– Только под заказ, – покачала головой девушка, – Наша строгая мамочка что попало на борт протащить не позволяет.

– И не позволю впредь, – вмешалась в их разговор Волчица, – Мой “Звёздный странник” не помойка и не склад металлолома, чтобы тянуть на него не пойми что не пойми откуда. А для научных целей есть лаборатория.

– Которая нихрена не работает, – как бы промежду прочим заметил Еретик.

– По причине отсутствия необходимого оборудования и расходников, – легко отбила необоснованные нападки искина, – Как только лаборатория будет отремонтирована и оборудована в полном соответствии со стандартами Федерации, можете на её склад тащить всё, что вашей душе угодно, пилот. Разумеется, сугубо в научно-исследовательских целях.

– Сенсорный модуль “Орёл” – вовсе не хлам! – возмутилась Элли.

– Устаревшее ещё сорок лет назад старьё, – невозмутимо отозвалась Волчица, – И я вообще не понимаю твоей тяги тратить деньги капитана на всякое ненужное барахло, если буквально в одном прыжке отсюда лежит и пылится почти новый “Параллакс”.

– Он триста тысяч стоит! – завопила оскорблённая в лучших чувствах жена капитана, – За такие деньги можно шесть “Буревестников” купить в полном обвесе, да ещё и с пилотами в придачу! И кто тут говорит о транжирстве?

– Я говорю, – по-прежнему спокойно отозвалась искина, – Ты транжира, Элли Стик, потому что хочешь потратить деньги на ненужный хлам.

– Девочки, хорош ругаться! – попытался Дик погасить зарождающийся скандал, – Давайте по делу.

– Но триста тысяч, Дик, – обиженно всхлипнула Элли.

– Триста тысяч – это, конечно, дофига, – согласился с ней её муж.

– Дофи что, капитан? – удивился Эйс, первый раз услышав столь странное выражение.

– Излишне много, – хмыкнул Еретик, который пообщался с капитаном чуть подольше и успел понять и даже подцепить пару-тройку незнакомых прежде высказываний.

– Я бы даже сказала, капец как излишне дофига, – ядовито добавила Элли, употребив ещё одно незнакомое, но понятное по контексту слово.

– Ладно, солнце моё, не кипятись, – примирительно сказал её муж, – Вол тоже права насчёт всякого дерьма на нашем корабле. Лучше давай подойдём к делу творчески.

– Я уже начинаю бояться, – нервно произнесла девушка и пояснила специально для Эйса, – Когда он заводит разговор про творческий подход, это всегда означает какую-то жуткую авантюру.

– Да ладно тебе, Эл, – парень почесал в затылке и привычно увернулся от её гневного шлепка, – Ты преувеличиваешь. Когда такое было в последний раз?

– Когда ты публично назвал Корна придурком? – скорчив задумчивую мордашку, поинтересовалась она.

– Шеф, ты реально назвал Корна придурком? – сделал круглые глаза Еретик и даже Эйс про себя поразился отмороженности своего командира.

– Ой, да я тогда ещё не знал, что никакой он не придурок, – небрежно отмахнулся Дик, – И, кстати, вёл он себя, как самый настоящий придурочный фрик.

– Ха-ха-ха, – закатился хохотом их общественный связной, – Ну ты даёшь, Дик! Хо-хо-хо! Самого Доктора Корна прилюдно назвать придурочным фриком…

– Может вернёмся к теме обсуждения? – предложил Де Бриз, когда градус веселья слегка понизился, – Ты ведь что-то хотел предложить, Дик?

– Ну да, хотел, – согласился парень, приподнял было руку в знакомом жесте, но глянув на опасно сузившиеся глаза Элли, положил её обратно на стол, – Вопрос, можно сказать, на миллион денег: как вы относитесь к киборгам, друзья?

– Если что, Дик, мы к ним не относимся, – раздался серьёзный голос Волчицы.

– Не о вас разговор, Вол, – откликнулся парень, – Вы киберы, а не киборги. Я же про натуральных железных людей сейчас говорю.

– Согласно Соглашению, принятому ещё в седые времена, по-моему, пятьсот лет назад, кибернетическая жизнь находится под повсеместным запретом, – нейтрально заметил Эйс, – Пример Роя говорит, что запрет был принят не на пустом месте.

– Ну, я не особый сторонник старинных запретов, шеф, – поддержал его Еретик, – Но железные люди даже на мой взгляд – это как-то перебор.

– А ты, Эл? – Дик посмотрел на жену, – Что скажешь?

– А мне пофиг, – она немного легкомысленно, на взгляд Эйса, пожала плечами, – Если есть возможность держать их под жёстким контролем и выполнять необходимую нам работу, то пусть будут. А ты почему спрашиваешь, дорогой? Насколько мне известно, до ближайших киборгов как минимум пара гиперпереходов. Это если мы про Рой сейчас говорим.

– Нет, я говорю не о кораблях Роя, – чуть улыбнулся парень, – Просто один хороший друг подогнал несколько киборгов во вполне работоспособном состоянии. Вот я и подумал, чтобы использовать их в качестве суррогатного экипажа.

– Это очень опасно, капитан, – изобразила тревогу Волчица, – Не уверена, что смогу контролировать даже нескольких полноценных киборгов, если они обладают хотя бы зачатками самосознания.

– Это как раз не проблема, Вол, – отмахнулся парень, – Вместе с ними в комплекте идёт управляющий искин, пониже тебя классом. Да, пониже – на пару ступеней точно. У киберов по отношению к этому искину на уровне железа прошито безусловное подчинение. Так что здесь схема простая: ты подчиняешь и контролируешь этого искина, а он руководит своими железными болванами.

– Звучит как вполне себе рабочая схема, – слегка приободрившись, откликнулась искина, – Если все обстоит так, как ты говоришь, и, для начала, ты сможешь предоставить мне искин, чтобы я могла с ним поработать, то за положительный результат я могу ручаться с точностью 94.56%.

– Да, но что насчёт законности? – вклинился Эйс, чувствовавший себя не совсем в своей тарелке, – Первая же проверка покажет наличие на нашем корабле запрещённой во всех мирах кибержизни. Даже если каким-то образом нам удастся после этого улизнуть, за нами тут же начнут охоту полицейские силы всех государств галактики. Даже у пиратов спрятаться не получится.

– Коммандер, чем отличается киборг от ремдрона? – задал ему прямой вопрос Дик.

– Наличием разума, естественно, – фыркнул в ответ тот, слегка выбитый из колеи нелепостью сложившейся ситуации, – Что, в свою очередь, подразумевает свободу воли и способность принимать нестандартные решения.

– А если этот разум будет угнетён до состояния, когда киборг будет лишь чуть умнее ремдрона. Скажем, ума у него будет как у какой-нибудь нейросети последнего поколения.

– У нейросети не может быть ума по определению, – педантично уточнил Эйс, – Действия и реакции нейросети основаны на симбиозе возможностей разума и кибернетических технологий. Нейросеть лишь кажется “умной” со стороны, но на самом деле это или запрограммированные действия, или реакция на разумное воздействие.

– Не придирайся, коммандер, – слегка пожурил его Дик, – Ты же понимаешь, что я имею в виду?

– В этом случае робот не может быть классифицирован как киборг, а значит не попадает под действие Соглашения, – признал очевидное Эйс.

– Что и требовалось доказать, – поднялся на ноги Дик, – Совещание окончено. Благодарю всех за содействие и понимание. Вол, я к тебе. Пообщаемся насчёт того искина в приватной обстановке.

Когда через час Эйс по какой-то надобности заглянул в кают-компанию, он обнаружил там Дика, сидящего на своём прежнем месте. На столе перед ним громоздилась целая груда совершенно одинаковых на вид металлических брусков. Внезапно на его ладони появился ещё один точно такой же, который парень быстро и осторожно переместил к своим собратьям.

Увиденное настолько поразило видавшего виды коммандера, что на несколько секунд он безмолвной статуей застыл в проходе. Дик, который, несомненно, почувствовал его приближение к дверям задолго до того, как она отъехала в сторону, поднял на него усталый, немного раздражённый, взгляд. Уголки его рта искривила лёгкая, ничего не значащая улыбка.

– Проходи, Эйс, – позвал парень, – Или иди спать. День сегодня выдался немного суматошным, не мешало бы отдохнуть перед дальней дорогой.