Я с умным видом покивала, внимательно слушая чужие откровения, после чего допила свой чай и отправилась на ознакомительную прогулку по участку. Он оказался приятно большим, с настоящим парком, пятиметровым прудиком с карпами и даже небольшим садом камней, который особенно меня заинтересовал. Не думала, что тут есть такое… Но видно, что сделано с душой и смыслом. Правда, суть его от меня ускользает, всё-таки мне чужда эта культура, но просто полюбоваться красиво уложенными по территории булыжниками и золотистыми карпами мне никто не помешал.

К сожалению, ближе к двум часам дня солнышко начало ощутимо припекать, давая понять, что в этих краях лето уже полностью вступило в свои права, так что я вернулась в дом и с интересом для себя отметила, что тут приятно прохладно. И воздух свежий, и вообще… Вчера, устав, не обратила на это внимания, а сейчас чувствуется очень отчетливо.

– Леди Мария, прошу к столу, - позвала меня горничная, стоило мне только дойти до лестницы, но не подняться. - Обед накрыт в столовой, господин Пецхерцен вас ждет.

М-м, ну раз ждет… Не будем отказывать дедушке.

Забежав к себе лишь затем, чтобы помыть руки, я спустилась вниз и сразу прошла в столовую, которая приятно порадовала свежестью и небольшим столом. Буквально человек на восемь, не больше. При этом накрыт он был по всем правилам светского этикета, практически как в ресторане, но без десятков блюд.

– Добрый день, дедушка Муса, - поздоровалась я с мужчиной, который уже сидел за столом, и прошла на свободное место.

– Добрый день, внученька, - хитро улыбнулся старик. Дождался, когда Тиата лично принесет горячее, мы останемся одни и внимательно присмотрелся ко мне. - Как тебе дом? Как в целом?

– Всё очень… хорошо, - ответила после короткой паузы и тоже посмотрела ему в глаза. - И меня это немного настораживает. Не могу взять в толк, за что такая честь.

– Умная, - хмыкнул старик, кивая с отчетливым одобрением. - Не ошибся в тебе. Всё просто, девочка. Заинтересовали меня твои разработки. Эти два охламона, которые за тебя просили, подкинули мне кое-что из того, что ты там у себя вроде как изобрела. Любопытный взгляд на обыденные вещи. Ну и когда зашел разговор о новой просьбе касательно уже тебя самой, я подумал, что тебе не помешает более достойная база для творчества, чем попытка пробиться в люди самостоятельно. Понимаешь?

– Понимаю, - кивнула, чуть щурясь. - Значит, хотите сделать меня своей протеже?

– Протеже? - профессор коротко хохотнул. - А ты и впрямь не промах. Не в бровь, а в глаз, как говорится. Да, были такие мысли. И тебе польза от моего покровительства будет немалая, и мне интерес на старость лет. Больно нестандартно мыслишь, не как местные. Что скажешь?

– Скажу, что вы меня всерьез заинтересовали, дедушка Муса, - улыбнулась я. - Мне действительно очень интересна артефакторика и в моей голове зреют сотни идей, достойные обрамления. И что-то мне подсказывает, что вы оцените их по достоинству. С вас обучение, с меня идеи. Воплощать будем вместе. Согласны?

– По рукам, внученька, - широко улыбнулся профессор. - Кстати, попробуй во-о-он то чахохбили. Пальчики оближешь! Тиата специально для тебя расстаралась.

Тушеный в томатах фазан с зеленью и специями действительно оказался изумительным, как впрочем и все без исключения блюда на столе, так что выйти из-за него оказалось непросто, но мы справились. Дедушка Муса ходил с тросточкой, но в целом достаточно бодро, так что после обеда мы перебазировались в его мастерскую и там проторчали до самого вечера.

Я передала ему все свои записи по конвейеру и магнитным артефактам, не видя смысла скрывать их суть, ведь, как ни крути, а имела полное право использовать эти разработки, пусть и не афишируя свою роль, и не считала, что это за производственный шпионаж. Это мои идеи. К тому же прогресс должен идти вперед по всему миру, а не только в империи. Тем более она моих ожиданий не оправдала.

У деда же я для начала попросила без утайки рассказать о правителе этой страны. Кто он? Какие цели и идеи им движут? В каких отношениях с ближайшими соседями? Молодой или в возрасте?

– Мальчишка, - беспечно отмахнулся профессор. - И шестидесяти ещё нет.

Я тактично промолчала, лишь чуть улыбнувшись. Дедушка уже рассказал мне, что ему самому по весне исполнилось “каких-то” сто тринадцать лет, так что на этом фоне местный правитель действительно выглядел практически юношей.

При этом король уже был женат и имел двух сыновей и трех дочерей, так что без наследников королевство не простаивало. В целом страна была не такой уж и маленькой, всего-то раза в три меньше империи, откуда я приехала, и жить тут было комфортно. Имелись свои богатые месторождения ценных металлов и камней, в больших объемах выращивали фрукты и овощи, специи.

Всю следующую неделю по утрам, пока дедушка спал, я изучала городок, сама убеждаясь, что мне не лгут и тут никто не бедствует и не хает правительство, улицы чистенькие, горожане респектабельные, на рынке цены приятные и разнообразие радует глаз.

Выхода к морю тут не было, но имелась довольно полноводная река со своим речным портом и совсем небольшой набережной, так что гулять я предпочитала по торговым улочкам и скверикам, да во дворе дома профессора.

Шли дни.

Я училась, вдохновив дедушку первым делом на создание полноценного радио, которое тут, как ни странно, ещё не изобрели. Граммофоны были, телефоны были, причем и первое, и второе на магических кристаллах, а радио не было.

Прекрасно понимая, что дело это непростое, но очень даже полезное, причем не только для людей - централизованно слушать новости, музыку и прочее, но и для прогресса в целом, я старательно штудировала нужные разделы артефакторики и магии воздуха-ветра, которая бы помогла мне “ловить” волны нужной частоты и облекать их в звуки.

Профессор помогал. Советами, книгами, личными записями и даже артефактами, которые работали по схожему принципу, но немного иначе. Дело потихоньку двигалось, занимая все мои мысли, так что днем не оставалось ни минутки на хандру или рефлексию, а вот по вечерам…

Накатывало.

И вроде бы всё было хорошо: большой дом, вышколенная вежливая прислуга, почти не ворчливый учитель, действительно обращающийся со мной, как с любимой внучкой.

Но снова в моей жизни не было главного.

Мужчины.

Мужчины, которого бы хотелось обнять. Поцеловать. Сжать и не отпускать!

И любить, любить и снова любить! День и ночь, утром и вечером! Круглые сутки! До одури, до умопомрачения! Чтобы сердце выпрыгивало из груди и поджимались пальчики на ногах! Чтобы душа пела!

А не ныла…

Увы, мужчина находиться не спешил. Нет, со мной знакомились. И пару раз я даже давала согласие на свидание, но дальше ещё ни разу не заходило. Мне было скучно. Мне было пресно. Мне казалось, что я вижу их насквозь и они не похожи даже на тень того мужчины, который мне нужен.

А тот мужчина… наверное, уже и забыл обо мне.

Ненавижу! Как же я ненавижу его за то, что он такой идеальный! За то, что вообще появился в моей жизни! За то, что я ему просто не нужна.

День за днем, неделя за неделей. Провалив контракт на охрану и прекрасно понимая, что именно чувствует граф Ровелье, потерявший дочь, один из лучших наёмников имперской гильдии пропал со всех радаров сразу, как только контракт был официально разорван по инициативе работодателя.

На него не подали в суд и не потребовали компенсации, уже хорошо. По слухам, надо благодарить императрицу, именно она лично написала графу…

Впрочем, ему плевать. Он свою работу сделал. Об остальном этим людям знать не обязательно.

Но долги ещё не розданы…

И он копал. Копал и копал!

Поднимал свои связи, напрягал десятки людей и нелюдей, сжимал в руках бесценный артефакт, который Мишель отдала ему просто так, и наконец повезло.

Баронесса Вирджиния Саммельтон, вдова полковника Саммельтона и содержанка графа Ровелье. Тридцать два года. Ещё не старуха, но уже не юная прелестница…