— Думай, бошка, думай... шапку куплю, — пробормотала, отойдя от двери и начав топтаться по комнате.

Мой дом — если можно так назвать это тесное помещение, служившее одновременно спальней, кухней и лабораторией, — был завален всяким хламом: пучки трав, банки с чем-то мутным, котелок, который Гроги всё ещё сжимал в руках, и какие-то свитки, которые я даже не пыталась разобрать. Я понятия не имела, как управляться с половиной этого добра, но оно создавало иллюзию, что я знаю, что делаю. Хотя сейчас эта иллюзия могла стоить мне головы.

Я остановилась у стола, возле которого стояла лопата, всё ещё испачканная землёй с кладбища, и задумалась. Что делать? Бежать? Прятаться? Болот хватило бы, чтобы укрыться на пару дней, но что потом? Если этот тип с огоньком действительно инквизитор, он найдёт меня, даже если я зароюсь в трясину по уши. Нет, бегство — не выход. Нужно что-то другое.

И тут меня осенило: буду всё отрицать. Мол, знать не знаю, ведать не ведаю, и вообще, меня не было в Залесье, когда там могилы копали. Ищите кого-то другого, господа хорошие. Может, сработает. А может, и нет, но это был единственный план, который моя бошка смогла выдать без шапки.

Гроги, всё ещё стоявший у стены, смотрел на меня с тревогой, но молчал. Его длинные пальцы нервно теребили край котелка, и я знала, что он ждёт от меня какого-то решения. Проблема была в том, что я сама не знала, что делать в этом чёртовом мире, где магия, скелеты и инквизиторы были реальнее, чем мой здравый смысл.

До самого рассвета я промаялась, так и не находя правильного решения: мерила шагами тесную комнату, которая служила мне и спальней, и лабораторией. Мысли путались, как нитки в старом сундуке, а ответов на мои вопросы не было. Что делать с этим инквизитором — или кем он там был? Как быть с заказом Валина, который ждал от меня невозможного? И главное — как, чёрт возьми, выбраться из этого мира, где я, новичок, не понимала даже азов магии, не говоря уже о некромантии?

Я тёрла виски, бормоча себе под нос, пока Гроги, устроившись в углу, посапывал, обнимая котелок, будто это была подушка. Его спокойствие бесило, но я не винила своего каряжистого помощника — он хотя бы не вляпался в это всё по уши, как я.

К утру, когда небо за окном начало сереть, я наконец решила, что хватит ломать голову. Проблемы нужно решать по мере их поступления. До возвращения Валина осталось всего два дня, а этот незнакомец "с огоньком" даже не появлялся. Поход на кладбище оказался пустой тратой времени: я так и не узнала, как создать зомби, и уж тем более не нашла способа сбежать из этого мира. И если второе у меня не получится, придётся заняться первым, чтобы не получить от Валина по шее. Или… можно просто сбежать. Вряд ли этот громила дежурит у моего дома, следя за каждым моим шагом. Нужно добраться до ближайшего городка, чтобы затеряться, а там, глядишь, и придумаю что-нибудь.

Решение придало сил. Я начала лихорадочно собираться, хватая всё, что могло мне пригодиться в дороге. Сумка быстро наполнялась: пучки трав, которые я даже не знала, как использовать, пара флаконов с мутной жидкостью, которые Гроги называл «зельями», моток верёвки, мой верный кинжал и, конечно, та самая записная книга, в которой могли находиться ответы на многие из моих вопросов.

Гроги, проснувшись от моего шума, смотрел на меня с недоумением, но молчал — то ли понял, что я не в настроении для разговоров, то ли просто привык к моим странностям.

Я подошла к двери, аккуратно отодвинула ржавый засов и потянула за ручку. Дверь скрипнула, открываясь легко, и я уже собиралась шагнуть на улицу, как вдруг тишину прорезал тихий, но отчётливо насмешливый голос:

— Доброе утро, госпожа некромант. Не изволите ли побеседовать?

Я застыла, как громом поражённая, и медленно повернула голову. У покосившегося заборчика, что окружал мой дом, стоял мужчина — молодой, на вид не старше тридцати, с тёмными волосами, небрежно падающими на лоб, и лёгкой ухмылкой, которая не предвещала ничего хорошего. Он опирался на забор, скрестив руки, и смотрел на меня так, будто знал все мои секреты. Его плащ был слегка потрёпан, но под ним угадывалась выправка человека, привыкшего к дороге и, возможно, к бою. В руках ничего не было, но я кожей чувствовала — этот тип не так прост, как кажется. И что-то подсказывало, что он не просто заблудший путник, решивший поздороваться.

Ригард Фонтийский

Я остановился посреди кладбища, тяжело дыша, и оглянулся. След некроманта — тот самый, что вёл меня, как невидимая нить, — исчез, словно его стёрли с лица земли. Воздух больше не дрожал от магии, а зелёный огонёк, который я преследовал, растворился в ночи. Я побродил между могилами, вглядываясь в тени и прислушиваясь к каждому шороху, но ничего. Ни звука, ни намёка на присутствие. Будто кто-то нарочно скрыл их перемещение, и, чёрт возьми, это было сделано мастерски.

Конечно, некромант будет прятать свои следы — тут и дураку понятно. Но одно он не учёл: в такой глуши, как Залесье, местные знают всё и всех. И для того, чтобы найти его логово, мне не нужна была магия. Достаточно расспросить бабу Орлиху, которая, судя по её острому взгляду, знала больше, чем говорила.

— Ладно, — пробормотал я, сжимая рукоять кинжала. — Допустим, тебе удалось меня обойти. Но ты не уйдёшь далеко.

Я развернулся и направился обратно к дому старухи, шаги мои гулко отдавались в тишине. Ночь была всё ещё густой, но небо на востоке уже начинало сереть. Дом Орлихи стоял на краю деревни, тёмный и кривоватый, как и всё в этом забытом богами месте. Я толкнул калитку, ожидая, что старуха давно спит, но, к моему удивлению, она сидела у печи, подбрасывая дрова. Её глаза, острые, как лезвия, тут же впились в меня, будто она всё это время ждала моего возвращения.

— Куда это ты бегал посреди ночи, инквизитор? — буркнула она, не отводя взгляда.

— По делам, — коротко ответил, не вдаваясь в подробности. — Подскажи, где живёт местный некромант?

Орлиха хмыкнула, будто я спросил что-то, что и без того должно быть понятно, и кивнула в сторону окна.

— Вон там, — сказала она, поджав губы. — Только идти лучше не напрямую через кладбище, там какая-то магия, что можно заблудиться. Иди по тропинке к лесу, потом свернёшь к болотам. Там, в зарослях, найдёшь её дом. Только не жди, что тебя там чаем угостят.

— Её? — переспросил, чувствуя, как бровь сама собой поползла вверх. — Некромант — женщина?

— А ты думал, некроманты все бородатые? — фыркнула старуха, возвращаясь к своей печи. — Иди уж, герой.

Я замер, переваривая услышанное. Некромантка. Женщина. Это было неожиданно, но, чёрт возьми, не меняло дела. Я кивнул Орлихе, не тратя времени на лишние разговоры, и вышел из дома. Тропинка к лесу виляла между низкими кустами, и я двинулся по ней, чувствуя, как сырость болот пропитывает воздух. Лес вокруг казался живым — деревья шептались, ветви качались, хотя ветра почти не было. Я шёл осторожно, держа руку на кинжале, пока не добрался до дома, о котором говорила старуха.

Он стоял на краю болот, утопая в зелени рогоза и мха. Аккуратный, крепкий, совсем не похожий на развалюху, которую я ожидал увидеть. Окно было только одно, и я обошёл дом, изучая его со всех сторон. Соваться туда ночью было бы глупо — некромантка, судя по всему, знала, как заметать следы, и кто знает, какие сюрпризы она припасла для незваных гостей. Нет, я подожду до утра. Так будет бзопаснее и умнее.

Я устроился под покосившимся заборчиком, окружавшим дом, выбрав место, где меня не было бы видно ни из окна, ни с порога. Земля была влажной, но я привык к таким неудобствам. Усевшись поудобнее, я проверил кинжал, меч и зачарованный амулет на шее — всё на месте. Теперь оставалось только ждать. К утру, когда небо начало светлеть, а мрачные тени леса расступились, я услышал шевеление в доме — лёгкий скрип половиц, шорох, будто кто-то что-то передвигал за стеной.