Я хватаю нож прямо за лезвие, сжимая его так крепко, что металл режет ладонь и по пальцам течёт кровь. С размаху вонзаю его в деревянный пол дома миссис Альварес. Лезвие с глухим ударом входит в доски и остаётся торчать.

— Ты не заслужил быстрой смерти. Я не подарю тебе такую роскошь, — говорю я Шейну, продолжая избивать его.

— Что ты, мать твою, такое?.. — последние слова Шейна едва вырываются сквозь сломанную челюсть.

— Дэнни, она умирает. Она теряет слишком много крови. Пульс слабый! — в панике кричит Кейн, прижимая ладонь к её животу.

Его слова заставляют моё сердце рухнуть в бездну и останавливают меня. Шейн уже без сознания после всех ударов. Я знаю, что он мёртв. Но ярость внутри меня продолжает реветь. Я не хочу останавливаться. Не хочу прекращать рвать его на части, даже если его душа давно ушла, а сердце больше не бьётся.

Я замираю, дыхание тяжёлое, грудь сдавливает. Лёгкие словно сжимаются, и я разваливаюсь на части. Шейн и Нора, возможно, только что убили её. К горлу подкатывает желчь.

Крепко сжимаю воротник его рубашки, а потом отпускаю.

Я бросаюсь к Ари и вижу, как кровь хлещет из её бока и спины. Они, блядь, воткнули нож глубоко. Глаза Ари выглядят пустыми, будто её тело больше не принадлежит ей. Её карие глаза потеряли тот блеск, который я так люблю. Они безжизненны. Я видел самую отвратительную злую жестокость, которая существует в этом мире, но ничто не могло подготовить меня к этому зрелищу. Ничто не сравнится с тем, что я чувствую сейчас. Кейн зажимает рукой её рану, и я смотрю вниз, обнаруживая лужу крови, окружившую нас троих.

Её мать лежит в паре метров и начинает приходить в себя.

— Что... что случилось? — стонет мисс Альварес, потирая голову и пытаясь сесть.

Мои колени пропитались кровью. Темно-алая жидкость въедается в джинсы, и я схожу с ума. Хватаю её хрупкое тело и прижимаю к своей груди, её голова запрокидывается — она безжизненна. Меня начинает трясти. Я разбит. Я зол. Я в отчаянии. Если бы только Шейн мог ожить, чтобы я убил его снова.

Ари, мой маленький ангел… я теряю её.

Она единственный человек в моей жизни, который дал мне почувствовать, что я способен любить и быть любимым. Я влюбился в неё до безумия и поэтому не могу этого принять. Не приму.

— Блядь! — мой хриплый крик разрывает тишину, горло сжимается. Кейн смотрит на меня, мисс Альварес бессвязно кричит. Слышу вой сирен — скорая приближается к дому, и я внутренне благодарен.

Эта боль невыносима. Она беспощадна и незнакома мне. Я никогда не чувствовал ничего подобного. Кажется, у меня вырвали душу, потому что она принадлежит Ари. И если она покинет меня, я отказываюсь жить без неё. Я отказываюсь существовать в этом мире без неё. Я не буду дышать, если не будет дышать она. Моё сердце не будет биться, если её — остановится.

Я не отпущу её. Я знаю, что должен сделать. Я должен раскрыть, кто я есть на самом деле — тот монстр, которым я являюсь. Я был серьёзен, когда сказал ей, что её душа принадлежит мне. Навечно.

— Ари, детка, не засыпай. Не засыпай, — шепчу я. Лихорадочно целую её в лоб, в щеки, снова и снова. Не перестаю отчаянно целовать её, пока руки продолжают гладить её черные волосы.

Кейн отступает от меня, утешая мисс Альварес.

Я осторожно укладываю Ари обратно на пол и принимаюсь за дело. Провожу жесткую сердечно-легочную реанимацию, с силой надавливая на её грудную клетку, полный решимости заставить её сердце биться снова.

— Не засыпай.

Я пытаюсь позвать Дэнни, но сил совсем не осталось. Сознание ускользает, проваливается куда-то глубоко во тьму. Веки тяжелеют, закрываются сами собой, и, клянусь, в этот момент я слышу голос Пола у самого уха. Его голос заставляет меня улыбнуться. Всё гаснет, и последнее, что я вижу, — это Пол. Он играет на гитаре песню, которую мы постоянно слушали, когда росли. Rayando El Sol группы Mana. В детстве это была наша общая любимая песня. Она напоминала нам о поездках в Мексику, когда мы гостили у тети. Пол поднимает взгляд. Его карие глаза встречаются с моими, и кажется, будто от него исходит свет. Он выглядит счастливым, когда улыбается и говорит:

— Не засыпай. Не засыпай.

Я собираю последние силы, пытаясь открыть глаза, но не могу. Я слишком слаба. Совсем опустошена.

О нет, мой малыш.

— Ари, детка, не засыпай, — говорит мне Пол.., но это не имеет смысла.

Он повторяет это снова и снова. Только голос уже не его. Слова звучат из уст Пола, но я слышу голос Дэнни.

И вдруг ко мне начинает понемногу возвращаться чувствительность. Я ощущаю сильное давление на грудь. Грудь сжимает, боль простреливает насквозь. Каким-то чудом во мне вспыхивает крошечная искра сил. Образ Пола исчезает. И мне наконец удаётся открыть глаза. К моему изумлению, передо мной Дэнни.

Всё вокруг него расплывается, я ничего не могу разобрать. Его лицо то появляется, то исчезает; я пытаюсь пошевелиться, но тело не слушается. Смотрю на Дэнни и хочу умолять его помочь мне, спасти меня, но не могу издать ни звука. Мне нужно предупредить его о Шейне и Норе, пока они не напали на него или Кейна. И тут я осознаю, что его руки у меня на груди. Это из-за него я чувствую эту невыносимую боль и давление.

Я не могу дышать. Пытаюсь глотнуть воздуха, но ничего не выходит. Будто тону, только вокруг нет воды, которая утягивала бы меня на дно.

Ну же, легкие, не подведите.

Почему я не могу дышать?

Дэнни выглядит совершенно раздавленным и встревоженным, пока его руки продолжают давить мне на грудь. Я чувствую, как тьма снова тянет меня к себе, но прежде чем провалиться окончательно, я что-то замечаю. Увиденное в Дэнни шокирует меня, и если бы я не была так чертовски слаба, я бы разрыдалась. Я бы начала биться в его руках.

Дэнни моргает, и белки его глаз вспыхивают угольно-черным. Я пытаюсь сделать вдох, когда вижу, как меняются его глаза.

Это должен быть кошмар. Я в кошмаре.

Его глаза чернеют, и от прежнего цвета остаётся только светло-голубая радужка. Он больше не выглядит человеком. Люди так не могут. У меня галлюцинации? Я смотрю на Дэнни, но его лицо начинает медленно расплываться, сменяясь знакомым образом. Снова накатывает одиночество, я теряю сознание, и последнее, что я вижу — это его татуировка на спине. Та самая, которая всегда меня пугала. Тату Дэнни.

Знакомый Мрачный Жнец, объятый пламенем, оживает, преследуя меня своим шепотом в ушах, и я чувствую ледяное дыхание на шее. Это тёмный, чудовищный шёпот, и он не звучит нормально или по-человечески. Он низкий и демонический.

— Время никого не ждёт. Смерть — тень, преследующая живых. Это болезненное, неизбежное обещание, тогда как жизнь — прекрасная ложь.

Продолжение следует…

¹ Отсылка на игру «Call of Duty» (с англ. — «Зов долга») — серия трёхмерных компьютерных и видеоигр в жанре шутера от первого лица. Сюжет связан с военными конфликтами разных эпох: Второй мировой войной, Холодной войной, борьбой с терроризмом и вымышленными конфликтами.

² С испанского - «Боже мой».

³ «Мой сын»

⁴ В оригинале герой уточняет, что он не marine (морпех), а sailor. Морпехи (Marine Corps) — отдельный род войск, ориентированный на наземные боевые операции. Моряки относятся к Военно-морскому флоту (Navy). Спецподразделение SEAL («морские котики») входит именно в Navy, поэтому формально его корректно называть моряком, а не морпехом.

⁵ «Девственница Джейн» — американский сериал (Jane the Virgin), в котором героиня, будучи девственницей, случайно беременеет из-за врачебной ошибки. Реплика Мередит — шутка на этот сюжет.