Карина открыла рот, чтобы ответить, но не успела.

— Матушка, она из другого мира, — сказал Родион из своего угла. — Вы не можете насильно выдать её замуж.

Анисья медленно повернула голову к сыну.

— Ты защищаешь её, — сказала она. — Почему?

— Потому что вы сами учили меня поступать по совести, — спокойно ответил Родион.

Анисья невесело усмехнулась, махнула рукой и, ни слова не говоря, ушла в свои покои. Дверь за ней закрылась с глухим стуком.

Карина сидела на стуле, сжимая подол платья. Сердце колотилось где-то в горле, но она старалась дышать ровно.

— Спасибо, — сказала она тихо.

— Не за что, — ответил со вздохом Родион и вышел следом за матерью.

༺༻ ༺༻ ༺༻

Друг королевы явился через два дня.

Карина увидела его из окна кухни. Старый, морщинистый, с длинной седой бородой, которая почти доставала до пояса. Одет богато, но небрежно — кафтан мятый, сапоги в пыли. Он шёл, опираясь на трость с набалдашником в виде драконьей головы, и то и дело покашливал.

— Егор Петрович, — сказала Глаша, встав рядом с Кариной у окна. — Дедок ещё тот. Говорят, ему семьсот лет!

Карина посмотрела на сгорбленную фигуру, которая медленно ковыляла по двору, и вздохнула.

— Выглядит на все восемьсот, — сказала она мрачно.

Встреча состоялась в большой зале. Егор сидел за столом, и Анисья — непривычно ласковая — угощала его вином и расспрашивала о здоровье. Карина подошла, когда её позвали, и остановилась в нескольких шагах от стола.

— А это Карина, — сказала Анисья, и голос у неё стал сладким, как мёд. — Та самая дама, о которой я вам рассказывала, уважаемый Егор Петрович.

Старый дракон посмотрел на Карину поверх очков. Долго, внимательно. Потом хмыкнул.

— Так вот ты какая, — сказал он. — А говорили, страшная.

Карина не нашлась, что ответить. Она стояла и смотрела на этого древнего старика, который, судя по всему, должен был стать её женихом, и внутри неё поднималась то ли злость, то ли тошнота.

— В любом случае для старого больного человека общение со столь прекрасной леди — это подарок судьбы, — выдал свое умозаключение старик.

— Вы преувеличиваете, Егор Петрович, — фальшиво засмеялась королева. — Какой же вы больной и старый. Напротив, мужчина в самом расцвете сил.

— Не льстите мне, Анисья, — сказал Егор, отодвигая бокал. — Я, конечно же, польщён, но эти суставы скоро меня совсем доконают.

Вечером Карина готовила для него ужин. Она решила не мудрить — просто наваристый суп, картошка с мясом и пирог с капустой.

— Вы слышали про старуху-травницу? — спросила Глаша, подавая ей зелень. — Её в городе все знают. Она любую хворь лечит.

— Не слышала, — сказала Карина.

— Мы с ней познакомились, когда ездили за продуктами. Она живёт на окраине, в маленьком домике. Я помогла ей донести корзину, а она дала мне тетрадку. Там всякие рецепты, настойки, мази.

Глаша достала из-за пазухи потрёпанную тетрадь в кожаном переплёте. Страницы пожелтели, чернила местами выцвели, но почерк был разборчивый, аккуратный. Карина взяла тетрадь, полистала. Травы, коренья, настойки — всё на доступном языке, без заумных терминов.

— А здесь про суставы есть? — спросила она.

— Есть, — кивнула Глаша. — Вот, смотрите.

Карина прочитала рецепт — крапива, лопух, девясил, мёд. Ничего сложного, всё можно найти на кухне или в огороде.

— Попробуем, — сказала Карина.

༺༻ ༺༻ ༺༻

Когда ужин был подан, и Егор принялся за суп, Карина вышла с небольшим кувшином.

— Это вам, — сказала она, ставя перед ним. — Настойка от боли в суставах.

Егор подозрительно понюхал.

— Что это?

— Настойка. Травяная. Я почитала в одной старой тетрадке, решила попробовать.

— Ты меня что, отравить решила, чтобы не выходить замуж? — спросил Егор с легкой усмешкой.

— Если бы я хотела вас отравить, я бы выбрала что-то поинтереснее, — сказала Карина. — А это просто настойка. Можете не пить, если не доверяете.

Егор посмотрел на неё долгим взглядом, потом пожал плечами, отлил немного в кружку и выпил залпом.

— Горько, — поморщился он.

— Лекарство не должно быть вкусным, — ответила Карина.

Егор доел ужин, спросил ещё пирога, выпил компоту и ушёл спать, а Карина осталась на кухне мыть посуду и гадать, сработает или нет.

Утром, когда она как обычно суетилась у печи, проверяла котлы и раздавала указания Фомке и Глаше, в кухню влетел Егор Петрович. Он буквально ворвался в дверь, опираясь на трость, но почти не хромая, и глаза у него горели, как у юнца.

— С утра поднялся, — воскликнул он с удивлением. — Без боли! Спина не ноет и колени не скрипят!

— Вот видите, — сказала Карина, чувствуя, как на душе становится тепло. — Людям нужно доверять.

— Ты хорошая девушка, Карина, — согласился Егор. — Давай договоримся: я не женюсь на тебе, а ты даёшь мне рецепт.

— А я и не собиралась за вас замуж, — честно призналась Карина. — Рецепт — пожалуйста.

Егор улыбнулся. В его выцветших глазах мелькнул живой, весёлый огонёк, которого Карина не замечала раньше.

༺༻ ༺༻ ༺༻

Егор Петрович сдержал слово. На следующий день он сообщил Анисье, что свадьбы не будет, потому что он уже обещал свою руку и сердце другой даме. Анисья побелела от ярости, но возразить не могла — Егор был стар, знатен и почти так же могуществен, как и она.

На прощание старый дракон обнял Карину своей сухой, морщинистой рукой и шепнул на ухо:

— Если вырвешься из лап этой старой корги — приезжай в гости. Я тебя с сыновьями познакомлю!

Карина пообещала, хотя была не уверена, что это когда-нибудь случится.

Она вздохнула с облегчением, вытерла пот со лба и вернулась на кухню.

Но передышка была недолгой.

Через три дня в замок прибыл маг. Карина увидела его из окна, когда несла помои для дворовых животных. Высокий старик с длинной седой бородой, в чёрном балахоне, расшитом серебряными звёздами и лунами. На поясе — мешочек с травами и кожаный кошель. В руке — посох, украшенный крупным светящимся кристаллом, который пульсировал мягким голубоватым светом. Он шёл медленно, опираясь на посох, но держался при этом прямо.

Карина вернулась на кухню, и через полчаса дверь открылась. Маг вошёл, как к себе домой, оглядел помещение, нашёл глазами Карину и направился прямо к ней.

— Вы Карина? — спросил он.

— Да, — ответила она, откладывая нож.

— Меня зовут Эраст. Королева пригласила меня, чтобы я с вами познакомился и узнал получше. — Он посмотрел на неё поверх очков. — Не возражаете?

— Возражаю, — сказала Карина. — Но вы всё равно не пойдете против воли королевы, так что изучайте на здоровье.

Эраст усмехнулся в бороду. Потом закрыл глаза, поднёс ладонь к её лицу — не касаясь — и замер. Карина стояла не дыша.

Через минуту Эраст открыл глаза и опустил руку.

— Зла нет точно, — выдал свое заключение Эраст. — Вы вполне обычный человек, но со странной меткой, которую я не вполне понимаю.

— И что вы скажете королеве? — спросила Карина.

— Правду. Что вы не опасны. — Он помолчал, покачал головой. — Но не думаю, что она поверит.

Он сел на лавку, устало опираясь на посох, и вдруг спросил:

— А вы не могли бы меня покормить? Я голоден, а путь был долгим.

Карина поставила перед ним тарелку горячего супа, положила кусок пирога с мясом, налила компоту. Эраст ел медленно, с наслаждением, прикрывая глаза. Когда он закончил, откинулся на спинку лавки и посмотрел на Карину с любопытством.

— Скажите, а вы не хотите вернуться домой? — спросил он внезапно.

— Хочу, — сказала Карина. — Очень. Но понятия не имею, как это сделать. А у меня там работа и кот, который, наверное, уже в панике.

— Можно попробовать, — сказал Эраст, задумчиво поглаживая бороду. — Вернуть домой вас я смогу навряд ли, а вот кота вашего мы вполне можем перенести сюда.

Карина опешила.

— Вы не шутите?

— Магия призыва — моя специальность, — сказал с гордостью Эраст. — Я учился ей тридцать лет. Но она отнимает много сил, и нужен сильный якорь. Вы должны думать о нём. Обо всём, что с ним связано.