Работая дальше и желание узнать /так!/ более подробно о Царской Семье я стала наводить еще кой какие справки. Оказалось, что приехавшая Царская Семья сначала жила еще в доме Акцизного Управления, уг. Обвинской и Покровской, где содержалась в хороших условиях и не под очень строгим надзором. Когда же одна из Княжен [кажется, Татьяна] хотела бежать, то их перевели в д. Березина в подвал, где я их видела. Несмотря на строгий надзор одна из Княжен все-таки бежала, но была поймана и впоследствии она умерла от побоев или убита по приказанию представителей обласовета. Точно это не установлено [т. е. я не знаю]. В настоящее время семья жила в 12 вер. от Глазова, а при осаде Глазова Правит, войсками она была вывезена на Казанъ. О дальнейшем ее положении сведений не имею никаких. Наталия Мутных.
С подлинным верно:
Судебный Следователь
по особо важным делам Н. Соколов»[114].
Таким образом, расследование, произведенное А.Ф. Кирстой, сумело подтвердить факт пребывания женской половины семьи Николая II и свидетельскими показаниями, и целым рядом вещественных доказательств, и опознанием великой княжны Анастасии Николаевны свидетелями по ее фотографиям.
«Справка:
— К дознанию Кирсты приобщены два номера журнала «Нива» — № 35 за 1913 год и № 33 за 1915 год; в этих журналах имеются портреты АВГУСТЕЙШИХ ОСОБ, каковые Кирстой и предъявлялись свидетелям для установления личности Великой Княжны Анастасии Николаевны. Оба журнала находятся в подлинном деле. К сему тому приобщаются фотографические снимки с сих портретов
Судебный Следователь
по особо важным делам Н. Соколов»[115].
Осуществлявший прокурорский надзор в процессе этого расследования товарищ прокурора Пермского окружного суда Д.С. Тихомиров докладывал:
«Наблюдая постоянно за расследованием, производимым Александром Федоровичем Кирста по делу об Императорской фамилии, будучи посвящен им своевременно во все детали розыска и дознания, я нахожу способ и пути расследования, избранные А.Ф. Кирста, единственно правильными и давшими уже, несмотря на более чем скромные средства, положительные и неоспоримые результаты [показания свидетелей, вещественные доказательства: кушетка, рецепты, салфетки].
Поэтому полагаю крайне необходимым дать возможность А.Ф. Кирста осуществить разработанный им план расследования и закончить начатые уже розыски, и с своей стороны изъявляю полную готовность продолжать работу с А.Ф. Кирста по этому делу вплоть до окончания его и задержания всех виновных лиц.
2 апреля 1919 года
Товарищ Прокурора Пермского Окружного
Суда Д. Тихомиров.
С подлинным верно:
Судебный Следователь
по особо важным делам Н. Соколов».
Сам же Кирста подает рапорт на имя начальника штаба Сибирской армии генерала Б.П. Богословского, в котором делится своими соображениями о дальнейших планах по расследованию «царского дела». Богословский же в свое время и поручил Кирсте заняться этим делом, совмещая расследование со своими основными обязанностями в службе военного контроля.
«Копия
Секретно
Начальнику Штаба Сибирской Армии Его Превосходительству генералу Богословскому
Помощник начальника военного контроля Штаба 1-го Сред. Сиб. Корп.
Надвор. Сов. Кирста
«7» апреля 1919 года.
Г. Екатеринбург
Рапорт
Приказание Вашего Превосходительства об исследовании дела об Императорской фамилии по данным имеющимся в городе Перми мною исполнено, ныне остались для Перми детали и некоторая проверка фактов, добытых моей разработкой.
В каком положении дело Вы изволили уже усмотреть из личного моего доклада. Продолжение дальнейшей работы будет зависеть от приказания Вашего Превосходительства, при условии развернуть дело в более широком масштабе, так как эти три месяца пришлось мне работать только одному при самых скудных материальных и физических средствах, и только в свободное от работы в Военном Контроле время. Почему я предложил бы на благоусмотрение Вашего Превосходительства мой план дальнейшей работы, если таковая в Перми удовлетворила Вас и будет принята Вами.
1/ Необходимо ныне движение вперед вместе с Корпусом Генерала Пепеляева, для исследования дела по линии: Вятка, Казань, Москва и дальше, если нужно будет. В каждом пройденном городе будет оставлен при Военном Контроле [как месте, маскирующем работу] один-два человека для работы по тем инструкциям и заданиям, кои будут даны мною, при условии нахождения со мной в постоянной связи.
2/ Сформирование розыскного отряда штаба Сибирской Армии, который будет работать со мной по моим заданиям и плану и непременным присутствием Товарища Прокурора Пермского Окружного Суда Тихомировым, изъявившим согласие и работавшим со мной; этот отряд, помимо работы на местах, будет выделять отдельные силы для работы и вне, и если нужно будет, то и в тылу противника, при помощи его я устрою сеть, мимо которой не проскочит необходимый нам преступник.
Первая цель — спасти семью ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА и поймать главных участников преступления, как-то: Юровского, Дитковского, Голо-щекина, Сафарова, Белобородова, Чуцкаева, Войкова, Тунтула и других областников Урала.
Для этого необходимы преданные и способные люди материально сильно обеспеченные, дабы ни о чем другом, кроме дела, они не заботились.
Возможность передвижения вперед, в первую очередь после войск [подвижной состав из 3–4 вагонов].
Денежные средства, как на агентурную работу так и на удовлетворение жалованьем личного состава розыскного отряда.
Причисление к Штабу Армии всего отряда, так как я могу взять на себя эту работу только при условии подчинения Штабу Армии и при отчетности только ему.
Состав отряда может быть таков:
Начальник розыскного отряда 1 1500 р. в мес.
Товарищ Прокурора 1 1500 р. ««
Офицеров 5 по 1000 р. ««
Агентов 15 «800 р. ««
Машинистка 1 600 р. ««
Делопроизводитель, он же Казначей……………1 800 р. ««
Писец 1 600 р. ««
Конюхов 2 по 400 р. в мес.
Сторожей 2 «400 р. ««
при пайке и квартирных по положению в Армии.
Какие средства потребует агентура трудно сказать и я полагал бы авансировать отряд по мере требования и отчетности, но сумма агентурных
при самых неблагоприятных условиях, не превысит……………….10 000 р.
в мес.
ИТОГО 33 600 р. в мес.
Надворный Советник Кирста.
С подлинным верно:
Судебный Следователь
по особо важным делам Н. Соколов»[116].
Увы, но этим планам Кирсты и Тихомирова не суждено было сбыться. К этому времени расследование давно уже было сосредоточено в руках следователя Соколова и его куратора — генерал-лейтенанта М.К. Дитерихса. Кирста и Тихомиров приказом Колчака были отстранены от ведения дела. Их дальнейшая судьба нам неизвестна.
Вся же деятельность следователей Наметкина, Сергеева, Кирсты, офицеров из комиссии генерала Гришина-Алмазова была объявлена вредной и нацеленной на… появление самозванцев. Отныне во всех официальных отчетах и публикациях фигурировала лишь версия A. Н. Соколова и генерала М.К. Дитерихса.
Сотрудник министерства финансов правительства Колчака B. П. Аничков[117] позднее вспоминал: «Во всяком случае, следователь был уверен в убийстве всей Царской семьи без исключения. Следователь разыскивал всевозможные доказательства убийства, говоря, что это он борется с возможностью появления самозванцев.
