— Ах, какие сладенькие путники, — прошипела Кикимора, её голос напоминал скрип ржавых петель. — Такие вкусные, такие сочные… Как мёд на языке будут.

Она приближалась всё ближе, её когтистые пальцы подрагивали от нетерпения. Группа даже не подозревала о надвигающейся опасности, продолжая мирно похрапывать у костра. Кикимора остановилась в нескольких шагах от них, наклонилась и втянула носом воздух, словно голодный зверь, почуявший добычу.

— Сладкие, сладкие человечинки… — продолжала шептать она, облизывая губы длинным языком.

Из-за могучего дуба, чьи корни словно змеи расползались по земле, медленно выступил Леший. Его облик был одновременно человекоподобным и пугающе-природным. Высохшее тело покрывала кора, местами проступали зелёные прожилки, а седая борода свешивалась на грудь, в которой запутались лесные травы и лишайники. Его зелёные глаза, словно два уголька, горели в темноте, отражая лунный свет странным, нечеловеческим блеском. На голове топорщились волосы, длинные и спутанные, напоминали ветви старого дерева. В них застряли шишки и листья, создавая причудливый венок. Леший был одет в потрёпанную одежду, но надетую наизнанку — правый лапоть на левой ноге, левый на правой. Красный кушак, повязанный криво, подчёркивал его нечеловеческую природу. Его левая пола кафтана была запахнута за правую, что являлось явным признаком лесного духа.

Существо возвышалось над землёй, словно сливаясь с деревьями. Его рост менялся, то становясь человеческим, то вырастая до высоты вековых сосен. Леший покачивал головой из стороны в сторону, и в этом движении читалось явное неодобрение. Его морщинистое лицо выражало смесь мудрости и недовольства, а губы беззвучно шевелились, будто он переговаривался с лесом. В воздухе вокруг него словно кружили листья, хотя ветра не было. Казалось, сам лес прислушивался к его безмолвному укору, а ночные птицы затихали, чувствуя присутствие своего повелителя. Леший стоял неподвижно, но его присутствие наполняло ночь особой, тревожной энергией, заставляя даже спящих людей беспокойно ворочаться во сне. Но люди продолжали спать, не подозревая о том, какие тёмные силы наблюдают за ними из мрака.

— Я же вас предупреждал. Эх, люди, люди, — сказал Леший, сжимая в своей руке посох.

В серебристом свете луны озеро казалось бездонной чёрной бездной. Внезапно водная гладь заволновалась, и на поверхности показалась бледная фигура русалки. Её длинные зелёные волосы, похожие на водоросли, колыхались в воде, словно живые змеи. Русалка медленно выбралась на старый деревянный помост, её обнажённое тело блестело от влаги. Она грациозно устроилась на краю, свесив ноги в тёмную воду. В руках у неё появилась костяная расчёска, и существо начало неторопливо причёсывать свои густые пряди, пропуская их между пальцами.

Зелёные волосы переливались в лунном свете, словно покрытые светящимся мхом. Русалка склонила голову набок, и её губы начали двигаться, издавая мелодичные звуки. Сначала это было тихое, едва уловимое пение, но постепенно мелодия становилась всё громче и завораживающе. Её голос, чарующий и печальный одновременно, разносился над водой, создавая вокруг неё магическую ауру. В песне слышалась невыразимая тоска и древняя мудрость вод, а каждый звук словно обволакивал всё вокруг таинственным покрывалом. Русалка продолжала петь, и её глаза, светящиеся в темноте, казались двумя звёздами, упавшими в воду. Она ощущала присутствие живых людей и своей песней хотела их приманить к своему озеру.

Утро началось со странных вещей. Макс проснулся первым, в спальнике было комфортно и уютно, и тем не менее ночь была наполнена беспокойными и непонятными снами. Ему снилось, что он бежит куда-то по тёмному лесу. Он то убегал от чего-то опасного, то гнался за кем-то или чем-то… Атмосфера сна была тревожной. Ещё видел Соню, но смутно, как размытую тень, она то появлялась, то исчезала, вроде как звала его за собой куда-то… И в конце, перед самым пробуждением, приснилось вонючее, хлюпающее болото, неприятное и зловонное место, где липкая грязь чавкала под ногами, погружая шаги в вязкую трясину… Этот образ оставил особенно сильное ощущение тревоги, отвращения и тоски…

«Пиздец, что за сон дебильный», — подумал Максим, широко зевая и потягиваясь.

Он открыл глаза и увидел ясное утреннее небо. Солнце уже поднялось над горизонтом и мягкими золотистыми лучами освещало поляну, на которой они разбили лагерь. Свет пробивался сквозь кроны деревьев, играя пятнами солнца и тени на зелёной траве. Воздух был наполнен свежестью и лёгким ароматом хвои.

Максим лежал, любуясь ярким летним небом, и думал, что всё-таки не зря решил поехать со всеми, вот вчера как хорошо посидели, давно уже так не собирались все вместе. Он уже подумывал о том, что надо вставать, как вдруг услышал удивлённый голос Миши:

— А что это такое?

Макс поднял голову и оторопел:

Все их вещи были раскиданы по поляне.

— Не понял, это кто сделал? — сказал он, вылезая из спальника.

Миша стоял возле палатки и молча разглядывал беспорядок.

Они посмотрели друг на друга:

— Макс, опять твои шуточки? — Миша усмехнулся.

— Причём здесь я? Я только проснулся!

— Какого чёрта всё раскидано? — воскликнул Артём, выходя из палатки напротив, поёживаясь и зевая.

Макс пожал плечами и сказал:

— Кто-то пошутил, наверное, но точно не я! Я спал!

Миша с Артёмом переглянулись и заулыбались:

— Макс, просто признайся, что это ты!

— Да, больше некому, — произнёс Артём.

— Да что вы ко мне пристали? Сказал же, не я это! Мало того, что всю ночь какая-то хрень снилась, теперь это… — Макс махнул рукой и замер, разглядывая что-то у себя под ногами: — И где, блять, мои кроссовки?

— Мне тоже сны снились, кошмары какие-то, — задумчиво сказал Артём. Миша хмыкнул:

— И мне…

Макс посмотрел на них внимательно:

— Это вы так решили мне отомстить, да? Ладно, признаю, хороший прикол! Теперь верните уже кроссовки! — засмеялся он, повышая голос.

Из палатки вышла заспанная Соня:

— Что случилось? — спросила она, потирая глаза.

— Да вот, Макс опять шутит! — ответил Миша, указывая рукой на беспорядок вокруг.

— Ой, а почему всё раскидано? — раздался звонкий голос Кати, она тоже проснулась и теперь удивлённо осматривала поляну.

— Наш шутник всё никак не угомонится, — махнул рукой Артём и стал подбирать раскиданные вещи. Ему помогали остальные, насмешливо поглядывая на Максима.

Хмурый Максим не отвечал, усердно разыскивая свою обувь, только бормотал что-то о мстительных друзьях, которые не в состоянии оценить хорошие шутки. Кроссовки нашлись… Подвешенные на дереве за шнурки…

— Ой, ну какие молодцы, — язвительно сказал он сам себе, снимая их с дерева.

Когда порядок был восстановлен, ребята сели завтракать и попутно обсуждали, чем бы заняться сегодня.

— Давайте погуляем по лесу, — предложила Катя.

— Ну, можно, — согласился Миша. — Не сидеть же сиднем весь день. А вечером, когда стемнеет, проведём ритуал, цветок папоротника поищем!

— Ты правда веришь в какой-то там волшебный цветок, который исполняет желания? — скептически спросил Артём.

— Ой, да нет, конечно, так… Прикольно же! — как-то смущённо ответил Миша.

— Страшно… В темноте по лесу бродить, — испуганно воскликнула Катя.

— Так мы же вместе будем, чего бояться? — возразил ей Миша. — Ну, решено, план действий на день составили!

Все согласились с Мишей, кроме Макса, тот молчал, задумчиво разглядывая что-то в своём телефоне.

— Макс, ты чего молчишь? — спросил Артём. — В лес идёшь с нами?

— А? Да-да, конечно, прогуляемся! — ответил Макс, убирая мобильный в карман.

— Кстати, «волшебный цветок» папоротника надо было искать именно сегодня ночью, — добавил он, с едва заметной усмешкой глядя на Мишу.

— С чего бы это? — удивлённо спросил тот.

— С того, что ты, похоже, ритуал этот где-то наспех выкопал, — с лёгкой иронией продолжал Максим. — Но, как обычно, читать информацию надо внимательно! Ночь на Ивана Купалу, с 7 на 8 июля — именно тогда и нужно искать цветок папоротника. А эта ночь уже прошла!