— Мел, ты чего? — убирает мои волосы за ухо. — Напряглась…
— Нет. Я просто думаю о том, как по тебе скучала…
— Я тоже скучал. Безумно. Словно часть меня оторвали.
— То же самое, — мои глаза начинают слезиться, и он обнимает, целуй в макушку в прихожей, когда одеваемся, чтобы выезжать в универ вместе.
— Не надо, не реви… Нас разлучили — да. Но всё в прошлом. Мы снова вместе…
— Значит, поехали учиться, блондинчик? — спрашиваю, стирая со щёк слёзы.
— Ага. Учиться, держаться за руки под столом и тискаться в скрытых уголках… Целуя тебя до умопомрачения…
— Такие планы, да?
— Да…
— А как же твоя Федченко? — спрашиваю, вновь ощущаю прилив ревности. Аж глаза горят. Ужасно…
Назар смотрит на меня и ухмыляется, поглаживая по волосам.
— Можешь снова разбить ей нос… Или что-нибудь такое… Она всё равно никогда бы с тобой не сравнилась. Как и любая другая девушка во всей вселенной…
Глава 32
Назар Грек
В универ приезжаем вместе… И теперь я ощущаю, что всё было не зря. Мне похер на чужие взгляды. Завистливые, возмущенные, наглые. Мне вообще на всё поебать, лишь бы она не отпускала мою руку…
Мне жизненно необходимо, чтобы она была со мной рядом… Чтобы наполняла каждый миг своим взглядом. Чтобы дарила улыбки. Чтобы ощущала себя моей, а меня своим… Всегда. И ни на шаг от меня не отходила теперь…
Но моим мечтам не суждено сбыться.
Естественно, с первой же пары меня выдирает Татьяна Алексеевна. Вызывает у всех на глазах, пока Амелия под столом не отпускает мои пальцы. Сжала так крепко, что вся напряглась от испуга.
— Назар…
— Мне нужно сходить, малыш. Не бойся…
— Но я боюсь… Не груби ей только…
— Всё будет нормально, — говорю ей, а сам тащусь туда, естественно, как всегда, с надменным видом.
— Что?
— В кабинет, Грек, живо, — рычит на меня, и я усмехаюсь, следуя за ней и глядя в спину. Почему все так и норовят здесь сделать вид, что такие дохуя важные?
Когда заходим в помещение, я сразу же замираю на пороге… Потому что этот затылок не спутаю ни с одним другим на этом свете. Какого, сука, хера?!
Что он здесь вообще делает?
— Проходи, Назар…
— Чем обязан? — спрашиваю, обходя отца стороной и присаживаясь с другой стороны. Заранее испытываю гнев и отторжение. Потому что устал от его выходок. Я выполнил все его условия тогда со сделкой. Что ещё ему надо? Понятия не имею…
— Назар, твой отец считает, что здесь тебе не место. И я тоже…
О, как интересно. Старую пластинку опять заело…
— А это не Вам решать.
— Сын, убавь гонор. Я вынужден был сорвать совещание, когда мне позвонили.
— Как мне жаль… — язвительно говорю с ухмылкой.
— Назар, а я вынуждена была поднять вопрос о твоём отчислении после той выходки…
— Не имеете права, — перебиваю я злобно и нервно встаю с кресла. — Я подам на вас и ваше вшивое заведение в суд и восстановлюсь, чего бы мне ни стоило.
— Назар, сядь и угомонись, нахрен! — отец срывается и ударяет ладонью по столу. — Сядь!
Сука!
Смотрю на него и стискиваю челюсть. От злости грудь сжимает в тиски.
— Татьяна Алексеевна, Вы не могли бы оставить нас наедине на пять минут, — просит он услужливо у неё. То же мне, сука, джентльмен всратый.
Она хоть и с недовольством, но всё же выходит отсюда, а у меня распирает грудную клетку от злости.
— Я надеюсь, ты понимаешь…
— Я понимаю, что это всё твоих рук дело. Одно не могу уяснить. Какого хрена ты не отвянешь от меня?! Тебе мамы мало или что? Ты не Господь Бог, чтобы всё на этой земле решать!
— Назар, ты мой единственный ребёнок. И я не допущу, чтобы ты просиживал здесь задницу. Придётся взрослеть. Ты ведь хочешь давать что-то своей женщине, да? Цацки, рестики, деньги, в конце концов. Ты ведь не глупый. Пора уже понять…
— Что ты хочешь от меня?!
— Ты знаешь. У тебя, Назар, стынет путёвка в жизнь. Пора уезжать отсюда и брать новые горизонты. Для тебя всё открыто — Нидерланды, Великобритания, Франция! А ты застрял в этой богадельне! Назар!
— Это не то, чего я хочу, блин! Ты понимаешь или нет?! Я встретил девушку, и я её люблю. Хрена с два я от неё откажусь! Только через свой труп! И ни ты, ни твои бабки меня этого сделать не заставят! Чё хочешь? Карты? — достаю из карманов и швыряю на стол. — На, сука, подавись! Телефон? Брюлики твои обоссанные? — снимаю с уха свою серьгу. — Хавай! Приятного аппетита, смотри не захлебнись в своём богатстве!
— Назар! Вернись, я сказал! Назар!
Едва пытаюсь выйти, как он швыряет мне в спину.
— Твоя Амелия может серьёзно пострадать из-за твоих решений…
— Что ты, мать твою, сказал?! — стопорюсь на выходе, сжимая кулаки. Меня не просто бомбит. Меня сейчас разорвёт так, что я его прямо в этом кабинете по полу раскатаю. — Повтори, сука!
— Угомонись, щенок! — встаёт он в ответ, и тут дверь открывает заполошная Татьяна Алексеевна.
— Подождите… Вы на весь университет кричите! Так нельзя! При всём моём уважении, Себастьян Альбертович!
Он вдруг поправляет полы своего пиджака и смотрит на меня своим надменным пропитанным желчью взглядом.
— Назар, я всё сказал. У тебя времени до конца недели. И забери всё своё барахло. Оно мне не нужно. До свидания…
Он уходит, а Татьяна Алексеевна провожает его встревоженным взглядом.
— Благодарю…
— Слушай, Назар. Ты проявил неуважение к заведению, в котором учишься. Личные вопросы на то и личные… Я не знала, что у вас такие сложные взаимоотношения… Но девочке хотя бы жизнь не порти.
— В каком это ещё смысле?!
— Он спрашивал меня о ней… Сказал, что если будешь упираться, сделает так, что вы оба отсюда вылетите. Думаешь, она обрадуется этому?
Смотрю на неё и внутри всё жжётся. Какой же гондон, а.
Дёргаюсь и пытаюсь идти, но она окликает меня в спину.
— Назар!
— Что?!
— Слушай… Я не знаю, на что он способен. Но слышала, что юридически он очень подкованный человек.
— Нихуя. Я тоже.
— Не тебе тягаться с депутатом, да?
Ну надо же. Теперь она мне советы ещё давать собралась… Сначала спелась с ним за моей спиной! А теперь делает вид, что на моей стороне…
— Я пошёл, кароче, — отмахиваюсь и иду умыть рожу. Чувствую себя при этом охуеть как дерьмово…
У меня сердце за неё болит. Не за себя, а за неё. Я ведь смогу её защитить, правда? Не потеряв при этом…
Возвращаюсь ко входу в аудиторию.
Смотрю на неё через тонкую полоску в двери и всё нутро наизнанку выворачивает. Я её люблю. Безумно.
Я только-только её вернул. Только-только что-то начал. И не смогу просто взять и отказаться от неё. Хочется верить, что смогу хоть что-то предпринять… Но пока у меня вместо плана в душе кромешная темнота…
Глава 33
Амелия Андер
Назар возвращается. Но выглядит при этом странно…
— Всё хорошо? Эй?
— Да, всё нормально, зайчонок, — обхватывает мою руку за столом и сидит молча, пытаясь справиться с напряжением. Как будто я не чувствую, что с ним творится. Решаюсь дождаться конца пары, потому что осталось немного, и это лучше, чем драконить его сейчас. Просто держу его пальцы своими и пытаюсь передать свои внутренние вибрации. Посылающие ему азбукой Морзе то, как сильно я его люблю и переживаю.
Стоит выйти из кабинета, не даю ему пройти. А-то он уже пытался идти дальше. Видимо, чтобы не рассказывать, как обычно, блин. У нас опять недоговоренности и тайны…
— Что она сказала? Ругала тебя?
— Нет, малыш. Нет… Забей. Всё нормально…
— А… Где твоя серьга?
Он касается своего уха и хмурится.
— Не важно. Всё норм, Мел… Серьги больше не будет…
Я непроизвольно хихикаю, обнимая его за плечи.
— Солнечный мой мальчик… Скажи, что происходит или я тебя никуда не отпущу…
— Мне подходит в принципе… Можно и не говорить тогда… — ухмыляется он, схватив меня за талию и поцеловав у щёку.
