— Да, прости… — отвёл глаза отец. — Глупость ляпнул.

Тут волосы на руках Пашки встали дыбом, а зрачки расширились. На лбу мигом выступила испарина.

— Что такое?

— Они близко. Я чувствую. Словно это за мной идут.

Мать задышала так учащённо, что отец обернулся.

— Может, убежать? — спрятав трясущиеся руки за спину, спросила женщина.

Отец не стал отвечать.

— За мной! — сказал он. — Заколотим окна на всякий случай.

— Может, лучше не шуметь? — с сомнением протянула Лена.

— За мной! — гаркнул глава семейства. — Заколотим окна, — уже более сдержанно повторил он, и супруга кивнула.

— Прости, — тихо добавила она.

Мужчина открыл подпол и спрыгнул вниз, вытащил ящик с инструментами, коробку гвоздей и начал выкидывать доски. Пашка взял молоток поменьше, гвозди сотку и положил на колени охапку досок.

— Мам, помоги, — сказал он, подъехав к окну комнаты брата. Женщина подбежала и начала держать доски, пока сын торопливо забивал гвозди.

Анд в это время мирно спал.

За стуком молотка они не сразу услышали, как забарабанили в дверь. Зато, когда распознали, замерли все трое. Долбился точно не человек. Беспорядочно и бестолково, словно не понимая само значение стука. Хтониты одним словом. Твари из бездн вселенной.

Я разглядывал метаморфозы меча, не зная, какое усиление выбрать, когда вдруг за спиной раздался звук. Резко обернувшись, увидел Михаила.

— Миха! — подбежал и хлопнул его по плечам. — Ты меня напугал, друг. Куда пропал?

Взгляд непися был очень серьёзен. Я невольно сделал полшага назад. Может, ему хлопок по плечам не понравился, и он сейчас мне сдачи даст?

— Сейчас ты поможешь мне принять одно решение, Андрей, — решительно проговорил гусар. — Я бы получил ответы на вопросы ещё немного понаблюдав, но, боюсь, ждать больше нельзя. Отвечай максимально честно и серьёзно.

— Э-э. Ну окей, — не стал я спорить, хотя сильно напрягся. — Спрашивай.

— Пьянит ли тебя сила?

— Эм… Нет. Будоражит, бодрит, окрыляет, но точно не пьянит.

— Представь, что на Пути тебе и дальше будет сопутствовать удача. Что ты будешь делать, обретая всё больше и больше могущества?

Я пожал плечами.

— То же самое, что и сейчас. Помогать родным, улучшать жизнь.

— Какими же глупостями я занимаюсь, — покачал головой НПС. — Это всё ерунда. Вообще никак не помогает.

Я в недоумении пялился на него.

— Хорошо, — выдохнул он, распрямляясь и глядя мне в глаза. — Я готов открыть тебе множество великих тайн. Постараюсь уберечь тебя от ошибок, но взамен я прошу безоговорочного доверия, Андрей.

Я совсем перестал понимать, что происходит.

— Ты мне какой-то информационный пакет впарить хочешь? Если так, то переигрываешь. Со мной можно по-простому, без всяких сюжетных подвязок и всего такого прочего.

Он лишь покачал головой.

— Послушай меня, Анд, — он пронзительно посмотрел мне в глаза, и я отшатнулся. Это был взгляд человека. Не болванчика, не НПС, с такой гаммой чувств может смотреть только живой человек. Волнение и даже сомнение читались во взгляде, но сильнее прочего там виделась надежда, — Всё не так, как тебе кажется. Я не тот, что ты себе выдумал.

— А кто ты?

— Вопросы потом, — он замялся. — Вот ведь. А это сложней, чем я думал. Даже слов подобрать не могу. Андрей, я бы хотел поделиться с тобой знаниями о Пути, и об этом мече, что ты пытаешься собрать, но для этого нужно, чтобы ты стал моим учеником.

— Что? Учеником? Погоди… А какие там… — я пожал плечами. — Плюсы, минусы, риски и так далее. Что это значит?

Он вздохнул.

— Как бы тебе объяснить. Мой функционал куда шире, чем замена информационной справки. Мы наблюдатели…

— Мы? Вас много?

— Погоди. Об этом позже. Я наблюдатель. И оцениваю твои решения и, если ты признаёшься… допустим, пригодным, хотя не слишком удачное слово. В общем, тогда имею право предложить тебе ученичество. Ты получаешь знания, но берёшь на себя некие обязательства. Прежде всего — собрать меч полностью. Но ты и так этим занят. Остальные же договоренности никак не закреплены, и в том вся проблема. Я доверяюсь тебе, а взамен могу лишь надеяться на честное слово. Я сильно рискую, в то время как ты лишь приобретаешь. Такой вот договор.

— Эта вся информация? А что там мелким шрифтом?

— Ничего. Разве что, если ты слетишь с катушек, я тебя убью. И больше ничего. Клянусь.

— Э-э-э…

— Я просто поверил в тебя, Андрей. Будто бы ты способен собрать меч. Но предупреждаю сразу, это никому ещё не удалось за несколько тысяч лет. Ты должен знать это, прежде чем принять решение. Пути назад не будет.

— Всё это мутно и неожиданно. Я польщён твоим доверием. Рад, что чем-то его заслужил. На меня можешь рассчитывать. Я не нарушаю своё слово. Что насчёт меча, не могу ничего обещать. Я тут по своим задачам. Мне главное брата на ноги поставить, остальное — как получится. Но я, как ты мог заметить, не халтурщик. Если ученичество пусть и опосредованно ускорит мою помощь брату, я в деле.

— Тогда давай поклонимся друг другу.

Мы поклонились на азиатский манер, и гусар сказал:

— Я беру тебя в свои ученики, Андрей.

— И что теперь, учитель? — насмешливо посмотрел я на него.

— В первую очередь возьми Безоружный Бой.

— Ну это как-то странно, что умение меча без меча, — высказал я свои мысли.

— Этот меч не просто оружие. Это целое мировоззрение. Если можно решить конфликт, не вынимая клинка из ножен, ты лучший из мечников. Запомни это, Андрей. Это мой первый тебе урок.

Я выбрал навык, и тут же меня захлестнула волна образов. Сотни и сотни схваток в один миг проносились в сознании. Руки и ноги невольно дергались в стороны. Спустя пару минут всё закончилось.

Я повертел клинок с обломанным куском лезвия и убрал за пояс. Посмотрел на Михаила и точно знал, что не дотянусь до него рукой, но смогу достать ногой. И тут он сорвался с места.

Я понять ничего не успел, а в меня уже летел размытый на скорости кулак. Правая рука рефлекторно отклонила удар, вторая тут же вцепилась в ворот кимоно противника. Но он просчитал это и в момент захвата резко подался назад, увлекая меня за собой. Провернулся и дёрнул, а я не успел разжать пальцы, и тут же отправился в полёт через плечо. Грохнулся, перекатился и встал.

— Думай, а не только реагируй! — строго проговорил учитель и резко сорвался в атаку. Я едва успел подставить блок под выпад ноги, и меня протащило по полу от отдачи. Из-за вибрации от удара пришлось потрясти руками.

— Почему забыл про умения? Где Стойка? Где Уклон?

Он распластался в прыжке, выставив ногу вперёд будто герой старых файтингов. Так не бьют в реальности. То есть он сейчас ещё поддаётся, чтобы я просто привык.

Я сделал два шага назад, позволяя ему приземлиться, и тут же ринулся вперёд, бросая точный кросс. Удар пришёлся в блок, в предплечья. Учитель пошатнулся. Я видел варианты развития атаки: боковой с этой же руки, нырок в ноги, чтобы перевести бой в партер, джеб в блок и перевод на живот с дальней руки. Всё стало прозрачным. Нужно было лишь выбрать окно для атаки и пробить, а потому я даже не стал этого делать, а просто отступил ещё на шаг.

— Я всё понял. Теперь всё уложилось, — произнёс я.

Михаил прищурившись разглядывал меня и затем кивнул.

— Нам обоим нужно отдохнуть, — сказал он. — Хорошо подумай над вопросами, отвечать на глупые я не буду. Как и на те, ответы на которые ты сможешь найти сам, просто пораскинув мозгами.

— Спасибо, учитель, — произнёс я слово будто впервые на новом языке.

— До встречи, ученик.

Всё это было странно. И тут щеку зажгло.

— Кажется, там случилась беда, — сказал я, резко исчезая из этого мира.

Проснулся рывком. Щёки горели. Сердце билось как бешеное. Ощущение близкой беды накатывало как съезжающиеся стены.

Я подскочил, выскакивая в коридор в одних трусах. Мама с Пашкой стояли, закрыв обзор. Отец у двери с топором. В дверь долбанули, и, видимо, не в первый раз — доска лопнула. Я увидел светящийся «космическим» светом человеческий глаз.