— Техас идёт в ровно противоположном направлении. Они не только не мирятся — они переходят в контратаку. Через окружного прокурора Далласа подали встречный гражданский иск: за нарушение деловой репутации штата, плюс ещё за оскорбление общественной нравственности, плюс за намеренное провоцирование политических разногласий через рассылку через почту своей продукции на территорию штата. Сумма гражданского иска — триста тысяч долларов и постановление о запрете на дальнейшее распространение журнала в Техасе.

Я медленно поставил чашку на стол.

— И какие наши шансы?

— Стопроцентные. Они напрягаются по одной простой причине: у Хёрстов в Далласе плотная дружба с местной прокуратурой, через нефтяных партнёров клана Бушей. Старший Буш — Прескотт — банкир, голосует за Эйзенхауэра, дружит с Хёрстом, у него с младшим сыном Джорджем сейчас как раз дела в техасской нефти. Это юг, у них там другие правила. Поэтому они ринулись в новую атаку.

Ну что же… Еще больше аргументов в пользу того, чтобы воевать с Херстами. И победить!

— Значит, делаем так. С Калифорнией миримся — на их условиях. Подписываемся сегодня же. Пусть сразу выдадут чек. С Техасом идём до победного. Не отпускаем этих умников. Слышишь, Аарон? Дави их. Все процессуальные нарушения, все прецеденты, все встречные иски — на полную катушку. Я готов потратить на техасский фронт ещё десять, двадцать тысяч сверху бюджета юридического отдела, если нужно.

— Кит, я с тобой полностью согласен. С Калифорнией завтра подпишемся, а Техас — игра вдолгую. В долгосрочной перспективе твоё «дави» — единственно правильный ход. Накажем Техас, остальные бояться будут.

Аарон ушел, а я нажал кнопку интеркома.

— Долли. Гвидо ко мне.

Через две минуты в дверях нарисовался мафиозо. В чёрном костюме, как всегда, с галстуком в тонкую серую полоску и тем особым выражением лица, какое у него появлялось, когда он чувствовал, что на службе пахнет деньгами.

— Слушаю, босс.

— Гвидо. У меня тут образовались лишние двадцать тысяч долларов, не учтённые в бюджете у Китти. От Калифорнии, по мировому соглашению.

— Ох. Босс. — Он покачал головой с притворным восхищением. — Мне бы так жить. Деньги на вас просто валятся с небес.

— Не валятся. Зарабатываются потом и нервами. Мне кое-что надо от тебя.

— Охрану для поместья?

— Уже слышал?

— Слухи ходят — усмехнулся Гвидо — Если честно, то Полли сказал. Мол, надо искать новых людей. Я уже сделал пару звонков.

— Да, надо расширять охрану. Поместье большое, периметр длинный, въезд и служебные ворота, конюшня, бассейн, оранжерея, гараж с квартирой шофёра. Гостевая часть. Кухонная часть. Только на периметр нужно пару постоянных постов, минимум четверо, желательно со служебными собаками.

— Я уже считал, босс. — Гвидо вынул из кармана пиджака сложенный лист бумаги, развернул. — На поместье три полных смены по пять человек каждая. То есть пятнадцать охранников. С зарплатой по триста-триста пятьдесят в месяц, итого до пяти тысяч в месяц на поместье. Если брать с офисом, то совокупно у нас бюджет выходит порядка семи-восьми тысяч в месяц.

Нехило так…

— Считай, что я утвердил твои планы. Но позвал я не для этого.

— А для чего?

— Ты же вроде в машинах хорошо разбираешься? Мне нужно два представительских автомобиля. Один для меня лично с водителем, другой — для важных гостей, для девушек. Что у нас сейчас на рынке стоящего?

Гвидо надулся от важности, принялся изображать профессора автомобильной академии.

— Босс. Есть три серьёзных кандидата. Первый — Кадиллак Флитвуд 75 Империал Лимузин, модель пятьдесят третьего года. Восьмицилиндровый, триста тридцать одна кубическая дюйма мотор, гидраматик-коробка. Длина четыре девяносто, колёсная база три тридцать. В Америке его покупают банкиры, посольства, мэры. Тяжёлая, надёжная машина. Цена с полной комплектацией — около семь тысяч пятьсот долларов.

— Дальше.

— Второй — Крайслер Краун Империал Лимузин. Восемь цилиндров, гемисферические камеры сгорания — новый двигатель Хеми, очень мощный, триста девяносто две лошадиных силы реально, а не по шильдику. Длина пять метров, колёсная база три пятьдесят. Шикарная машина, я скажу честно — двигатель у Крайслера сейчас в Америке лучший в этом сегменте. Цена — порядка девять тысяч.

— А третий?

— А третий, босс, — Гвидо сделал паузу и посмотрел на меня с тем особым серьёзным выражением, какое бывает у итальянца, рассказывающего о святыне. — Третий — Роллс-Ройс Силвер Рейт. Шасси английское, английская же ручная сборка кузова. Шесть цилиндров рядных, четыре тысячи восемьсот шестьдесят кубических сантиметров. Мощность не указывают принципиально — по их традиции «достаточная». На самом деле сто тридцать пять лошадиных сил, я узнавал. Длина пять с половиной метров, колёсная база три семьдесят семь. На нём, кстати, новая королева Англии — Елизавета Вторая — ездит. Её прошлогодний кортеж в Виндзоре был на четырёх «Сильвер Рейтах». Цена — десять тысяч пятьсот долларов на месте, в Лос-Анджелесе, у дилера «Морленд Моторс» на Уилшире. С полной отделкой — кожа Конноли, деревянные панели орех, бар, телефон.

— Радиотелефон в машине?

Понтанусь перед Хьюзом, когда он прилетит в LA.

— Да, работает через ретранслятор «Пасифик Белл», но только в центре.

— Гвидо. Берём Роллс-Ройс.

— Один, босс?

— Два. Десять тысяч пятьсот плюс десять тысяч пятьсот — двадцать одна тысяча. Тысячу я добавлю из денег журнала, тем более один лимузин закрепим за офисом тоже, для представительских целей.

— А по цвету что?

— Один — белый, второй — чёрный.

— Чёрный с белой кожей внутри, белый с чёрной внутри? — Гвидо мгновенно проявил вкус.

— Гвидо, ты гений. Именно так. Берем в полной комплектации, с баром, телефоном. И пусть сделают специальный держатель для свежих номеров «Ловеласа».

— Это не трудно.

— На обоих автомобилях скажи нанести на двери и на капоты логотип. У Долли возьмёшь эскизы. На чёрный лимузин — белые зайки. Трех достаточно будет.

— А на белый, — Гвидо опередил меня, улыбаясь, — чёрные зайки?

— Точняк! Это будут фирменные машины «Ловеласа». Их будут узнавать на Сансет-Стрипе с пятисот метров. К моменту, когда я в одной из них заявлюсь на китайский Новый год к Мэрилин — половина Голливуда обсуждать эти лимузины.

— Иду к дилеру сегодня же, — Гвидо встал. — У меня в «Морленд Моторс» знакомый сицилиец работает.

— Отлично. И с новыми сменами охраны тоже не тяни.

После Гвидо я поднялся на четвёртый этаж.

Там кипело. Зайки уже вернулись из «Бакмена», на полу стояли большие коричневые бумажные пакеты из спортивного магазина. На диванах гостинной валялись разноцветные шерстяные свитера, термобельё кремового цвета, чёрные шерстяные брюки, дюжина перчаток, четыре пары горнолыжных очков с зеркальными жёлтыми стёклами, и толстые вязаные носки, которые Шерил и Сью уже примеряли друг другу на ноги, смеясь.

Камилла стояла у зеркала и крутилась в новой нежно-голубой пуховой куртке с большим капюшоном, отороченным белым искусственным мехом.

Кристи у стойки бара смешивала Ларри коктейль «Бакарди» — тот стоически терпел, демонстрируя улыбку превосходства. Или разучивая ее? Рейчел сидела рядом с Кристи на высоком стуле, в новом светло-сером шерстяном пуловере и узких чёрных слаксах — простой, элегантный, не вычурный наряд, который ей очень шёл. Она, из всех заек была самая стильная, с большим вкусом. Надо бы разузнать, кто ее семья, чтобы не было проблем… Она держала в руках стакан апельсинового сока и наблюдала за потугами Ларри с усмешкой.

Все обернулись на меня. Я подтвердил, что мы скоро выезжаем, попросил Кристи и Шерил выйти со мной на крышу.

Тут уже собирались тучи, как бы не начался дождь. Погода станет нелетной, а я уже настроился на Аспен.

— Дамы. — я оперся об барную стойку, поразглядывал девушек. Хороши!