И в ту же секунду потерял ее из виду. Он занервничал, бегло ища ее глазами:

«Я уже столько раз ее упускал…

Столько раз мог признаться ей в своих чувствах, но молчал. Мне выпал новый шанс и больше я его не упущу»

Он увидел ее на парковке, она была одна и садилась в машину. С ужасом думая, что снова потеряет ее, он выскочил на проезжую часть и остановил попутную машину. Достал крупную сумму денег из кошелька и протягивая её водителю, сказал:

«Если успеешь догнать белое BMW, то по приезду дам тебе столько же».

Водитель, взглянув на белую машину, стоявшую на светофоре, на несколько красных банкнот в руках Андрея, не раздумывая сказал:

«Садитесь».

Они преследовали Настю недолго. Буквально через несколько светофоров она заехала на стоянку у здания женской консультации.

Андрей расплатился с водителем и направился за ней быстрым шагом. Он сильно нервничал, понимая, что она идет на очередной прием. Шансы узнать больше о ее беременности росли.

Зайдя внутрь здания, рассматривая беременных женщин вокруг, Насти он не обнаружил. Он обратил внимание, что лифт стоял на третьем этаже и поспешно поднялся на него пешком. Тут он и увидел её, она сидела рядом с кабинетом УЗИ. Он постарался отдышаться, замедляя шаг, и приближался к ней.

Настя увидела его и вскочила с дивана от неожиданности, брови ее поднялись, а глаза забегали, направление на УЗИ дрожало в руках.

Он поравнялся с ней и подошел довольно близко, почти вплотную, чтобы окружающие не могли слышать его слов. Андрей открыл рот, чтобы что-то сказать ей, но она его перебила:

«Какого черта ты тут делаешь?»

Андрей сидел в своём кабинете и ждал её. Стрелки часов двигались мучительно медленно, приближая разговор, после которого для него всё изменится.

В этот раз он не готовил речь. Он решил впервые довериться своим чувствам, ощущая, что слова придут сами. Главное – больше не заставлять её нервничать, не давить, а позволить ей довериться, и рассказать, кто отец ребёнка.

Анастасия весь приём дёргалась, с тревогой ожидая предстоящую встречу с любимым. Последний пациент не пришёл по записи, и она освободилась чуть раньше. Медсестру она отпустила и ожидала назначенного часа. Она сняла белый халат и стояла перед зеркалом, рассматривая своё отражение. Настя погладила живот, проводя пальцем по всем выпуклостям ажурного узора джемпера, прокручивая события последних дней в голове:

«Андрей не успокоится, пока не узнает, кто отец. Он прав, лучше ему всё узнать от меня. Это будет правильно и честно по отношению к нему. Я больше ничего не боюсь».

Она закрыла глаза, представляя его.

«А что будет потом? Я не знаю…

Может, я разрешу ему ведеться с сыном, если он этого захочет».

Настя села за компьютер, открыла браузер и начала читать книгу про материнство, чтобы скоротать время. На баннере всплыла новость – в ней мелькнуло – Андрей Якунин…

Проскочила мысль: «Не хочу ничего знать о нём», но рука уже кликнула и статья открылась. Настя тут же закрыла страницу, однако изображение уже врезалось в память.

Андрей, танцующий с Аллой... Его руки крепко обнимают её… Их взгляды – друг на друга.

Дыхание участилось. Анастасия мучительно застонала:

«Ммм, опять она… Значит ты с ней. А я тебе почти доверилась…Как же быстро ты утешился».

В груди всё сжималось. Ревность душила. Она прижала ладонь к сердцу, ощущая, как оно выпрыгивает из груди. Слёзы сами покатились по щекам.

Анастасия вспомнила, как застала Аллу с Андреем в столовой, как та ласкала его и Настю затошнило.

Наливая стакан воды, она сделала один глоток, стараясь побороть спазмы в желудке и выровнять своё дыхание. Она твёрдо решила:

«Я скажу тебе правду. И больше никогда не впущу в мою жизнь!»

Настя вытерла слёзы, поправила макияж и взглянула на часы. Пора. И направилась в его кабинет.

Сделав глубокий вдох, медленный выдох, она постучалась к нему и вошла.

Он сидел за столом, увидев её – встал и подошел ближе. Анастасия остановилась на небольшом расстоянии от него, давая понять, какая дистанция должна быть между ними.

Андрей вглядывался в её лицо, изучая настроение. Но она была слишком закрыта. Он же, напротив, был как открытая книга:

«Привет. Я рад, что ты пришла».

Насте хотелось побыстрее закончить это всё, ей было неприятно. Перед глазами стояла Алла. Она говорила кратко:

«Привет. Давай сразу к делу. Я понимаю, о чем ты хочешь поговорить со мной. Ты хочешь знать, кто отец ребёнка?».

Андрей очень удивился, он не ожидал, что Настя так быстро перейдет к сути. Это было не похоже на неё. Он прищурился, пытаясь понять, в чем дело. И осторожно сказал:

«Ты права, я хочу знать мой ли это ребёнок или отец – кто-то другой».

Настя хотела выпалить ему в лицо ответ: «Отец ты» и уйти. Но эти его вечные подозрения, о её связях с другими мужчинами, пронизывающие все их отношения с самого начала, каждый раз задевали и злили её:

«Значит ты, до сих пор так и не понял, что я условия контракта соблюдала, в отличие от тебя!

И у меня не было никаких других мужчин. Ты был единственный, кого я подпустила близко».

Её лицо запылало, она злилась сильнее и не смогла выговорить, что он отец.

Андрей смотрел на неё с нежностью и любовью, его дыхание было слышно даже на расстоянии, он дышал тяжело:

«Это означает что отец – я?»

Настя увидев, как он смотрит на неё, начала чувствовать, как злость тает, и проступают самые теплые чувства. Так сильно захотелось к нему приблизиться. Но она не шевельнулась и спокойно ответила:

«Да. Отец моего сына – ты».

Андрей закрыл глаза и тихо прошептал: «Я это чувствовал».

Он подошёл к ней ближе. Настя стояла как вкопанная. Андрей присел на одно колено возле её живота и обнял, прижимаясь щекой, словно хотел услышать ребёнка. Потом он поцеловал то место, к которому прижимался. Встал и, глядя ей в глаза сказал:

«Тогда это не твой сын, а наш…»

Настя, ошарашенная такой его реакцией, смотрела на него в изумлении и молчала, не зная, что сказать.

Как же он смотрел на неё сейчас. Выдержать этот взгляд невозможно, он был открыт и честен, был полон любви. От него исходило тепло, его руки так нежно коснулись её.

Андрей почувствовал, что она готова его услышать и заговорил:

«Настя, я был порой жесток с тобой, использовал в своих целях. Я был не прав. Прости меня, если сможешь... Ты в моей жизни перевернула всё с ног на голову. Ты наполнила её смыслом. Но я не сразу это понял. Сначала я сопротивлялся, пока не потерял всё, что мне стало дорого. Мне потребовалось время, чтобы понять, что я люблю тебя… А сейчас я готов для тебя на всё, быть тебе другом, мужем, отцом для нашего сына, если ты позволишь».

Он говорил сбивчиво, немного спутанно, его слова лились из глубины души.

Настя слушала и не могла поверить услышанному, ей так хотелось верить, она почувствовала, как его тепло откликается в ней, но поверить не смогла. Слишком много холода она видела от него. Рефлекторно отступая на шаг назад, она ответила:

«Алле ты то же самое говоришь?»

Услышав имя Аллы, Андрей переменился в лице, тепло в глазах исчезло:

«Причём тут Алла?»

Настя еле держалась, все воспоминания, связанные с ним, самые болезненные и самые жгучие нахлынули одновременно. Глаза начали застилать слезы, она не могла их больше удерживать в себе. Они потекли обжигая щеки, пропитывая солью губы.

Он подошёл к двери кабинета и запер на ключ. Анастасия поняла его намерения.

Андрей склонился к Насте, чтобы поцеловать. Но образ Аллы всё ещё продолжал сидеть в её голове. Увернувшись от его попытки прикоснуться к губам, она спросила:

«У тебя что-нибудь было с Аллой?».

Он ответил, снимая с себя пиджак:

«Нет. Ничего не было и не могло быть. Я тебе уже говорил, что есть только одна женщина, о которой я постоянно думаю, которую я безумно хочу, даже не прикасаясь к ней. Достаточно почувствовать твой запах, и я теряю реальность. Ты что мне не веришь?»