Это была последняя трезвая мысль.

В мои губы впились горячие, жадные мужские губы.

Острый драконий клык. Я касаюсь его языком и улетаю. Дракон довольно урчит и углубляет поцелуй. Рвёт несчастную ленту на лифе. С сухим треском осыпаются нитки.

Наглая драконья лапа проникает под юбки, сжимает колено.

И в то же время появляется стойкое ощущение, что в комнате мы больше не одни.

- Кошмарики мои, кошмарики! Во что храм-то превратили! – восклицает писклявый девичий голос.

Абсолютно незнакомый голос.

Я с силой отталкиваю ладонями Даниеля. Дракон, бурча недовольно, позволяет мне отстраниться и выкрутиться кое-как из-под поцелуя, который чуть было не перешёл в нечто большее прямо тут, на камне. Но из рук добычу не выпустил, его тяжёлая ладонь продолжила удерживать меня за талию и не отпускать слишком далеко.

Я оглянулась и опешила.

Вокруг нас летала нежно-розовая дракошка и махала полупрозрачными фейскими крылышками. Размером она была с упитанного такого поросёночка. И то и дело восклицала в ужасе:

- А хламу-то натащили! А бардак-то, бардак!

Я прям обиделась. Столько времени убила на уборку, и вот тебе благодарность.

- А сквозняки гуляют, крыша прохудилась совсем! Что за безобразие!

- Я тебе говорила, - зыркнула я на Даниеля. У него в глазах не было ни тени угрызений совести. Вместо этого читалось страстное желание продолжить на том самом месте, на котором прервались. Появление дракошки как будто вообще не вызвало в нём удивления.

- Ох батюшки, а реликвии Инанны куда пропали?! – всплеснула маленькими лапками, которые у неё скорее напоминали мягкие лапы кошки, розовая.

- Да она и сама уже тут много лет не появляется, – буркнул недовольный дракон. Которому не досталось сладкого. Я усиленно поправляла одежду и завязывала кое-как растерзанные драконом ленточки на лифе.

Дракошка летала кругами под потолком. Пискнула огорчённо, подлетела к разломанному барельефу. Потёрла лапку об лапку, с них сорвался сонм розовых искр. И камушки стали медленно вырастать, обретать форму… с пола взмыла кучка мелкой каменной крошки, встала на место и барельеф обрёл законченные черты. С него снова взирал торжественный и надменный лик богини.

Я как раз успела натянуть юбки на голые коленки. И когда успел?!

- Одно хорошо, в храме снова царит Любовь! – довольно пропела дракошка. – Вы такие милые! Продолжайте, продолжайте! Не обращайте на меня внимания.

Я вспыхнула и пробормотала:

- Он как раз уходит.

- Это ещё почему? – насупился дракон.

- Потому что я так сказала! – рявкнула я и снова толкнулась ладонями, то каменная туша двигаться с места не желала, и я разозлилась окончательно. – Я твоей подстилкой на одну ночь быть не соглашалась.

Дракон вскипел не меньше моего.

- Что-то пропустил, когда ты мне это сказала. До или после того, как засунула язык мне в рот?

От возмущения я чуть дар речи не потеряла.

- Знаешь, что? Иди-ка ты, королевское величество, на… свой трон!

Сдула упавший на лицо локон и скрестила руки на груди в жесте возмущённого Наполеона, который с высоты холма обзирает руины горящей Москвы. Вот примерно с таким внутренним чувством я тоскливо смотрела на перспективы несостоявшейся горячей ночи с горячим драконам. Что поделаешь! Гордость – она такая. У неё есть своя цена. Свою я по жизни регулярно плачу.

Дракон же смотрел на меня так, словно решал – голову мне открутить на месте, или сначала тюкнуть по башке, утащить к себе в берлогу и употребить по назначению.

Розовая малышка подлетела ко мне и выпалила возмущённо:

- Ты что? Как можно так невежливо разговаривать со своим Истинным?

- Он мне никто!

- Она не моя Истинная! – рявкнули мы с Даниелем одновременно.

Розовая испуганно вспорхнула подальше и сделала круглые глаза как два блюдца.

- Странно! А искрит от вас, как будто прям сейчас драконят делать собрались. Неужели я ошиблась? Странно. Я редко ошибаюсь. Ну ладно, как скажете! Может, передумаете? Драконята бы у вас получились прехорошенькие!

- Нет!!

- Ещё чего! – одновременно огрызнулись мы на бедную, ни в чём не виноватую малышку.

Она обиженно порозовела ещё больше.

Мы молча буравили друг друга взглядом, будто враги.

- Кто такой «Истинный»? – медленно спросила я, не отрывая от него взгляда.

- Так, я пошёл отсюда! – взорвался Даниель. – Ты, мелочь! Сама ей объясняй. Эту вашу брачную дребедень. Только меня не впутывай. Я скажу при дворе, что брачное агентство нашей попаданки открыто. Можно приходить, кто с мозгами не дружит. Найдешь, кого окольцевать. И кому всю эту лапшу про Истинных на уши вешать. Я уже заколебался со своих снимать. Больше в эти игры не играю.

- Чего он такой злой? – философски заметила дракошка, глядя ему вслед.

- Судя по всему, его уже одна сваха окольцевала как-то раз. Ему не очень понравилось, - угрюмо заметила я, провожая взглядом широкую напряжённую спину.

Даниель явно услышал, и потопал быстрее. В мгновение ока скрылся из глаз, но в воздухе до сих пор было горячо. Я потёрла влажную шею, на которой ещё не остыл след поцелуев.

- Это значит, она была не Истинная! – малышка подняла свою пушистую лапку глубокомысленно. – Была бы Истинная, понравилось бы. Дракона от Истинной за уши не оттащишь, когда найдёт, чтоб ты знала!

- Да что ещё за Истинная? – раздражённо спросила я.

Она посмотрела удивлённо.

- Тебя предыдущая драконья сваха совсем в курс дела не ввела, что ли? Ты как собралась работать, если не понимаешь элементарных вещей?

Как же я устала объяснять!

- Меня сюда забросили без инструктажа по технике безопасности, без парашюта, банковских карточек и даже без «пожалуйста», - устало проговорила я.

Наконец-то меня никто не держал. На талии всё ещё оставались горячие следы от ладоней. И это было обидней всего. Что дракона рядом больше нет, а из головы не выходит. И всё тело ноет, требует засранца обратно.

Я кое-как сползла задницей с постамента.

Ой-ёй… ноги, оказывается, с трудом держат. Я с трудом доковыляла до стены. Плюхнулась на кровать. Да уж… теперь по воле моего сердитого дракона у меня была вполне себе мягкая и уютная постель. «А могла бы сейчас прямо в ней заниматься куда более увлекательными вещами», - ехидно прокомментировал внутренний голос. Я привычно отмахнулась от него и от мыслей о собственной женской несостоятельности.

- Да объяснять как-то долго, - задумалась дракошка. – Ты ж не замужем?

- Не замужем, - буркнула я. Обязательно по всем моим болевым точкам пройтись и в каждую палочкой тыкать?

- Отлично. Вот лучше бы наглядно продемонстрировать. Давай мы этого упрямца в следующий раз изловим и на нём проэкспериментируем? Очень легко можно понять, твой это Истинный, или не твой.

- Не собираюсь я никого ловить, - обиделась я. – Вот ещё за мужиками никогда не бегала.

- Ну и правильно! – бодро поддакнула она. Приземляясь на постель и устраиваясь рядом со мной – Пусть лучше он за тобой бегает. А помяни моё слово, он будет!

- Этот? – фыркнула я. – Ты его не знаешь. Это не тот фрукт.

Розовый пушистик хитро уставился мне прямо в глаза, легко взмахивая полупрозрачными крылышками.

- А ну-ка, подскажи, а то я не совсем разобралась. Что это он тут делал? Он же вроде король, ему положено во дворце у себя торчать.

- Да так. Мимо проходил, - смутилась я.

Второй раз за сутки.

- Ну-ну, - понятливо улыбнулась малышка. – Попомни моё слово, скоро будет проходить мимо опять. И прямо сюда мимопройдёт. Он теперь от тебя никуда не денется. Просто не сможет далеко уйти.

- Конечно, не сможет! – разозлилась я. – Он меня мечтает уложить в койку. Попользоваться и пойти дальше. Экзотики захотелось, видимо. Местные надоели, надо попаданку непременно оприходовать. Не хватает, видимо, галочки в списке побед. Но не на ту напал! Зубы обломает.