— Где Лео, Торн? — вдруг спросил Вейлр.

— Не знаю… — озадачился он, затем отодвинул книгу от себя, подумал и предположил. — В комнате?

— Почему он не с тобой?

Торн почему-то стрельнул в меня вопросительным взглядом с таким видом, словно искал поддержки. Я стояла за плечом Вейлра, но после не озвученной, но явственно выраженной просьбы сделала шаг вперед и улыбнулась, чтобы скрасить наш странный приход и допрос Вейлра.

— Не знаю, — повторил Торн с искренней растерянностью. — Он не любит библиотеки, а мне с ним слишком шумно заниматься. Месье Деламорт, извините, что-то случилось?

— Лео снова втянул в вас во что-то? — продолжал сыпать вопросами он, игнорируя студента. — Если да, то тебе лучше признаться сейчас. Надо было раньше, но сейчас тоже еще не поздно.

Торн испуганно округлил глаза. Его тонкий рот беззащитно искривился, а руки сжались в кулаки. Потом он вообще убрал руки под стол, так ничего и не говоря.

— Торн, не в твоих интересах сейчас отмалчиваться, — строго, почти жестко произнес Вейлр, смотря на огневика сверху вниз.

От такого давления я бы сама уже призналась в чем угодно, вот и Торн забормотал с нотками паники:

— В последнее время ничего такого… Пару стычек… Месье Деламорт, простите…

Вейлр ничего не ответил. Торн поднял взгляд, оценивая его реакцию, но выражение лица куратора огненных оставалось непроницаемым и холодным. Торн испугался еще больше и продолжил негромко признаваться в каких-то мелких пакостях, которые за последний месяц устраивал Лео.

Я взглянула на продолжающего хранить молчание Вейлр. Он внушал страх и трепет даже без слов. Но почему он молчал? Я вернула внимание Торну, который был близок к тому, чтобы признаться во всех грехах, и внезапно поняла.

Вейлр делал все это нарочно, чтобы быстрее выведать правду! Метод был действенный, но суровый. Хотя учитывая, что Эжени могла пострадать куда серьезнее, Торн еще отделался легким испугом.

— … А в чем конкретно подозревают Лео и меня? — под конец слабым голосом спросил огневик.

Я уже была готова заверить неожиданно весьма словоохотливого Торна, что его никто ни в чем не подозревает, но Вейлр меня опередил.

— К какому преподавателю ты заходил на днях? — более спокойно спросил он.

— К мадемуазель Торез, но я так и не решился постучать. Подумал, что это все же как-то неприлично, — смутился Торн. — Но этот долг висит у меня уже так давно! Я спать не мог…

Из меня вырвался тяжелый вздох. Неужели по второму кругу мы должны это слушать? Ничего сказать или предпринять я не успела, так как библиотека неожиданно наполнилась странными восклицаниями и громкими выкриками.

Глава 52. Конец допроса и решение

Я выглянула из-за угла, чтобы посмотреть, что происходит. Увиденная повергло меня в шок. По проходу с самым сосредоточенным видом шли Арий, Катрина и Аврора. В руках последней были большие ножницы и хвост блондинистых волос.

— Что случилось? — как можно громче спросила я, чтобы обратить их внимание на себя.

Студенты, завидев меня, поспешили приблизиться. Пока ждала их, пыталась оправиться от удивления. Мы привлекли слишком много внимания, поэтому я строго велела:

— Всем заниматься. Мы готовимся к зачету по смешанной магии.

Большинство студентов сочло это достаточным аргументом для творившихся странностей поэтому, немного обсудив увиденное, вскоре притихли и продолжили учиться.

Переглянувшись с Вейлром, я негромко призналась, продолжая наблюдать за хвостом в руке Авроры:

— Они меня пугают.

Несмотря на то что Вейлр тоже выглядел несколько пораженным, он усмехнулся краешком губ.

— Какой куратор, такие и студенты.

— Я пугающая? — вскинула я бровь.

— Мои методы обучения казались тебе суровыми, но, признаюсь, не ссориться с тобой я решил после проведенной тобой практики. Ты буквально швырялась воздушными шарами в студентов, Эстель. И кто из нас после этого пугающий?

Я понимала, что он шутит, но зерно истины в его словах все же присутствовало. В глубине души мне это даже польстило.

Стоило ребятам оказаться рядом, как я тут же вновь сосредоточилась.

— Великие магистры, что вы натворили? — обеспокоенно спросила я, смеряя взглядом их всех по очереди.

Все трое выглядели уверенно и даже залихватски, как будто только что взяли крепость штурмом.

— Мы искали вас! Мы знаем, кто вас подставил, мадемуазель Ламбер, — заявила Аврора и выставила руку с волосами, потрясая ею.

Это было одновременно и нелепо, и смешно, но я удержала неуместный в ситуации смешок.

— Откуда у тебя пучок блондинистых волос? — вместо этого спросила я.

— Это волосы Лео?! — приглушенно воскликнул Торн, которого не было видно с прохода, где мы все стояли.

— Торн?! — не поверил Арий и первым зашел за стеллаж. За ним потянулись девочки. Катрина держалась от меня подальше, наверное, все еще испытывая смущение из-за письма. Следовало потом с ней это обсудить.

— Это он все устроил! — вдруг зло выплюнул Арий.

Торн стоял в начале стола с другой от нас стороны, словно заранее знал, что придется защищаться.

— С чего ты взял? — нахмурился Вейлр.

— Нам все рассказал Лео! — воинственно воскликнула Аврора, вновь демонстрируя волосы.

На этот раз я поняла смысл этого жеста. Но не могла же они в самом деле…

— Неужели вы отрезали парню его волосы? — не поверила я.

— Боли он не боялся, — просто бросил Арий.

— А разговорить его как-то надо было, — поддержала его Аврора. — Лео признался, что Торн попросил его покараулить, пока он будет подкладывать мадемуазель Ламбер бомбу-вонючку.

Все еще пораженная до глубины души их поступком, я услышала объяснения Авроры, но не до конца поняла. Но зато я вдруг легко поверила в слова Вейлра. Действительно — какой куратор, такие и студенты.

Но если я была всецело поглощена поступком ребят, Вейлра занимало совсем другое. Его лицо стало мрачным, холодным, а взгляд, направленный на Торна, не предвкушал ничего хорошего.

— Торн? — требовательно позвал он его.

Тот как-то сразу сжался, но в этот раз не испуганно, а как будто пытаясь слиться с окружающей обстановкой. Но вот он помолчал, затем поднял голову и встретился взглядом с Вейлром.

— А что? — с вызовом воскликнул он. — Разве что-то случилось?

От его вопроса я опешила. Перемена, случившаяся с ним за пару мгновений, было до того резкой и сильной, что я даже растерялась. Неужели он все это время притворялся? Сейчас его голос даже не дрожал.

— Пострадала студентка, Торн! — хлестко бросил Вейлр. Теперь он вызывал не просто страх, а ужас. — И ты еще смеешь спрашивать? Проклятье, Торн! Ты ведь никогда без Лео особо не причинял проблем. Зачем ты это сделал?

Он задрал подбородок еще выше.

— Я не хотел, чтобы эти неправильные попали к нам! — негромко, но звонко воскликнул он. В его тоне звучала бравада и нарочитая уверенность, но, несмотря на это, было видно, что ему неуютно. — Я слышал, что говорила мадемуазель Ламбер в библиотеке. У них, видите ли, успехи. Сразу несколько после сессии могут к нам перевести. Еще чего не хватало! А тут еще эти странные новенькие… Не академия, а какой-то приют для убогих!

— Замолчи, — зазвучал металл в голосе Вейлра. — Ты перешел все границы. Это уголовно наказуемый проступок, Торн, а не просто шалость. Ты не отделяешься дежурством на кухне.

Торн в растерянности попятился к стене, и впервые на его лице проступило что-то кроме злости и бахвальства.

— Но, месье Деламорт, я ведь всего лишь хотел, чтобы наш факультет был сильнее… А эти смешанные не смогли бы сделать нас лучше…

— Торн! Не важно, какой студент: с двойственной магией, одиночной или вообще без. Никто никогда не учил вас смотреть на кого бы то ни было свысока. Любое учебное заведение лишь стремится сделать вас сильнее в границах своих возможностей! У всех они разные, и это нормально. Обладать водной магией — нормально. Не хотеть быть боевым магом — нормально. Быть смешанным — тоже нормально. Ненормально, Торн, желать причинить вред другому человеку. Но помочь тебе с этим я уже не могу. Единственное, что я могу сделать — это сопроводить тебя до ректора, потом дождаться прибытия твоих родителей и понести, если придется, ответственность за твой проступок, как твой куратор.