это дух, который вселяется в тело пилигрима. Причём, как в живых, так и в копии и даже в мертвецов. Когда отъедается достаточно, то раскидывает свою сеть шире, на нескольких особей. Предел бесконечен. По сути, это один большой астральный организм, который управляет обычно целыми подразделениями.

— Как смеет он кем-то управлять, когда есть Я! — воскликнул Вечноцарствиус и выхватил золотой меч. Лезвие описало восьмёрку, сбив пущенную стрелу.

— Под телеги! — заорал я. С неба летела целая туча стрел и болтов.

Барти вскочил, поставил ногу на край повозки, отведя кулак к бедру и заряжая кинетический удар. Вечноцарствиус закрыл его грудью со словами:

— Дожили! Король защищает тех, кто должен защищать короля, — под эти слова в его нагрудник прилетел слабенький фаербол, растёкшись по броне без вреда.

Кинетическая волна сорвалась с рук Барти и ушла в небо, разбросав стрелы в разные стороны. Они посыпались на головы стаей сбитых птиц, но уже никого не ранили.

— Прикройте! — подала голос Руана. И снова воин в золотых доспехах пришёл на помощь, проявил из инвентаря щит и закрыл арбалетчицу. Она зарядила болт с красной полосой и выстрелила в небольшой пролесок, откуда по нам и вёлся огонь. Там полыхнуло пламя, следом кошка выстрелила ещё раз, но уже болтом с двумя красными полосами. Снова взметнулся огонь, фигурки посыпались с деревьев, а несколько горящих противников побежали в сторону ручья.

— Сшибай их! — заорал Гунвар. И возница передней повозки стеганул лошадей, которые начали топтать пылающих неприятелей.

— Головы рубите! — напомнил я и спрыгнул с повозки, выхватывая рукоять и меч.

Враги выскакивали из кустов и подземных укрытий, в глубине их глаз прятался призрачный свет. Это была тщательно спланированная засада. Либо матёрый марионеточник, либо молодой, но очень хитрый.

— Коней берегите! — добавил король. — Время царское дорого, новых ловить, — тише добавил он.

На меня бежал зверочеловек, тигр с повязкой на лбу.

— Этот мой! — рявкнула Руана, прыгая с телеги уже в звериной форме. Два кошака сцепились и дико вереща покатились с холма.

Я выбрал следующего противника. Воин в шляпе с пером и тонкой шпагой ловко орудовал своим инструментом. Он играючи трижды уколол орка с ятаганом, а потом и вовсе пронзил его сердце.

Ещё один из наших вынырнул из стелса, пытаясь задеть его в спину, но мушкетёр играючи ушёл от атаки, видимо, заслышав шаги или шумное дыхание. А затем развернулся и, выхватив из-за пояса кремниевый пистолет, выстрелил в упор.

Рога свалился с пулей в груди.

И тут я, наконец, добрался до этого усатого бретёра.

Три выпада шпаги легко отбил рукоятью, а на четвёртый пропустил лезвие мимо себя и зажал под мышкой. Меч подрезал кистевое сухожилие, а удар обратным хватом оборвал посмертие твари.

Я отделил голову и ринулся на помощь Гунвару. Обладатель двуручника скалой стоял на пути плохо бронированных марионеток. Он отрубал руки, ноги и головы. А уж если кто в доспехах попадался, перехватывал меч за лезвие, стальные перчатки позволяли, и наносил удар как кувалдой, сшибая врагов на землю, где их добивал пристроившийся на подхвате гоблин с кинжалами.

Я услышал треск натягиваемого лука и резко обернулся, ударив рукоятью и отбив стрелу, летящую в лицо. Заозирался, с выражением «Вы видели⁈», но мой триумф прошёл мимо. Я рывком сократил расстояние до стрелка и перерубил лук. Он выхватил кинжал, но меч уже уколол его в бок, прямо между нагрудной и спиной пластинной.

— Отступают! — заорал Гунвар.