Как мы видим из вышесказанного, состояние зубов царской семьи, исходя из документально подтвержденных фактов их лечения, категорически не соответствует состоянию зубов семьи из екатеринбургского захоронения. Что в совокупности с другими фактами не только позволяет сомневаться в принадлежности этих черепов семье Романовых, а полностью опровергает саму вероятность такого заключения.

Когда в 1919 году перед белогвардейским следствием встал вопрос опознания многочисленных трупов, обнаруженных в окрестностях Екатеринбурга, привлеченный следствием лейб-хирург Деревенко при опознании тел уделял особое внимание наличию «каких-либо изменений» на черепах, которые могли быть отнесены к императору Николаю Александровичу, поскольку его череп носил на себе следы ранений, полученных тогдашним наследником престола в японском городе Оцу 29 апреля 1891 года. Это — неопровержимый факт, зафиксированный в материалах следственного дела.

«Копия

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

На основании данных вскрытия и сведений, полученных от д-ра Деревенъ-ко б. Наследника-Цесаревича и Государя Императора Николая Александровича я заключаю:

1/ первый труп принадлежит мужчине в возрасте свыше 16 лет, о чем свидетельствует развитие скелета

2/ второй труп принадлежит мужчине средних лет, причем отсутствие на черепных костях каких-либо изменений/утолщений, углублений/ указывает на то, что при жизни черепные кости субъекта травматическим повреждениям не подвергались.

На основании изложенного я прихожу к выводу, что первый труп не имеет сходства с особой б. Наследника-Цесаревича и второй труп не имеет существенных признаков, свойственных физическому виду б. Императора.

Эксперт врач Упоров Доктор медицины Вл. Деревенъко.

С подлинным верно:

Судебный Следователь по особо важным делам Н. Соколов»[170].

Вопрос о следах от сабельных ударов на черепе № 4 из числа так называемых «екатеринбургских останков», приписываемом последнему русскому царю, таким образом является одним из ключевых при идентификации черепа № 4 из екатеринбургского захоронения. Опубликован и целый ряд исследований и интервью официальных экспертов (В.Л. Попова и Д.В. Пежемского), затрагивающих эту тему.

В ходе начавшейся полемики экспертам, проводившим официальную экспертизу, по этому поводу мы тоже задали достаточно прямые и логичные вопросы. К сожалению, вопросы эти также остались без ответа.

Итак. Сначала эксперты не обнаружили никаких следов двух сабельных ударов на черепе № 4, притом что они, по их же собственным словам, «в 1991 году очень тщательно искали следы ударов»[171]. Спустя много лет следы вдруг обнаружились с более чем странной формулировкой: «Тогда все внимание было сосредоточено на левой половине черепа, потому что полагали, что удар саблей покушавшегося на жизнь Цесаревича Николая в 1891 году японского полицейского пришелся на ЛЕВУЮ часть головы»[172], а следы от ударов оказались «именно с ПРАВОЙ стороны»[173]. Напрашивается естественный вопрос: почему исследовался каждый миллиметр черепа слева и не исследовался справа? Получается, что ранее эксперты халатно отнеслись к своим обязанностям и осмотрели только одну сторону изучаемого черепа? Сложно себе даже представить, что опытный эксперт станет осматривать и описывать лишь половину предмета исследования.

Броненосный крейсер 1-го ранга «Память Азова», на борту которого наследник российского престола Николай Александрович в 1890–1891 гг. совершил плавание на Дальний Восток

Тут же возникает и другой вопрос: почему эксперты искали следы сабельных ударов слева, когда из всем известных архивных материалов, описывающих покушение на наследника в Оцу 29 апреля 1891 года, которые никогда не были засекречены, мы доподлинно знаем, что удары цесаревичу Николаю были нанесены справа?!

Пока же приведем три первых абзаца отчета врачей императору Александру III, который они сделали непосредственно после покушения на цесаревича и оказания ему необходимой помощи[174].

Наследник цесаревич Николай Александрович в повозке с рикшей в Японии

«29 апреля 1891 года около 2 % часа пополудни при возвращении Его Императорского Высочества Государя Наследника Цесаревича после посещения города Карасаки и поездки на озеро Биви, чрез город Отцу, по одной из его улиц полицейский японской службы, находившийся на посту в числе других полицейских, расставленных по улице, бросился на ехавшего во джинрикше Его Императорское Высочество и обнаженною саблею нанес две раны на волосистой части головы, с правой стороны.

Удар сделан чрез фетровую шляпу, находившуюся на Наследнике Цесаревиче.

Поранение представляется следующим:

1) Первая, или затылочно-теменная, рана — линейной формы, длиною 9 сантиметров, с разошедшимися краями, проникает чрез всю толщу кожи до кости и находится в области правой теменной кости на 6 сантиметров от верхнего края ушной раковины, имея направление несколько сверху вниз, причем пересечены ветви как затылочной, так и височной артерий.

У заднего угла раны теменная кость, на протяжении около сантиметра, обнажена от надкостницы, по месту соответствующему удару острия сабли.

2) Вторая, или лобно-теменная, рана — находится выше первой на 6 сантиметров и идет почти параллельно ей, имеет 10 сантиметров длины, проникает чрез всю кожу до кости; находится в области теменной и частью лобной кости, начинаясь приблизительно над последней третью длины, или протяжение, первой раны и оканчиваясь на границе волосистой части головы, на 6 сантиметров выше средины правой бровной дуги».

В принципе, человеку, знакомому с выводами экспертов, этих трех выделенных жирным шрифтом фраз уже достаточно для того, чтобы признать их полным абсурдом.

1. Абсолютно четко, без единой возможности двойного толкования, врачи пишут «две раны на волосистой части головы, с правой стороны».

Спрашивается: почему поиск следов ранения годами производился слева, когда врачами ранение описано с правой стороны?

Это первый вопрос уважаемым заслуженным экспертам. Вариант, что эксперт посчитал правую сторону от себя, а не у исследуемого черепа, просьба не предлагать, так как эту детскую ошибку не может совершить даже студент медицинского вуза, не то что группа уважаемых экспертов с большим стажем и учеными степенями. Тем более что эксперты утверждают, что видели саму шляпу. Давайте посмотрим и на нее и еще раз попытаемся понять, как после этого можно искать рану на левой стороне.

2. Столь же четко, даже для неспециалистов, ясным языком написано, что первая рана — «затылочно-теменная».

Тут кроме как совет заглянуть в анатомический атлас ничего другого даже в голову не приходит, когда мы видим на фотографии обведенный экспертами предполагаемый след от двух ударов сабли в лобно-теменной части черепа № 4. Для несведущих же в анатомии читателей поясним, что затылок и лоб — это противоположные части головы.

Таким образом, второй вопрос к экспертам звучит так: почему эта единственная рана «от двух ударов» оказалась, по вашему мнению, на лбу исследуемого черепа? Вы не нашли никаких противоречий и ничто вас не насторожило в словах «затылочно-теменной»? Либо вам начиная с 1993 года что-то мешало ознакомиться с историческими первоисточниками?