— Вино и танцы! — объявляет гостям он.

Ко мне подлетает Дарья.

— Молодец, что надела это платье! — пытаясь преодолеть шумовой барьер из музыки, кричит возбужденно мне на ухо она. — Прямо в яблочко. Надеюсь, сработает. Вина мы наделали целый погреб, надо его успеть распродать за сезон.

Я беру ее под руку.

— Это было не сложно, — произношу в ответ и приподнимаю свой бокал. Даша подхватывает с большой бочки, которую использую в качестве стола, бокал с вином и тоже приподнимает.

— Улыбочку! — жестикулирует нам фотограф, и мы попадаем в кадр.

— В общем, я позвонила своему знакомому. Он сейчас следователь, работает в Новороссийске. За пару бутылок коллекционного вина он готов принять нас с тобой послезавтра у себя в отделе, — докладывает Даша. Отпивает вино из бокала и морщится.

Я киваю.

— Хорошо. Я готова поехать с тобой. Отпрошусь у Смородиной.

Даша кривится.

— Кстати, — открывает мобильник.

Я приподнимаю бровь.

— Ты и на Смородину подписана?

— Конечно, я на всех подписана. Надо держать руку на пульсе. У Смородиной не такой большой канал, как у Прасковьи. Но подписчики тоже есть. В общем, вот.

Я смотрю на экран. На фото рукопожатие. Одна рука женская, вторая — мужская. Мужская рука с перстнем и татуировкой.

«Возможно, впереди новые горизонты?» — гласит подпись.

— Ты же понимаешь, что такие посты не делают просто так? — сестра Горского сверкает недовольным взглядом.

Я нервно сглатываю. Перстень и татуировку я знаю слишком хорошо.

— Этот перстень носит мой бывший муж, — произношу напряженно. — Татуировка тоже его.

— Она встречалась с Вятичем?!

— Возможно. Он мог предложить ей сотрудничество.

— О, мой Бог! Она ведь ключик к нашей «Галерее»! Она знает о производстве буквально все!

— Получается, счет один: один? Андрей взял меня на работу, а Вятич подобрался к Смородиной?

Даша мрачнеет.

— Угу. Бьет с тыла. Не смог увезти тебя, взялся за нее. Не понимаю, чем он ее так привлек? Зарплатой? Мне кажется, больше, чем Андрей, не платит никто в регионе. Да и у вас же холод девять месяцев в году? Она южанка, привыкла к теплу…

— Даша, Антон очень обаятелен. Пустить пыль в глаза обиженной женщине — что может быть проще? Он идет по головам и никогда не считается с чувствами других. Он даже чувства своей дочери не берет в расчет! Такие, как он, не понимают, что такое любовь. Ты лучше скажи, Андрей видел пост?

— Нет еще. Он не любитель соцсетей. Не зависает в интернете круглосуточно. У него для этого есть я.

— Скажи ему. Чем раньше, тем лучше. Ведь получается, Смородина держит оборону в Абрау, куда меня не взяли? Она отвечает за фестиваль?

Даша нервно сглатывает.

— Боже… она ведь может запросто подложить нам свинью! Сорвать презентацию, например? Черт, я побежала искать Андрея, он как раз показывает, как создается вино…

Она срывается с места, а я от напряжения пью вино залпом.

Мы не учли, что Вятич может взять в оборот Смородину.

Кто-то берет меня под руку.

Я вскидываю голову. Это Прасковья! Навела на меня камеру.

Черт, ведет эфир, сучка. Решила попиариться за мой счет.

«Соберись, Таисия», — приказываю себе.

— Таисия? Ловко же ты переметнулась на другую сторону? — коварно улыбается мне соперница. — Еще и месяца не прошло после твоего развода с Антоном, а ты уже прыгнула в постель к хозяину «Галереи»?

Выдыхаю.

— Я не прыгала ни в чью постель, — произношу спокойно. — Меня уволили, как ты помнишь. А с Андреем Дмитриевичем у нас взаимная страсть. Так бывает. Семь лет живешь, как по сценарию, потом тебя вышвыривают из дома, с работы, и внезапно приходит любовь. А ты, я смотрю, меня свергла, но так и не смогла ухватить Антона Вятича за хвост? Что, даже наследник не помог?

Прасковья ухмыляется. Злится.

— Посмотрим, как запоет Вятич, когда малыш появится на свет и не получит его отчества!

Я пожимаю плечами.

— Знаешь, мне кажется, ему плевать. Он любит исключительно себя.

— Нет, еще он любит эту мерзкую девчонку, которая живет с ним в доме!

— Она его дочь! Естественно, что он ее любит, — не отступаю я. А сердце сжимается. Ведь любящий отец не обещал бы навредить ребенку.

— Она не его дочь! — шипит Прасковья. — Девчонка на него ни капли не похожа!

— Тася! — слышу голос Горского.

— Прости, мне пора, — криво улыбаюсь на камеру.

— Новый хозяин ждет, да?

— Новый начальник, Праша, — поправляю злую Прасковью и стремительно удаляюсь. Ненавижу камеры! А прямые эфиры еще больше ненавижу.

Андрей легко подхватывает меня под руку. Но на его лице — буря эмоций.

— Даша показала мне пост Смородиной. Если рука действительно принадлежит твоему бывшему мужу, дело дрянь.

Мы отправляемся на виллу в Абрау через час. Собери вещи. Нельзя позволить, чтобы Кира Смородина сорвала фестиваль. Здесь останутся управляющие и администратор. Они доведут нашу программу до конца. Для нас вечеринка окончена.

— Ну… ладно, — киваю растерянно. Оглядываюсь.

Время вечернее. На террасе зажгли гирлянды. Народ уже вовсю дегустирует. На танцполе танцы. Можно поставить галочку — презентация окончена, дальше народ будет просто веселиться.

Подхватив полы сарафана, я устремляюсь в дом. Знала же, что от обиженной женщины не стоит ждать ничего хорошего. Кира Смородина мстит Горскому за то, что выбрал не ее.

Внедорожник Горского несется по вечерней дороге в сторону Абрау. Нас везет водитель. Узкая дорога убегает меж поросших можжевельником гор. Громкое пение цикад слышно даже сквозь закрытые окна. Вокруг раскинулись поля виноградников. Виноград высажен даже на возвышенностях, и быстро уходящее за горы солнце освещает их своими лучами. Благодать…

Только нам не до окружающих красот.

Андрей сидит рядом с водителем, он напряжен до предела. Постоянно набирает Смородину, но та не отвечает.

Мы с Дарьей на заднем сиденье.

— Мы хотели представить коллекционные вина, отправили в Абрау сегодня десять бутылок. Они стоят целое состояние, — тихо сокрушается она.

— Не пойму, почему Кира не берет трубку? — закипает Горский. — Перед фестивалем она должна быть на связи!

— Может, позвонить ее помощнице Насте? — вкидываю идею.

Андрей ловит мой взгляд в зеркале заднего вида.

— У тебя есть ее телефон?

— Есть.

— Звони, Тася.

Я нахожу в справочнике номер телефона Анастасии. Набираю.

Настя, в отличие от Киры, доступна, и я включаю громкую связь.

— Настя, привет. Это Таисия. Ты не подскажешь, почему Кира не берет трубку?

— Привет, Таисия, — звучит неуверенный голос. — А что случилось?

— Андрей Дмитриевич не может до нее дозвониться. У него есть срочный вопрос по завтрашнему мероприятию.

— Ой… Она думала, что вопросов больше не будет, ведь рабочий день окончен.

— И? — громыхает Горский. Поворачивается к нам с Дашей и выхватывает мобильник у меня из рук. — День окончен, но на связи же она может быть?!

— Андрей Дмитриевич? Здравствуйте… — нам слышно, как дрожит голос Насти. «Трусиха…» — сокрушаюсь мысленно.

— Кира просила не беспокоить ее до утра. У нее свидание.

— Свидание?! — изумленно переспрашиваем мы втроем.

— Ну, да… свидание. Она познакомилась с приятным мужчиной. Он пригласил ее в ресторан на ужин.

— Ладно, спасибо, Настя.

Горский жмет отбой и возвращает мне мобильник.

— Неужели Антон ее пригласил? — недоумевает Дарья.

Я пожимаю плечами.

— Запросто. Сейчас он ее напоит шампанским и начнет вытягивать информацию.

— Надо сорвать свидание, — Даша ерзает на сиденье.

— Сорвет она, — фыркает Горский. — Ты их сначала найди! Да и как его сорвешь?

— Я сорву, — Даша смело смотрит на брата. — Найдем ресторан, а потом я все испорчу. Но для начала нам надо проверить, все ли в порядке с вином.

Машина минует последний поворот и выскакивает на плато у озера, где раскинулся весьма живописный поселок. Здесь все в стиле ретро. Завод шампанских вин создал райский уголок для любителей шампанского.