— Так держать, блондинчик, — подмигивает мне Амелия, ухмыляясь. А я снова пялюсь на её задницу… Даже в такой ситуации, когда у меня не должно срывать крышу из-за секса, всё равно о нём думаю… Потому что с ней невозможно удержаться. Слишком охрененная… Во всех отношениях.
Второй гол чисто её. Без какой-либо помощи.
— Ну, Вова… Не обижайся, — смеётся, убегая на свою сторону поля.
— Соберитесь, защитники, блин! Вы чё как мямли сегодня!? — орёт он на своих, пока мы переглядываемся.
Взрыв смеха, крики и топот делают воздух вязким от энергии, и кажется, что именно здесь, на этом маленьком поле под открытым небом, рождается что-то большее.
После первого тайма один гол нам всё же прилетает.
Но мы один хрен побеждаем со счётом три-один, и это воодушевляет на дальнейшую победу. Причём всех нас.
— Ты — молодец…
— Ты тоже, бомбардир.
— Ой, всё! Хватит сюсюкаться! — ворчит Глебыч, закатывая глаза.
— А ты не ревнуй… — толкает его в плечо Мела и смеётся. Вот мелкий, а. Достал уже выделываться.
Притягиваю свою женщину за талию и смачно целую в щёку.
— Моя, — рычу ей в ухо.
— И ты туда же, — выдыхает, качая головой. — Всё, настройтесь, ребят… Осталась ерунда и…
— Слышь, Владимир! — неожиданно слышим чьи-то левые голоса со стороны и настороженно смотрим туда. — Сюда иди!
— Чё за хуйня… — спрашиваю у Мелки, глядя на то, как её одноклассник тушуется, но всё же расправляет плечи и идёт к этой толпе гопников.
— Я не знаю… Он чем-то заниматься начал…
— Чем?
— Я не знаю, Назар… Но он на такой машине приехал… Можешь, пожалуйста, с ним пойти… Я тебя очень прошу. Просто пойти и…
— Я понял тебя, не продолжай. Успокойся, блин, — ворчу на неё и тут же двигаюсь в том же направлении. К ним.
Естественно, он сразу же замечает меня, и весь напрягается.
— Прикрою просто, не ссы, блин.
— А это ещё кто?! — обращаются они к нему, увидев меня.
— Кент мой.
— У тебя времени было до вчера… Бабки где?
— Сегодня будут.
— За день проценты накапают. Точно там всё ровно?
— Точно, — отвечает им, пока они осматривают меня с ног до головы. И я их тоже. Сразу понимаю, кто такие. Вот ебалай, а… Придурок, сука…
— Чё пялишься?
— А ты?
— Слышь…
— Слышу.
— Завязывай, Миха, — успокаивает его кент. — Пусть уходят.
— Валите, — вещает его величество гроза всех дилеров. И я тут же смотрю на этого придурка, развернувшись и направившись к коробке.
— Чё, доигрался? Продал что сказали…
— Вышел косяк небольшой…
— Небольшой, блядь… Знаешь чё тебе будет за этот косяк?
— Предполагаю. А тебе какое дело?
— Потому что она за тебя переживает. Она за всех, блин, переживает. Сколько?
— А не надо за меня переживать. Я разрулю сам.
— Да, как? Мерс свой продашь?
— Она рассказала?
— Я видел, блядь. Не слепой. Ты его не толкнёшь так быстро.
— Толкну. У меня знакомые есть…
— Да? — спрашиваю, остановив его за локоть, и смотрю на свою тачку. — Мою продашь? Без доков. Тридцать процентов тебе.
— Рофлишь, что ли?
— С хера? Я серьёзно?
— Она ж из салона только…
— Ну? По рукам? — протягиваю ему, и тот берёт мою в ответ.
— Лады, по рукам. Наберу как найду покупателя.
— Всё, забились, — возвращаюсь обратно, пока Мела смотрит на меня тревожными глазами.
— Что это было? — вонзается в мою кофту пальцами.
— Где? Ничего. Разобрались, всё ровно.
— Ты пожал ему руку…
— Поблагодарил за первый тайм. Ничего криминального, зайчонок… Давайте дальше играть.
Сердце отходит постепенно. Теперь у меня хотя бы будут бабки на первое время. Потому что брать у отца я больше не собираюсь… И мне нужно думать о будущем, пока есть о чём думать, блин…
Игра продолжается…
Глава 35
Амелия Андер
Я хаваю его ложь, только потому что сегодня особенный день. И мне не до разборок… Но клянусь… Если продолжит в том же духе, я его точно прибью.
А сейчас мне важен исход игры…
На последних минутах надираем им задницы со счётом пять-два. Мир и парни визжат как дурочки, а я буквально с разбегу набрасываюсь на Назара, повалив его задницей на землю.
— Дурочка, а…
— Поздравляю, блондинчик… — шепчу ему в губы и целую. Пофиг мне, что все смотрят. Мы с ним валяемся на коробке и целуемся, наплевав на приличия.
— Андер, я сейчас тебя разложу прямо здесь, — чувствую, что он уже возбуждается и лезет ладонью под мою кофту, после чего тут же вздрагиваю и встаю над ним.
— Руку давай, — протягиваю ему, пока он ржёт, поднимаясь за мной.
— Пацаны, за игру спасибо! Давайте отметим, а, — бросает на прощание Вове и его команде, а тот показывает ему средний палец, когда уходит. — Я наберу, пидор.
— От пидора слышу!
— Вы придурки, — закатываю глаза и иду к мелким. — Ну что… Отметим как-нибудь? Мы проставляемся…
— Мел, я бы с радостью. Но мама там истерит ужасно. Еле на игру сбежал.
— Почему? Что такое?
— Узнала, что ты подарки нам привозила. Взбесилась, что от твоего отца.
— А ей какая разница…
— Не знаю, Мел, — пожимает он плечами. — А парни, наверное, могут… Да, Глеб?
— Не, мне тоже домой надо…
— И мне, — слышу от них и даже расстраиваюсь. Я ведь хотела по-человечески отпраздновать.
— Давай в субботу, я точно смогу убежать…
— Ну ладно… Суббота так суббота…
Вызываю ребятам такси, как уже заведено, и мы с Назаром в обнимку смотрим на то, как они уезжают.
— Не расстраивайся, зайчонок… Мел, — касается кончиком носа моего лица.
— Я просто думала, что мы отметим победу, как следует. А теперь получается, что тётя Люда и против меня, и против моего отца. То есть, раньше она принимала от него деньги, а теперь…
— А теперь выёбывается, всё просто, — отрезает он, вызвав у меня в груди неприятное жжение.
— Мне не понятно.
— Забей, Мел… Они того не стоят. С Миром ты общаться не перестанешь. Пошли в дом… У меня там тоже подарок для тебя есть, — улыбается он и тянет меня к подъезду.
Ничего не остаётся, как пойти за ним…
А уж как мы заходим в квартиру, на моей шее почти сразу же оказывается золотая цепочка с небольшим кулоном в виде футбольного мяча.
— Ты серьёзно? Где ты такой взял?!
— На заказ сделал… Нравится?
— Конечно, нравится… Классный очень… Спасибо, — верчу его в руках, любуясь. Даже тут умудрился удивить. Никаких тебе цветочков и сердечек… Золотой мяч…
— По правде говоря… Он всё это время висел у меня дома и напоминал мне какой я еблан. Выбрасывать не стал и сейчас понимаю, что не зря…
Услышав это, мне становится ещё грустнее, но Назар тянет меня сесть к себе на колени и обнимает.
— Мне жаль, что так вышло… — шепчу, уронив взгляд и положив ладони на его плечи.
— Всё закончилось хорошо… И у меня есть ещё один подарок для тебя…
— Ещё один подарок? А мне тоже можно дарить тебе подарки?
— Ты уже подарила. Самый важный… Я теперь чувствую себя живым. Так что… — тянет мне подарочный пакет, и я вижу там что-то интересное. Чуть заглянув внутрь, меняюсь в лице и улыбаюсь.
— Ты знаешь, я такое не ношу…
— Но ради меня… Я выбирал… старался…
— А что мы будем делать?
— На яхте поедем кататься…
— Ты шутишь, да?
— Нет. Я уже обо всём договорился. Ещё в прошлый раз должен был…
— Назаааар, — смеюсь я, закатывая глаза. — К чему этот пафос, а? Разве я похожа на такую?
— На один день ведь можно… Что изменится? Ты себя не растеряешь… — касается он моих волос руками, убирая выбившиеся прядки назад. — Красивая такая. Безумно просто…
— Тогда может без платья? — морщусь, пока он мотает головой.
— Не-а… Платье… Можешь надеть свои тёплые кеды на ноги. Но наверху должно быть платье…
— Лаааадно, — беру пакет и киваю. — Хорошо. В душ тогда?
— В душ… Пошли… — чувствую, как меня сгребают на руки и несут в ванную комнату. А уже там мы моем друг друга, как когда-то делали…
