— Тссс… Что ты, Рай? Не хочешь меня?
— Не знаю…
— Зачем тогда… — ведёт пальцами под моим платьем и задевает кружевное бельё и чулки. Как разглядеть успел, а?! Вот как?! — Не обманывай… Кого наебать пытаешься? Меня или себя, не пойму?
— Фу, ещё сесть не успел, уже как зэк разговариваешь, — фыркаю на него, отчего он заливисто хохочет.
— Иди сюда, сладкая, — тянет вверх моё платье, и я оказываюсь в таком непристойном виде перед ним. Нижнее бельё и эти дурацкие чулки… о которых я столько думала… Колготки или они. Выбирала, блин… С замиранием сердца. Всё же напялила на себя, хотя никогда так раньше не ходила… — Ёб… Нельзя так, Рай… У меня же колпак сорвёт.
— Прекрати, — прикрываю грудь ладонями, но он не позволяет. Обхватывает за запястья и валит меня на лопатки, прибивая руки к подушке. А потом ведёт носом по ложбинке.
— Пахнешь так… Я о тебе думал. Переживал… Как тебе мои родаки?
— М… Милые… А ты вот… Засранец ещё тот, — ворчу, улыбнувшись, пока он склоняется к моим ключицам и целует, а потом… Зубами прикусывает кружево моего лифчика, заставив вздрогнуть и закусить губу… Оттягивает и… Залезает языком прямо туда… Под ткань к моему соску… — Лёшаааа… — инстинктивно скулю, прогибаясь вверх. Словно под его мотивы само тело танцует…
Тёплые пальцы отпускают мои запястья и опускают шторки лифа вниз, полностью открывая вид. Тут темно, конечно… Только свет фонарей с улицы… Можно сказать, приглушённый… полумрак. Но такой возбуждающий и подогревающий атмосферу. Да и то, как торчат мои соски ничем не скроешь… Даже тёмными тонами комнаты…
Слышу, как он раздевается. Он сразу принял душ и переоделся, как мы приехали, потому что устал там сидеть… А я вот так и была… В этом платье с его родными почти с пяти часов, блин. Это нечестно… Я бы тоже хотела в душ сходить…
— Заступилась за меня… Поехала всем голову грызть…
— Я просто за справедливость. Вот и всё…
— Ты просто моя девочка, вот и всё, — отвечает за меня и тянется за презервативом. Я буквально вижу… И как достаёт, и как кладёт возле моей головы. — Не бойся… Я ничего ещё не делаю. Не смотри так на меня… Доверься просто.
— Я доверяю тебе… — выдыхаю, столкнувшись с его тяжёлым накрытым томной поволокой взглядом. И думаю — зря… Зря я ему верю… Господи… Животное.
Чувствую, как голое мужское тело снова ложится на меня и начинает целовать мою грудь… Боже. А его член при этом задевает мой живот, обжигая и содрогаясь.
Ощущения запредельные оттого, что он делает с моими сосками. Я уже это обожаю… Каждый его поцелуй. И кайф от того, что он никогда её вот так не целовал, ещё сильнее меня подстёгивает. Я столько раз ревновала и так сильно нервничала из-за этого… сейчас как-то легче…
Он сминает мою грудь. Терзает её… И я чувствую, как между ног становится мокро. Настолько, что, когда его пальцы просто проходятся по трусам, всё сочится сквозь них.
— Бандитка… — хрипит, прикусывая мой сосок и оттягивая влажную ткань в сторону. Толкает внутрь палец, заставив меня прикрыть глаза и запрокинуть голову, издав стон. — Узкая такая… Горячая… Пиздец, Ир… Я тебя хочу… Хочу тебя трахать.
— М-м-м… Угу, — всхлипываю, толкаясь в ответ своими бёдрами. Перед глазами всё плывёт, голову кружит, будто на аттракционах…
— Может быть больно, малыш, учти…
Смотрю на то, как он отпускает меня и зубами открывает упаковку, натягивая на член презерватив. И в ужасе понимаю разницу между пальцами и ним… Я же уже сравнивала… Но всё равно демонстрация вновь напугала меня. Потому что предвкушение этого внутри себя… Будоражит и напрягает.
Бессонов расправляет свои и без того широченные плечи и наваливается на меня вновь, как живая скала, но вместе с тем… Нежно, практически аккуратно и заботливо приподнимает мою задницу повыше и разводит мои ноги посильнее.
— Ничего не бойся. Если больно, говори…
— Ага… — дышу под ним через раз, надеясь не откинуться от волнения. Всё-таки я мечтала об этом с того момента, как влюбилась в него… Не хотела секса как такового, но хотела, чтобы именно он стал моим первым. Как осознание. Что это именно тот парень, который мне нравился… Который притягивал всё моё внимание.
Чувствую распирающее внизу ощущение и непроизвольно ёжусь, обхватив его плечи сильнее и даже вонзая свои когти в кожу.
А он так смотрит… Господи.
У меня глаза начинают слезиться от самого момента и когда Лёшины бёдра делают одно резкое движение вперёд, и он, и я издаём стоны… Разной тональности, конечно, но в унисон звучит, как музыка. Музыка, которой мне так не хватало всю мою жизнь.
— Ш-ш-ш… Моя, — улыбается это довольное до невозможности чудовище, придавив меня к матрацу. Его член уже полностью во мне, и он не двигается. А у меня там всё горит, блин… Я в ужасе держусь за его плечи и очень хочу вынуть его оттуда.
— М-м-м… — практически проскулив выдаю.
— Я знаю, что больно… Потерпи… Я помогу… — удерживая меня под собой вновь делает толчок в меня.
— Ай… — снова вонзаюсь в него и прикусываю губу от боли. — Ты не помогаешь, блин!
— Я не удержался просто, — усмехается он, прикрывая глаза и шипит. — Твою мать, я так кончу через секунду… Рай…
— М-м-м… Через секунду… — выдаю с наслаждением. — Звучит прекрасно…
— Обойдёшься... Никогда не был скорострелом и становиться не собираюсь.
— Лёш, мне больно… — выдыхаю на изломе, сморщившись, а он… Вместо того, чтобы исправить что-то начинает целовать меня и двигаться, протиснув между нашими телами руку… И когда его пальцы вновь касаются моего клитора… Только тогда я понимаю смысл секса… Истинный его посыл. Потому что мужской член в первый раз приносит одну только боль. Ни о каком женском удовлетворении ты и думать не можешь… Чистой воды издевательства…
Я обхватываю подушку, яростно деру его спину, скулю ему в шею, собирая выступившие мурашки… Ёрзая по заднице своими чулками. Он ведь специально меня в таком виде оставил. Скотина озабоченная… Но как же хорошо сейчас. Как же обалденно…
— М-м-м… — выдаю стон наслаждения и ощущаю, как внутри всё искрит.
— Да, моя маленькая… Давай… — подгоняет меня, вновь толкаясь внутрь. Постукивает по моему пульсирующему участку своим мокрым пальцем, и я уже не могу. Ощущаю как сильно и мощно внутри всё натягивается. Взвываю, укусив его между шеей и плечом. И он выдыхает в один момент, замедлившись… Я чувствую, как горю и пульсирую, сдавливая его внутри себя… Всё обмякло, блин… Что-то стекает между моих ягодиц. Думаю, частично кровь… Господи… Ужасно… И прекрасно одновременно…
И дар речи просто пропадает. Особенно, когда Бессоновские глаза вновь находят мои и улыбка расползается по его лицу.
— Ты как? Осознаешь, что случилось?
— М… Нет, — мотаю головой с жалостливой гримасой, а он целует меня в губы.
— Да… Так и знал, что будет как в раю… Был уверен, — проводит ладонью по мои волосам и нарочно запутывается там своими пальцами, поднося их к носу и нюхая. — Красивые у тебя кудряшки… Я их очень люблю…
— М-м-м… а ещё…
— А ещё люблю тебя, Рай… И всё, что с тобой связано…
Глава 29
Ирина Рай
Ранним утром я лежу в его крепких, практически стальных объятиях и пытаюсь переварить то, что произошло между нами ночью. Господи… Мы переспали. У меня был первый раз с Бессоновым. Сердце, кажется, совсем с ума сходит. В истерике колотится о рёбра и он, очевидно, его слышит, потому что начинает ворочаться позади меня и ещё крепче сжимает мою талию, а потом и вовсе целует в плечо и шею. И я вся дрожу… Эффект достигнут. Приятные мурашки тотчас же осыпают кожу. Я раньше и не думала, что можно настолько сильно ощущать телом. Буквально растекаться и млеть в чужих руках. Я всегда знала, что с ним будет хорошо, но… Не догадывалась о чём именно идёт речь. Сейчас же — офигеваю.
— Рай… — слышу сладкое сзади, и просто проваливаюсь куда-то. Потому что столько лет мечтала об этом, что просто не верю… Не в состоянии переварить. — Моя девочка…
