«Бармаглот» и вовсе сделался черней тучи.

— Это многое объясняет… — проронил воин, посмотрев на Лану.

Природу вислоухой наёмник определил безошибочно.

— Тогда всё ещё хуже, чем я считал. Поправ свои же законы, те отщепенцы ещё и на святое покусились. Не пойму только, зачем. Смысл? Для противостояния зверю нужен зверь. Человек во всём уступает айну…

— Кроме интеллекта, — поправил я. — Даже самый слабый человек на несколько голов умней самого сильного зверя. Вероятно, целью такого смешения было создание идеального воина. Сильнее обычного люда, умнее обычной твари, и демонстрирующего преданность создателю.

Старый знакомый окинул облачённую в боевой защитный костюм хвостатую профессиональным взглядом.

— Без обид, но твоя соратница, хоть и носит кровь зверя, не слишком блещет боевой выучкой идеального воина. Хотя, стоит признать, даже я вижу в ней безграничное уважение и готовность следовать за тобой. Ты для неё как отец-командир.

Лана смущённо потупила взор.

— По сути, так и есть, — улыбнулась разноглазка. — «Мастер» отбил… «Луну» у айна, одержав верх над ним. Буквально вырвал из зубов твари. И самолично заврачевал зияющие раны от когтей.

Спокойный кивок собеседника.

— Тогда понятно. Простая человеческая благодарность за спасение вкупе с природой зверя. Неудивительно, что за тобой последовала… а где подобрал, если не секрет? Окрестности хорошо знаю.

— По ту сторону гор, — уклончиво, но максимально правдиво ответил я. — Там и встретились.

«Бармаглот» нахмурился.

— До них же километров полтысячи будет.

— Так за ними и повстречал.

Старый знакомый хрипло выдохнул.

— Значит, и туда добрались… Короче, «Мастер». Если есть «короткая» связь со своими нанимателями, то и передай им прямым текстом. Пусть будут крайне внимательны с любым полуросликом, которого встретят. От тех, кто ушёл на запад, хорошего не жди.

Ну, теперь оперативная картина видна даже мне. Среди чуди белоглазой, обитающей от Урала на восток, отделилась некая группа пока что неизвестной численности, решившая, что лучше прослыть «отщепенцем» и жить, чем стать святыми посмертно и сложить головы в битве с айнами. С точки зрения выживания — абсолютно логичная схема. Моральные и этические стороны вопроса отложим как несущественные: у всех народов они свои. Для кого-то многожёнство нормально, а кто-то его порицает. У кого-то есть «запасной муж» на случай смерти первого, а кто-то жену держит взаперти и за жалюзи, чтоб никто на неё не смотрел. Но с тактической точки зрения некие отступники оставили большую часть своего народа, прикрываясь ею, и отошли на запад, в сторону гор, где, прикрывшись уже ими, встали на постой. Там же, вероятно, организовали себе жилище и долговременные резиденции, где творили всякое, включая изобретение стрёмного колдунства. По ходу дела, Лана, как и многие из ей подобных, родом откуда-то с Урала. Только, как она смогла выйти к людям, если её подобрали в столь раннем возрасте, что и говорить не умела?

Но всё выглядит логично. Некто, кто занялся непотребным делом во имя выживания, был изгнан из своего народа или самовольно от него отошёл, и убыл в закрытый от посторонних регион, где ему никто не помешает окапываться и заниматься тем, что поможет ему выжить. С одной стороны света прикрывают труднопроходимые горы, с другой — свой же народ, а сам ты можешь под эти самые горы закопаться и заниматься всем, чем только заблагорассудится. Противоречий не наблюдаю.

Что ж. «Бармаглот» — знакомый кадр. Не скажу, что бухали на брудершафт или лобызались в дёсны брежневскими поцелуями, но персонаж даже на Земле пользовался заслуженным доверием и уважением. Сейчас я не вижу причин, зачем ему вводить нас в заблуждение. Разумеется, любые слова, даже его, требуют перепроверки. Но если правда то, что он сказал про «отщепенцев»… К Александровскому, может, ломиться и преждевременно. Но вот того же Ротмистрова предупредить стоило бы. Как-никак, полковник — руководитель местного Управления Тайной Канцелярии, и в ответе за всё, что творится в гарнизоне. Не уверен, что стоит готовить Первоуральск к атаке чуди белоглазой. Но, если правда то, что мы услышали, та же Еня, к примеру, должна быть «на карандаше». В карцер сажать её однозначно рано. Но под присмотром быть обязана. Не говоря уже об окрестностях города… знать бы ещё, к слову, обстоятельства знакомства славян с чудью…

«Бармаглот» увидел моё состояние глубокой задумчивости и понял всё правильно.

Встал со своего кресла, чем заставил Руну с Аксой вытянуться разве что не по стойке «Смирно», выдохнул.

— Пошли, «Мастер». Перетрём кое-о-чём тет-а-тет. Есть у меня к тебе некоторое… дело.

Оставив девушек в доме, вышли на улицу, где оставили тяжёлую самоходку.

— Не куришь? — спросил для проформы старый наёмник.

Я отрицательно покачал в ответ.

— Не балуюсь. И лёгкие сажает, и демаскировку обеспечивает.

«Бармаглот» тяжело вздохнул.

— Правильный дюже… Но, может, оно и правильно. Я, как в этот мир попал, от ломки места себе не находил. Какую только погань курить не пытался, но всё не то. Не растёт тут табак, и всё…

Опять тяжёлый вздох.

Бывший ЧВКшник окинул взглядом самоходку, профессиональным взглядом оценил её с конструкторской точки зрения.

— На этом и перемещаетесь? — спросил он.

— По большей части, в ней возим шмурдяк, — абстрактно отозвался я. — Удобный самоходный рюкзак с возможностью сныкаться от непогоды.

— На земную технику не похожа. Местных рук дело. Но сработано недурно.

— Ты хотел о деле поговорить?

Собеседник махнул рукой, приглашая следовать за ним.

— Да. Пошли, пройдёмся. Дело… довольно деликатное.

— Давай уже без экивоков, — хмыкнул в ответ. — «Деликатное дело» — это защитить интересы нанимателя, не афишируя его участия в нём.

— Ну, по сути, так оно и есть…

Мы неспешным шагом тронулись от дома, где нас приняли, и последовали в случайно выбранном направлении, вдоль по главной улице, чем неизбежно приковали к себе множественные взгляды местных. Сам по себе «Бармаглот» тот ещё шкаф с антресолями, но к нему уже должны были привыкнуть, раз он отжал себе местечко местного управленца. По ходу дела, на меня и мой внешний вид таращатся. Мужики — с настороженностью и оценивая, женщины — с каким-то… интересом? По ходу, даже с лёгкой, плохо скрываемой, улыбкой.

— Ты появился как нельзя вовремя, — тихо произнёс старый ЧВКшник. — Моё время на исходе.

— Опять помереть собрался? — участливо поинтересовался я.

«Бармаглот» поморщился.

— Не «опять», а «по второму кругу». Я знать не понимаю, как после того взрыва очутился тут. Не могу найти этому объяснения. Столько времени провёл среди колдующего народца, изучил все их познания в магии, но так и не смог найти ответ. Один раз, абсолютно точно, погиб. А вскоре упокоюсь вновь.

«Ещё один дед инсайд на мои подсумки», — подумалось мне.

— Оно тебе надо? — спокойно спросил я. — На том свете нет ничего интересного. Зачем туда торопишься?

— Я не просто так пошёл в «Бесогон», — мрачно констатировал ЧВКшник. — Не от хорошей жизни. Ещё на Земле мне поставили рак мозга. Лечения нет.

Вот тут есть веский и ощутимый повод сомневаться. Я ни разу не медик, но даже мне известны способы лечения рака мозга на разных стадиях его развития. Нейрохирургия, криодеструкция, химиотерапия, лучевая… что-нибудь да обязано возыметь эффект. С хрена ли «лечения нет»?

Если только не какой-нибудь неописанный в науке случай или развитие раковых очагов в опасной близости от каких-то жизненно важных участков органа.

— Мне отмерили несколько лет, — спокойно проинформировал меня старый боец. — При условии наличия постоянных поддерживающих мероприятий. О деталях не спрашивай, я не нейрохирург. В точности не передам слова врачей. И за оружие взялся только для того, чтоб прожить эти самые несколько лет чинно, не терзаясь муками дум о предстоящем конце пути. А он уже не за горами.