— Но я был недостаточно внимателен не только по отношению к второкурсникам и Арию, но и к своим огневикам. Наказание и дисциплина — это еще не все. Надо было попытаться понять причину их ненависти… Как бы то ни было, пока идет сессия, я не планирую будоражить огненных. Надеюсь, они будут слишком заняты, чтобы мешать твоим ребятам.

— Мои парни тоже не святые, — вздохнула я.

— Отвечать силой на силу — это то, чему я их учил. Если бы они это не усвоили, то напрочь потеряли бы веру в себя.

— Мне такое тяжело понять, — призналась я, сплетая пальца на коленях и смотря исключительно на них. — Наверное, даже пробовать не стала бы, если бы не понимание, что от этого зависит их жизнь.

— Эстель, посмотри на меня.

Я нехотя подняла глаза. Вейлр был серьезен и сосредоточен.

— Твой подход помог им больше, чем ты думаешь. За маленький срок ты сделала гораздо больше, чем многие кураторы за годы. Тебе не в чем себя упрекнуть.

Мне не удалось подавить улыбку. Этого мне еще никто не говорил, а ведь так хотелось услышать признание того, на, что я тратила все свободное время. Но хоть это и было приятно, я занялась этим, не ожидая благодарностей. Лишь результатов.

— Спасибо, — нежно сказала я, затем собралась и продолжила. — С девочками легче — они идут на контакт на эмоциональном уровне, либо проявляя ко мне симпатию, либо ненавидя. Да, есть у меня и такая студентка. Но парни менее эмоциональны, поэтому им всегда было тяжело определяться. Все, что я могла, я им дала — стресс-адаптация и медитации помогут им, но я не могу дать им кое-что тоже важное. Уверенность. Такую уверенность дать может наставник.

— Но ты же не думаешь, что если я скажу стать Арию водным магом, он возьмет и послушается? Со второкурсниками немного другое — там им нужно напомнить, что у них еще есть силы и время, чтобы бороться. Для Ария же стать огненным магом и пойти на боевой факультет — это мечта, великая цель! Он шел к ней с детства. Его отец, к слову, учился в дуэльной академии и обладал огненной магией. Поэтому для него так непросто смириться с новыми обстоятельствами.

Надо же… Я не знала. Следовало раньше спросить, почему он так стремится к огненным.

— Пожалуй, ты прав. Получается, он хоть и равняется на тебя, но дело не только в этом.

— Верно.

— С Килианом, мне кажется, проблем будет меньше всего, — подумав, сказала я. — Он делает успехи. А Саша будет идти напролом, чтобы стать исказителем.

— А как ты им стала? — вдруг спросил Вейлр. — Откуда твое стремление работать в зонах магических аномалий?

— Я хочу совершать открытия, — тут же отозвалась я.

Он помолчал и ответил слегка натянутым тоном:

— В духе исказителя, на которого ты мало похожа. Только не обижайся.

— Как я могу, если это правда? — слабо улыбнулась я, в который раз задумавшись за месяц, а так ли мне важно сейчас признание другими, как раньше.

— Ты не передумала? — странным тоном продолжил любопытствовать Вейлр.

— К чему вопросы? — поморщилась я, не желая сейчас разбираться в этом. — Пока я здесь и никуда не денусь в ближайшие пару лет.

— Эстель…

— Вейлр, пожалуйста, давай не сейчас, — взмолилась я.

Он смотрел на меня хмуро, но все же кивнул.

— Чтобы передумать Арию нужен не только пример огненного боевого мага, который он нашел во мне, а еще и водного. Предлагаю поискать биографии выдающихся водников и все с ними связанное в библиотеке. А в архиве можно найти личные дела студентов водников с боевого факультета с высшими баллами и отличными показателями. Он парень азартный, и в нем есть лидерские качества. Если даже не сразу, но он захочет доказать себе и всем, на что он способен.

— В этом я его хорошо понимаю, — призналась я. — Отличная идея. То же самое может подойти и второму курсу. Тогда завтра утром перед занятиями? А то мне нужно сходить к месье Бассету, проверить, не пришёл ли ответ от брата…

— Ты напомнила мне, что я так и не ответил на его последнее письмо, — задумчиво сказал Вейлр.

Я невольно заинтересовалась.

— О чем оно было?

Вейлр усмехнулся, сложил руки на груди и пожал плечами. Я рассмеялась из-за его таинственного вида.

— Неужели там фигурирует мое имя? — игриво полюбопытствовала я.

— Сколько в тебе самоуверенности, — с веселым осуждением покачал он головой.

— Но ведь она не беспочвенна? — продолжила допытываться я с невинным видом.

Вейлр мягко улыбнулся.

— Ты обладаешь еще и проницательностью.

От его слов я улыбнулась еще шире.

— Тогда в ответном письме не забудь поведать брату о моих достоинствах. Ведь, в конце концов, он отправил меня к тебе, чтобы подучиться. Расскажи, что я хорошо справляюсь!

Внезапно Вейлр утратил веселость и посерьезнел. Перемена была до того резкая, что я подумала, что сказала что-то не то.

— Эстель, я все же хочу настоять на продолжении разговора. Если бы у тебя сейчас появилась возможность отправиться на неопасные аномальные земли — ты бы уехала?

— А к чему ты спрашиваешь? — попыталась я перевести тему, так как не была уверена в ответе. Или, наоборот, была, и это мне не нравилось. — Такой возможности не предвидится — без опыта меня никуда не возьмут.

Вейлр скованно повел плечами.

— Это важно.

Мне не хотелось отвечать, но встать и уйти я тоже не могла. Вместо этого я глубоко вздохнула.

— А ты бы ушел, если бы тебя позвали обратно боевым магом? Ты помирился с Реджинальдом, претензию короля с тебя тоже сняли. Дорога вновь открыта.

Вейлр просто смотрел на меня. Тяжелым, нечитаемым взглядом. Я почувствовала себя неуютно. Что на него нашло?

— Я знаю, как это работает, — размеренно заговорил он. — После того как узнают о твоих новых подходах в обучении смешанных тобой начнут интересоваться… Могут вспомнить, о какой работе ты просила, и предоставить ее.

— Смешанность мало кого волнуют, — возразила я.

— Зависит от того, кто о ней говорит. Если кто-то вроде ректора, то могут и прислушаться.

Нахмурившись, я сжала руки в кулаки. Такая мысль мне не приходила.

— Он может что-то сказать?

— Он или любой другой преподаватель, который выезжает в столицу, — заметив выражение моего лица, Вейлр смягчился. — Не волнуйся. Я просто привык думать на будущее и решил, что такая возможность есть. Было бы странно, если бы ты хотела ее упустить.

Последнее предложение было многозначительно выделено, но я не решилась на комментарии. Передернула плечами, сбрасывая с себя неприятное чувство, и как можно более легкомысленно заявила:

— К чему говорить о том, чего нет?

Повисла вязкая тишина. Я перебирала пальцами украшения, а Вейлр продолжал смотреть прямо на меня.

— Ты права, — первым нарушил он тишину — его голос прозвучал негромко, но я все равно вздрогнула.

— Тогда до завтра? Сегодня был тяжелый день, и я устала. Ты, наверное, после дороги тоже.

Вейлр поднялся, чтобы проводить меня до двери.

— Я слышал о новых студентах, — вспомнил он. — Интересные ребята?

— Об этой давай уже завтра, — устало попросила я. — Там есть о чем рассказать, но я уже не в силах.

— Я заинтригован, — слабо, но искренне улыбнулся он, затем взял мою руку и поцеловал.

Я была уверена, что щеки порозовели, поэтому поспешила попрощаться. После месье Бассета решила, что нужно обязательно забежать перед сном к Зое и поведать о случившимся.

Уже возле места работы почтальона я позволила себе подумать о причинах пробудивших у Вейлра такой интерес. Подумав, я решила, что их могло быть только три.

Либо он хотел покинуть академию и надеялся, что я желаю того же — возможный, но маловероятный вариант. Либо он не хотел уйти из академии и пытался понять, стремлюсь ли к этому до сих пор я — не самый безнадёжный вариант. Либо он хотел избавиться от меня и пытался выяснить, как это лучше сделать — уехать или остаться — это был вариант, сотканный из моих страхов, но лишенный всяческих оснований.

Но почему он не мог спросить прямо? Не хотел давить? Это было похоже на него. Вовремя разговоры он был так напряжен, что становилось понятно — так осторожничает он нечасто. Наверное, мне должно было бы приятно, но меня тревожила какая-то неясная тревога.