— Всё нормально, — хлопнул я его по плечу. — Не парься.

Я прошёл в подвал, поздоровался с тренером.

— Набрал малёха, — заметил он. — В прошлый раз на тебя страшно смотреть было.

— Ну так. Ем, качаюсь, сплю.

— Прально-прально.

Поднялся наверх. Буян стоял спиной. Так что я решил пошутить, изменил голос и сказал:

— Эй, морда, тише будь.

Парень резко обернулся. Наверное, раньше я бы шарахнулся от такого оскала. Увидев меня, он вмиг сменил выражение лица и заржал.

— Ты чего сохранился, что ли, где-то? — протянул он мне руку. — А если б я сначала ударил, а потом обернулся.

— Ничего бы у тебя не вышло.

— Так-так-так, — строго проговорила Натаха, обходя меня по кругу. Пощупала бицепс. Грубо прожала бедро. — Ну ладно. Хотела пожурить, но вижу, набрал, значит, занимался и дома.

Подошла Полина и чмокнула меня в щёку.

Потренировался просто отлично, в такой компании время пролетело быстро. Даже заминка не спасла, после приседа вышел из зала на деревянных ногах.

— Мы вас сегодня провожать не будем, — сказал Буян девчонкам. — У нас с Андом ещё пробежка запланирована.

— Очень смешно, — пихнул я его, но эта махина даже не шелохнулась.

— Ты нафига так убился? — наехал он на меня, когда мы достаточно отдалились от лишних ушей. — Я думал, мы с тобой одно дельце провернём. Хотел, чтоб ты меня подстраховал.

Я нахмурился.

— Ничего такого, — поспешил пояснить собеседник. — Есть тут беспредельщики одни, хотел наказать.

— Давай я в душ сгоняю дома. Под кипятком распарюсь, потом ледяной водой обожгусь и нормальный буду. А ты мне по дороге расскажешь, что там с особняком в итоге было.

— Да чего. Приехали мои ребята. А там в команде свой ищущий. И у него аж волосы на руках дыбом встали от того фона, что в доме, оказывается, был. Нам бы с тобой на мутации провериться, — усмехнулся Буян. — По крайней мере, он всех ребят на очистку погнал потом. Выжгли там всё. А куртки… Ты видел?

— Да.

— Жуткое дерьмо. В общем, даже огонь не до конца справился. Торес, старший группы, сказал, за зданием должны были следить. Оно стояло в базе, как объект на контроле, но кто-то не захотел регулярно кататься в гетто с проверками. Так что где-то полетели головы, точнее, должности. И да, начальству премию выдали за ликвидацию опасного объекта. Кто знает, во что бы это всё вылилось, через пару месяцев или год.

— А с остальными членами шайки, что?

— Из них ищущий душу вынул. Всех нашёл. Несколько человек были в курсе. Одному грозит отработка, двоим повезло, в тюрячку отъедут. По шестьдесят второй все пойдут.

— А мы там никаким боком? — на всякий случай уточнил я.

— Нет. Нас там и не было, — подмигнул мне Буян. — Группа зачистки сама всё сделала.

— А остальные рогатые?

— Они теперь не рогатые, а лысые. Кто-то на дно залёг, кто-то переехал. Кто-то будет ещё пару лет горбатиться уборщиком в больнице, которая его вылечила после твоих воспитательных методов. Один, я слышал, стал жертвой тех, кого прессовал, будучи в составе банды, отлупили его хорошенько. Короче, план твой удался. Банда перестала существовать, а мужская её часть стала как минимум изгоями. Девчонки-то понятно, пристроятся куда-то. Им с этим делом попроще.

Под беседу и не заметил, как дошли.

Дома уже были родители, так что Буян показываться им не стал. Я быстро всё сделал и выскочил на улицу. Тёмная тень отделилась от стены и направилась ко мне.

— Идём, — сказал Буян.

— Рассказывай, — потребовал я. — Куда и зачем идём?

— Да чего говорить. Попытались меня гоп-стопнуть. Понятно, что не в адеквате были. Нормальный человек меня стороной обойдёт. Я их вежливо так всех хлопнул, а один пушку выхватил и, короче, пришлось свалить. Поспрашивал местных. Эти уроды частенько работяг грабили по беспределу. Старику Чангу прилавок разнесли. Говорят, изнасиловали Сабрину. Которая…

— Я знаю её. Она раньше на моей улице жила. В смысле говорят?

— Ну в больнице пока девчонка. Не спросишь. Но люди так сказали. Ещё все думают, они бездомного на дальней окраине насмерть забили. И в кому пацанёнка с местной школы отправили. Ты его помнить должен. Уильям, он на тебя сильно кидался, когда ты только переехал.

— Помню. Он же младше меня даже.

— Ну вот. Я стал за этими ублюдками следить. Они накрыли Тони, который кассу у ребят Питбуля держал. Как вычислили, не знаю.

— Погоди, это не его люди всех опрашивали на улице?

— Да. Они. Я Питбулю расклад сдал, чтобы он мне этих гадов поймал. Слышал, перестрелка была в общаге, которая горела раньше часто?

— Нет. Сегодня как-то не до слухов было.

— В общем, почти всех их там положили. Но двое козлов то ли не пришли, то ли ушли. Глухой телефон, в общем, я деталей не понял. И как раз свалили: тот, что в меня стрелял, и тот, который меня чуть не порезал.

— Погоди! Ты не говорил, что в тебя стреляли.

— Да? Ну, короче, чуть не убили.

И так буднично он это сказал.

— Я адрес узнал, где эти упыри могут тереться.

— Стой. Двое их? Мутные такие. Красные глаза у одного? — насторожился я.

— Вот мутные, реально, лучшее слово. Да.

— Я их на выходе видел. Где рогатые раньше часто тёрлись. Всё чёт высматривали.

— Своих, может, ждали, — предположил Буян. — Да только нет больше никого с той шайки. Веди тогда.

— Давай сработаем удильщика, — сказал я.

— Они с пушкой, — напомнил Буян.

— Да хоть с папой в руководстве полиса. Таких крыс давить надо. Грязь, а не люди.

Удильщик — это классическая схема уличного ограбления. На неё меня Саймон через Русика поймать хотел при знакомстве. Один выступает наживкой, а другой, или, как правило, несколько потом выходят из-за спины.

Сначала надо было убедиться, что это, вообще, нужные нам ребята. Я шёл мимо того места, где они торчали весь день, но, как назло, их не было. Ушли, что ли?

Огляделся, а потом услышал какой-то шум в заброшке.

— Эй, обосанцы! — крикнул я.

Миновал с десяток ударов сердца. Парень с красными глазами выглянул из тёмного провала и нахмурил брови.

— Ты кто, нахер, такой? — недовольно бросил он. — Вали, пока цел.

— Это моя заброшка, ты чё тут забыл, козёл? Ко мне сейчас девчонка подвалит, и мы тут будем романтику устраивать, смекаешь? Найдите себе другое обиталище.

— Ты не понял, что ли? — вышел второй, огляделся и решительно направился ко мне. Я заметил, что у него под глазом назревает свежий фингал. Пристальнее глянул на второго. На кроссовках следы ещё не запёкшейся крови, а ухо набухло, скорее всего, сломано от хорошего пропущенного.

— Чё крутой, да? Иди сюда, иди, — я поманил его и встал в стойку.

Он ещё раз огляделся сближаясь, а потом щелкнула выкидуха. Я и понять ничего не успел, с перепугу бросил такую быструю двойку, что осознал произошедшее, когда парень уже валялся в отключке.

Второй вынул пистолет.

— Замер, — холодно скомандовал он.

Я поднял руки вверх. По голосу понятно, уже убивал, и повторить палец не дрогнет, только шуметь не хочет.

— Сюда подойди, — противник держал пушку одной рукой. Если что, по идее, я должен успеть исполнить Уклон.

Я стал подходить. Он указал пистолетом на вход. Я вошёл в заброшку не оборачиваясь. По тени в принципе всё было видно. Противник занёс руку для удара по затылку, я активировал Уклон и, очутившись в стороне, увидел распластанное тело. Буян тихо подкрался и огрел его по затылку.

Мы затащили обоих внутрь.

Я осмотрелся и увидел лежащего в отключке человека.

— Столб! — воскликнул я, подбегая к бездомному. Вот почему у того урода кроссовки в крови были. Я пощупал пульс. Мужчина был жив, но сильно избит и со сломанным носом. Пока он был без сознания, я вправил ему кость, спасибо навыкам Пути.

— Иди воды найди, я этих чмырей покараулю, — сказал Буяну.

Он вернулся минут через пятнадцать с бутылкой воды. Я привёл Столба в чувство, напоил его, и тот снова потерял сознание.