– Гарантируешь? – испытующе взглянул я на неё.

– Гарантирую что? – ответила она мне прямым и честным взглядом васильковых глаз.

– Что не помру в процессе установки? На побочку – плевать, переживу как-нибудь. А вот загнуться оттого, что у меня голова лопнет, когда этот вот шарик мне туда залезет, не хотелось бы.

– Гарантирую, дядь Дим, – твёрдо ответила Валтора, – Ты мне живой тоже намного интересней и приятней, хоть и дерёшся больно. А ещё всех моих кибов увёл и искина украл.

– Искин – это военный трофей! – возмутился я столь очевидному поклёпу, – И вообще, не украл, а честно позаимствовал.

– Вот теперь и Валтору давай… честно заимствуй, – припёрла меня к стенке эта маленькая шантажистка, – Взял одно, забирай тогда и другое.

– Сдаюсь, – поднял я вверх ладони и осторожно приблизился к висящей над столиком нейросети, – Куда, говоришь, тут потыкать надо?

В глазах девочки заплясали весёлые чёртики, поэтому я, не желая больше выслушивать её ехидных комментариев, быстренько коснулся пальцами чёрной как ночь поверхности шара.

Перед глазами почему-то высветилось сообщение от Системы:

Объект: артефакт Системы

Класс: накопитель информации

Название: нейросеть “Валтора”

Свойства объекта: качественное усиление атрибутов ветки Разума

Характеристики:

Размер (виртуальный): подстраивается под пользователя

Ёмкость(информация): не определено (предположительно безразмерный)

Структура: пространство, информация

Модификации (3):

Приём информации (мгновенный)

Передача информации (мгновенная)

Конвертация информации (мгновенная)

Привязка:

Владелец: отсутствует

Свойства привязки: невозможно потерять

Желаете произвести установку нейросети “Валтора”?

Я медлил, помня свой не самый приятный опыт с поглощением призрака. Что если здесь будет то же самое? Проходить пытку разрывающей изнутри болью с перерывом в сутки – не то, о чём мечтает каждый поживший свою жизнь пенсионер на закате возраста.

Направленный на меня взгляд Валторы был наполнен тревогой и ожиданием. Похоже, девочка действительно за меня переживает. Почему-то сейчас все её чувства предстали передо мной настолько ярко и выпукло, словно уже являлись неотъемлемой частью меня самого. Возможно, таким образом проявлялась связь артефакта и его хозяйки? Не знаю, не хочу гадать. Однако именно сейчас я убедился, что девчонка не врала и не лукавила ни в едином своём слове.

“Что думаешь?”, тихонько, словно боясь, что меня подслушивают, шепнул я Обжоре.

“Вещь нужная, нужно брать”, мысль-эмоция моего энергетического хомяка-переростка была чёткой и однозначной.

Ну что ж, раз и Обжора не против, надо соглашаться. Этот полуразумный накопитель себе не враг и фигни советовать не будет.

После подтверждения моего согласия передо мной высветилось ещё более удивившее меня сообщение:

Внимание! Пользователю Дик Стик будет произведена установка артефактной нейросети “Валтора”. Для обеспечения качественного проведения процедуры необходимо занять максимально устойчивое положение и повторно подтвердить своё согласие на установку!

Охренеть! Проявление заботы от Системы – это что-то новенькое! Похоже, с этой нейросетью далеко не всё так просто, как рассказывала мне эта тысячелетняя хитрюга. Ладно, раз уж сама “повелительница” беспокоится о моём самочувствии, не будем её расстраивать непослушанием.

Немного подумав, я отошёл в центр просторного кабинета и извлёк из Хранилища медицинскую капсулу.

– Сможешь разобраться с управлением? – спросил я девочку-искина, практически не сомневаясь в ответе.

– Секунду, – она ненадолго прикрыла глаза, а потом, широко их распахнув, уставилась на меня, – Это же…

– Потом, – прервал её я, – Так сможешь или нет?

– Уже, – получил я короткий ответ, – Можешь смело лезть внутрь. Я прослежу, чтобы всё прошло нормально.

– Хорошо, – кивнул я, пытаясь сохранить на лице маску невозмутимости, – Надеюсь на тебя.

– Ага, – деланно-беззаботно откликнулась она, – Правильно делаешь. Лезь уже давай!

Я вошёл в капсулу, удобно устроился в анатомическом, подстраивающемся под моё тело, кресле, и более не колеблясь дал подтверждение на установку.

Я открыл глаза и обнаружил себя в незнакомом спортивном зале, чем-то неуловимо напоминающем японский додзё. Таком, какими их показывают в современных фильмах и дорамах. Очень и очень технологичном таком додзё: с плоскими, вмонтированными в потолок, светильниками, светящимися колоннами-столбами, гладким, пружинящим полом.

Впрочем, впечатление это было мимолётным, фоновым, потому что центром открывшейся мне композиции являлась самая колоритнейшая на вид троица, которую только можно было себе вообразить.

Слева стояла и внимательно наблюдала за каждым моим движением Валтора. В её глазах читались одновременно облегчение и тревога. Волосы её, всё так же уложенные в пучок, казались тёмными в наполняющем помещение неярком, золотистом свете. Своё розовое балетное платье и пуанты она менять не стала, возможно подумала, что без них я её не узнаю.

Справа вровень с ней возвышался здоровенный чёрный как смоль пёс с горящими жёлтыми глазами и оскаленной пастью. Зубы у него были белыми и острыми, а язык длинным и розовым. Смотрел он на меня без особой приязни, но и враждебности не выказывал.

Самым примечательным из всех был здоровенный, лысый бугай, весь покрытый буграми мускулов. Одет он был в обтягивающий комбинезон из серой блестящей ткани, чем-то напоминающий мою “облипку”, но выглядящий куда более представительно. Вот этот мужик был настроен явно враждебно: тяжёлый взгляд исподлобья, сжатые тяжёлые кулаки, напряжённая поза. Отчего-то я ему очень сильно пришёлся не ко двору. Даже и не знаю, когда и чем так успел ему насолить.

Пауза затягивалась. Они молча стояли и смотрели на меня – пристально и изучающе. А я… тоже стоял. Крутил в голове варианты двумя из… пяти (!), доступных мне потоков сознания, и не находил ответа на всплывающие один за одним вопросы.

Первой, не выдержав, сорвалась с места Валтора. С воплем “ДЯДИМ!!!” она с разбегу запрыгнула на меня и обняла за шею – живая и тёплая, как и положено восьмилетним девочкам, а не их голографическим проекциям.

– Привет, мелкая, – чувствуя, как на лицо сама собой выползает дурацкая улыбка, слегка охрипшим голосом сказал я, – Долго меня не было, да?

– Десять стандартных часов, – всхлипнула она, – Думала, что уже всё…

– Не дождутся, – заученной фразой откликнулся я. Ладонью вытер ей самые настоящие слёзы, осторожно опустил на пол и оглянулся, – Где это мы?

– В твоём Море сознания, – счастливым голосом откликнулась девочка, не выпуская моей руки из своей маленькой, тёплой ладошки, – Ты теперь здесь можешь делать всё, что пожелаешь. Вот прямо совсем-совсем всё-всё.

– Ладно, – механически откликнулся я, оглядывая оставшихся двух персонажей, так и не сдвинувшихся с места, – А это тогда что за гаврики в моём Море сознания нарисовались?

– Справа – Обжора, – знакомо хихикнула она, – Не узнаёшь?

– Такого кабана разве узнаешь? – улыбнулся я, сразу поняв, что она говорит правду, и передо мной действительно мой чёрный скряга-браслет, – Эй, ты чего там расселся? Иди сюда, заново знакомиться будем!

Обжора в виде огромного чёрного пса кобелиной породы и вправду выглядел внушительно. Он шевельнул ушами, лениво приподнял поджарую задницу, украшенную длинным, пушистым хвостом, и неторопливо потрусил ко мне. Подойдя вплотную, ткнулся лобастой башкой мне в живот, подставляя могучий загривок под мою руку. Типа, просил? На – гладь!

Шерсть у него была жёсткая, как стальная проволока, и такая же неподатливая. После поглаживания по ней проскакивали злые, колючие, голубоватые искорки. Они впивались в мою ладонь и бесследно в ней растворялись, вызывая ощущение щекотки под кожей.