Дело не в том, что Кристиану не понравился типаж. Просто молодой гвардеец из спецуры – гордость семьи и флота, не привык цеплять девушек в барах при экипаже корабля. Да он вообще мог быть женат! Возраст вполне позволяет! Но я не стану заставлять его говорить о прошлом, если он сам того не желает.

Вот только нашему попутчику и правда не помешает расслабиться. Может позже банально отправлю его в специализированное заведение.

Кстати, девице всё же надоело ждать, и она подошла сама.

– Привет, мальчики! Не хотите угостить даму и потанцевать?

– Извини, у нас посиделки экипажа. К тому же я дал обет: никаких отношений, пока не одержу победу в гонке. Может быть послезавтра к вечеру буду свободен.

– Да у тебя большие планы! Может лучше расслабишься перед гонкой? А где участвуешь? – девушка положила руку на моё плечо, видя как Лили не реагирует и даже не оторвала взгляда от коммуникатора.

Но я снял чужую руку и покачал головой. Не интересно. Свежи воспоминания об Эльзе, и я предпочитаю сначала хотя бы немного познакомиться. К тому же такой типаж мне попросту не нравится. Уважаю сильных и смелых, а не просто ищущих партнёра на вечер и, вероятно, охотящихся на мужчин побогаче.

Кристиан ещё долго на меня посматривал. Но я просто расслабился и разговорился с Майком о взглядах на культуру развлечений наших народов. Закончилось всё игрой в вераксианский аналог дартса.

Мишень была побольше, а «дротиками» выступали небольшие метательные копья, которыми можно запросто убить обычного человека. Очень опрометчиво со стороны владельца. Хотя совсем пьяных вроде не пускали.

Соревновались парами на желания – разумеется приличные и без необходимости что‑то отстричь. А то Крис и Майк как‑то слишком недобро друг на друга смотрели. В результате сначала первый танцевал вприсядку на сцене под одобрительные крики посетителей – с персоналом мы договорились о правильной музыке. Жаль, медиа‑система «почему‑то отключилась» во время пика выступления.

Кристиан в ультимативной форме потребовал немедленного реванша – и теперь уже Майк крутился на шесте, пытаясь повторить запись выступления акробата, который замирал в самых невероятных позах. Из‑за шерсти миринид пару раз свалился, но всё равно получил одобрение от зрителей.

Месть свершилась, и я остановил безобразие, отправив Майка соревноваться с Лили, раз уж они неплохо ладили. Герде тоже надоело наблюдать, и она явно собиралась что‑то сделать со мной… но не учла, что если руками метать копья я не слишком умею, то вот в вопросах псионики весьма точен и запрета на её применение не оговаривалось.

Что сказать, пьяную в доску гокта пришлось нести на Меркурий.

Я шёл по извилистым улочкам, полностью освободив сознание от мыслей и стараясь особо не двигать головой.

– Алекс… ты как? – спросила Лили, идущая следом.

– Обычная перегрузка нейроускорителем, не волнуйся, – рассеяно сказал я.

– Постоянно глотать лекарства – не выход. Ты всё равно не успеешь много налетать. Вообще, я могла бы справиться здесь сама. Ну, взяла бы Майка и Криса.

– Не стоит, тут наше дело, – я ненадолго закрыл глаза. Мир вокруг шумел в ментальном плане, и я даже не пытался сфокусироваться на каком‑то источнике. Хотя управление псионикой и нейроускоритель перегружают по большей части разные отделы мозга.

Пусть я старался обходиться своими силами и не пренебрегал необходимым отдыхом. Но всё же гонять на болиде сложно во всех отношениях. Колоссальная нагрузка на нервную систему, фокусировка внимания и постоянные перегрузки, дёргающие тело во всех направлениях, понемногу истощали силы. Зато с каждым часом за штурвалом я всё лучше чувствовал машину. Это имело свою цену. Но главное – завтра быть в норме.

А пока что мы пришли в место, о котором Афродита вместе с Лили навели справки. Район утопал в зелени – как и остальной город. Почва много где наползала на бетонные дорожки и из неё росли низенькие травы. А в местах где влажность повыше – даже мхи.

Вот только представителей других рас здесь встречалось намного меньше. Торгово‑развлекательные зоны остались позади. Мы переходили в административно‑жилой блок всяких мелких частников. Здесь располагались офисы компаний, в основном нужных местным – вроде поставщиков систем орошения или изготовителей декора. Улочки стали уже и менее ухоженными. Местами от палящего солнца их закрывали полотна ткани. Дома смотрелись странно – и не столько из‑за дизайна со свойственной ящерам плавностью, сколько необычно для нашего взгляда высокими потолками и широкими дверными проёмами.

Мы нашли нужную вывеску, где около плавной, текучей вязи символов виртуальный интерфейс нейрочипа вывел окошко перевода «Детективное агентство Шихаззе».

Сидевший внутри вераксианец удивился, увидев двух людей на пороге. Тем не менее пустил нас в кабинет начальницы. Там нас встретила довольно мелкая для своего рода тёмно‑зелёная ящерка с редким алым оттенком глаз. То есть – без пигментации. Она сидела за массивным деревянным столом в форме выгнутого овала, на котором стояло несколько мониторов и какие‑то статуэтки. Густо пахло непривычными для нас благовониями, напоминающими смолу хвойных пород. Ещё и царил полумрак, в котором виднелась биолюминесценция больших голубых бутонов на невысокой пальме с раскидистыми лопухами сложных фигурных листьев.

– Терранцы, вы же знаете, куда пришли?

Я кивнул Лили, уступая разговор ей. Всё же у вераксианцев в традиции матриархат. Пусть проявляется он не столь явно.

– Мы ищем один пропавший корабль и слышали, что вы можете помочь.

– И у вас есть основания полагать, что он не уничтожен? – медленно, протяжно прошипела торговка информацией.

– Его угнали и продали около двух лет назад. Именно о его дальнейшей судьбе мы и хотим разузнать.

Вераксианка жестом предложила Лили присесть на табуретку для гостей, обычную для их хвостатого вида. Сама, кстати, сидела в кресле со специальной выемкой под хвост.

Я просто встал рядом, сложив руки на груди и борясь с желанием закрыть лицевой щиток. Хорошо, что Майка не взяли для мебели – он бы точно не сдержался и изолировал нос от обилия резких запахов.

Лили положила на стол крупный коммуникатор с голопроектором и вывела изображение, на котором значилась доступная информация.

– Вот его старый идентификационный номер, модель, трёхмерное изображение и известная информация о покупателях. Куда он делся мы не знаем. Но решили начать с одной из ближайших населённых планет.

Вообще довольно интересная идея возникла насчёт корабля. Мы изучили базу данных с Аканта – сравнили её с данными, взятыми на корвете Сандера. Всё же мы тогда смогли утащить солидный пласт информации. Ничего полезного для нас они не содержали – Рейдеры Драго если и имели стационарные схроны, то в памяти корабля эту информацию не держали. Да и сам пиратский капитан ничего не слышал.

Любые коды доступа и позывные у пиратов меняются довольно часто. А после того как при рейде Варгос пропала связь с приближённым, всё наверняка обновили. Зато в них была запись об ещё одном угнанном кораблике. Афродита не любила сидеть без дела и проанализировала данные, получив довольно интересный результат.

Корабль также продали. Но купили его вераксианские торговцы и больше никаких записей в базе не появлялось.

– Мы можем изучить ваши зацепки и собрать информацию из различных источников. Это будет стоить миллион септов.

– Не слишком ли дорого за проверку регистрационных баз? – удивительно культурно ответила Лили. Почти четыреста пятьдесят тысяч кредитами за обычную процедуру! Не за какое‑то тщательное расследование, полёты к планетам и проверки.

– Если назовёте хотя бы его нынешнее название, то стоимость моих услуг значительно уменьшится. В ином случае считаю цену довольно низкой.

Вераксианка, как и подобает расе, говорила спокойно, ничуть не изменившись в тоне, когда начались торги. Вообще‑то интересно как в одной расе сочетается такая сдержанность и невозмутимость с любовью к рискованным видам спорта и гладиаторским боям. Хотя это объяснялось примерно так – «им нравится зрелище и адреналин, просто они способны себя контролировать».