Дима нахмурился, заставляя себя просматривать содержимое ещё внимательнее. Мог пропустить? Вряд ли. Он пересматривал каждую папку дважды, листал переписки, пробивал метки на фото, но её имени нигде не всплывало.

Ирина Романова отсутствовала в этом тщательно собранном компромате, словно её никогда не существовало в мире Стаса.

Дима откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы на затылке и уставившись в потолок. Его мысли бурлили, как раскалённый котёл. Он снова перевёл взгляд на спящую девушку, которая так безмятежно дышала, обнимая подушку.

Стас запугивал её. Шантажировал, грозил обнародовать компромат, заставлял играть по его правилам… Но у него не было ни единого доказательства.

Дима прикрыл глаза, в груди нарастало странное чувство тревоги и сомнения. Что-то в этой истории явно не сходилось. Но что?

Ирина сладко потянулась, приподнявшись на локтях. Комната была наполнена мягким утренним светом, пробивающимся сквозь неплотно зашторенное окно. Дима сидел у компьютера, его фигура слегка согнулась вперед, а пальцы быстро бегали по клавишам. Склонившаяся голова и напряжённые плечи говорили о том, что он, вероятно, даже не ложился.

— Доброе утро, — зевнув, сказала Ира, прикрывая рот ладонью.

— Доброе, — отозвался Дима, не оборачиваясь. Голос его был немного хриплым, как у человека, который давно не говорил. — Сделай мне кофе, пожалуйста.

Ира поднялась с постели, накинула на плечи его мягкий фланелевый халат и направилась вниз. На кухне стояла лёгкая прохлада, и от этого бодрость пришла быстрее. Поставив турку на плиту, Ирина кинула в неё ложку ароматного молотого кофе, добавила воды и, постояв пару минут в ожидании, принялась размешивать ложечкой, наблюдая, как на поверхности медленно образуется густая пенка.

Пока напиток готовился, она оперлась локтями на подоконник и посмотрела на улицу. Вдали уже оживлённо суетились машины, торопились на работу прохожие, и казалось, что весь мир просыпается, кроме Димы. Он будто жил в каком-то другом измерении, в котором не существовало ни сна, ни времени.

Когда кофе был готов, Ира разлила его в большую керамическую кружку и, не забыв добавить сахара, поднялась наверх.

Она толкнула дверь в комнату бедром, осторожно удерживая кружку обеими руками, и, подойдя к столу, поставила её рядом с клавиатурой.

— Спасибо, — тихо сказал Дима, наконец-то оторвав взгляд от экрана. В его глазах читалась усталость, но ещё что-то новое — азарт, смешанный с подозрением.

Ира выпрямилась и, поправив волосы, только сейчас обратила внимание на монитор. Там, на рабочем столе, было открыто множество папок. Структурированные, с датами и подписями, они занимали почти весь экран.

— У тебя получилось! — радостно воскликнула она, склонившись ближе, чтобы рассмотреть детали. В её голосе не было удивления, лишь удовлетворение и гордость за него.

Дима кивнул, но на его лице не было радости.

— Есть небольшая проблема, — он откинулся на спинку кресла и потёр глаза, словно снимая с них невидимую пелену.

— Какая? — Ирина прищурилась, её взгляд бегло пробежался по экрану.

Дима повернулся к ней, сложив руки на коленях.

— Я нашёл компромат на многих… но не на тебя.

Ирина удивлённо подняла брови, потом быстро взглянула на папки, пытаясь найти своё имя.

— То есть вообще? — уточнила она, с трудом веря услышанному.

— Вообще, — подтвердил Дима. Его голос был твёрдым, почти суровым. — Я нашёл записи, фотографии, видео на десятки людей. Но в каждой папке — только другие. Тебя нет нигде.

Ира растерянно прикусила губу, опуская взгляд на экран. Её пальцы нервно сжались в кулак.

— Но ведь он угрожал мне… — прошептала она, не отрывая взгляда от монитора.

— Именно, — хмуро кивнул Дима, — значит, либо у него есть другой способ держать тебя в страхе, либо он просто врал.

Ирина молча стояла, словно пытаясь осмыслить услышанное, а в её глазах уже разгорался огонёк ярости.

— Нужно вспомнить всё, — твёрдо сказала она. — Всё до мелочей.

Дима кивнул и, отодвинув стул, освободил для неё место рядом.

— Именно так. Садись. Пора разобраться в этом окончательно.

Ирина присела рядом, их плечи почти соприкасались, и, на миг взглянув друг на друга, они будто без слов договорились — сегодня они докопаются до истины.

Ирина молчала, уставившись в одну точку на мониторе, но взгляд её был направлен будто внутрь себя, туда, где таились спрятанные воспоминания и мысли. Дима сидел рядом, не отводя глаз от её лица. Он заметил, как в уголках губ девушки появилась едва уловимая тень улыбки, и впервые за всё это время она казалась не напряжённой, а почти умиротворённой. Свет от монитора мягко освещал её черты, и в этот момент Ирина выглядела такой домашней, почти родной.

Она была в его футболке, которая сползала с одного плеча, придавая ей какой-то беспечный, уютный вид. Волосы немного растрепались, падая на лицо лёгкими прядями, и Ирина даже не пыталась их поправить. Дима чувствовал, как в груди расползается тёплое, почти счастливое ощущение. Она была здесь, рядом, настоящая. Не образ, не мечта, а реальная девушка с упрямым характером и острым умом.

Внезапно Ирина расплылась в ироничной, почти горькой улыбке. Её плечи слегка затряслись, и девушка нервно рассмеялась. Сначала тихо, почти беззвучно, а затем громче, словно не могла больше сдерживать ту истину, которая только что открылась ей.

— Вот ведь Стас, — сквозь смех пробормотала она, закрыв глаза рукой. Смех её становился громче, пронзительнее, и Дима напрягся. Это не было похоже на радость — скорее на истерику, смешанную с осознанием чего-то болезненного и одновременно смешного в своей абсурдности.

Он быстро встал со стула и обнял её, притягивая к себе, чтобы успокоить. Его руки мягко легли на её плечи, а она прижалась лицом к его груди, сотрясаясь от беззвучных всхлипов.

— Ира… — прошептал он, поглаживая её по спине.

Романова покачала головой, прикрывая глаза ладонями, словно пыталась спрятаться от собственного осознания.

— Я поняла… Чёрт, я поняла… — голос её дрожал, но она взяла себя в руки, сделала глубокий вдох и отстранилась, встречаясь с его взглядом. — Это всё не по-настоящему.

— Что ты имеешь в виду? — Дима с любопытством, смешанным с тревогой, всматривался в её лицо.

Ирина потерла виски, словно приводя мысли в порядок.

— Когда-то давно, ещё до всего этого, — она сделала неопределённый жест рукой, — я разговаривала с одной из «жертв» Стаса. Она рассказывала про видео-компромат, который он использовал, чтобы её шантажировать. И знаешь, что она сказала?

Дима покачал головой, давая ей возможность продолжить.

— Она говорила, что в видео было что-то… не то. Сначала я не обратила внимания на её слова, списала на шок и панику. Но она утверждала, что лицо было как будто… — Ирина поискала нужное слово, — подставлено. Вырвано из контекста.

— Ты хочешь сказать… дипфейк? — Дима прищурился, осознавая, к чему она клонит.

— Да! — глаза Ирины загорелись, и она нервно провела рукой по волосам. — Ему даже не нужно было делать что-то по-настоящему. Достаточно было создать реалистичную иллюзию! А потом шантажировать этим.

Дима выпрямился, быстро взглянув на монитор, где выстроились ряды папок.

— Значит, все эти видео…

— Не настоящие, — подтвердила Ирина, её голос был полон странного облегчения. — И это объясняет, почему меня там нет. Он хотел манипулировать мной другими методами.

Дима медленно выдохнул, и на его лице проступило сосредоточенное выражение.

— Если это правда, то у нас есть шанс вывести его на чистую воду. Но это надо доказать.

— И мы это сделаем, — твёрдо отозвалась Ирина, её глаза сверкали решимостью.

— Я с тобой, — Дима кивнул, и в его голосе слышалась сталь.

Мир больше не казался таким пугающим, когда они были вместе.

Ирина сидела на широкой кровати, скрестив ноги и опустив ноутбук себе на колени. Её длинные волосы небрежно сползли на плечо, а в комнате стоял слабый запах свежесваренного кофе и ванильного крема — напоминание о завтраке, который они с Димой разделили наспех. Мягкий свет настольной лампы падал на её лицо, подчеркивая сосредоточенный взгляд. Пальцы девушки порхали по клавишам, быстро и уверенно открывая папку за папкой, методично перебирая файлы. Экран светился бледным светом, отражая строки текста, фотографии, скрытые под грифом личных архивов.