Ирина скользнула взглядом по полкам с потёртыми корешками книг, словно именно в старых томах философов и мыслителей могла найти ответы на все свои вопросы. Воздух библиотеки был пропитан лёгкой пылью и запахом бумаги — терпкий, немного сладковатый, словно время здесь двигалось медленнее, чем за её стенами. Мягкий свет пробивался сквозь высокие окна, размывая очертания полок в золотистую дымку.

Она стояла у стеллажа с книгами по философии, поглаживая пальцами старый потрескавшийся корешок «Критики чистого разума», когда шаги отразились глухим эхом в дальних рядах. Ирина выпрямилась, не отрывая взгляда от книжных корешков, но внутренне напряглась, как хищник перед броском.

— Ну здравствуй, Романова, — голос Стаса был чуть хрипловатым, с той самой издёвкой, которая всегда резала слух. Он прислонился плечом к стеллажу, скрестив руки на груди, и склонил голову набок, разглядывая Ирину с видом человека, поймавшего интересную дичь.

Ирина медленно повернулась к нему, на её лице не дрогнул ни один мускул. Только глаза сузились, блеснув холодным светом.

— Здравствуй, Стас, — её голос был удивительно спокойным, будто они встретились на дружеской вечеринке, а не в пыльных коридорах библиотеки, где стены хранили слишком много секретов. — Вижу, ты не забыл наше маленькое свидание.

Стас усмехнулся, оттолкнулся от стеллажа и шагнул ближе, уменьшая дистанцию. Его взгляд скользнул по её лицу, будто он искал признаки страха или смятения. Но он нашёл лишь лёгкую усмешку и приподнятую бровь.

— Ты уверена, что хочешь играть в эти игры? — его голос понизился, стал почти шёпотом. — Я знаю о тебе много, Романова. Даже больше, чем ты думаешь.

Она вскинула брови, словно удивляясь его самоуверенности, и чуть склонила голову.

— И что же ты знаешь? — её голос звучал спокойно, почти лениво. — Что я пью кофе с карамелью или что сижу на философии, а не на экономике? — Ирина скрестила руки на груди, отражая его позу, будто намеренно копируя. — Это все, чем ты можешь меня напугать?

Он усмехнулся, но во взгляде промелькнула досада. В этот момент в читальном зале кто-то громко перевернул страницы, и звук разнёсся, словно щелчок выключателя. Оба невольно замолчали, но напряжение между ними только усилилось.

— У тебя много секретов, Романова, — Стас сделал шаг ближе, и Ирина ощутила его дыхание. — Интересно, как долго ты сможешь их прятать?

Ирина не шелохнулась, только её взгляд потемнел, становясь острым, как стекло.

— Дольше, чем ты сможешь за ними следить, — тихо произнесла она, отчётливо выговаривая каждое слово.

На секунду в воздухе повисла тишина, глухая и почти осязаемая. Стас молча смотрел ей в глаза, словно пытаясь прочесть мысли, но, наконец, хмыкнул и сделал шаг назад, скрестив руки на груди. Взгляд его потемнел, а улыбка растаяла, сменившись напряжённым прищуром.

— Ты знаешь, что твой хакерский принц уже подобрался к моему облачному хранилищу? — его голос звучал низко, почти шёпотом, но в этом шёпоте сквозило предупреждение. — Твой Дима слишком самонадеян, Романова. Если он не остановится, я уничтожу его. И тебя заодно. Репутацию, карьеру — всё. Вы даже не поймёте, как это случилось.

Ирина медленно подняла брови, разглядывая его, будто он только что поведал ей рецепт овсяного печенья, а не прямую угрозу. Она скрестила руки на груди и кокетливо похлопала ресницами, изобразив на лице самое наивное выражение.

— Ох, правда? — её голос был мягким, почти бархатным. — И что же я могу сделать, дорогой Стас? — она приподняла плечи, добавляя немного драматизма. — Я всего лишь бедная студентка, никак не влияющая на решения такого великого и могучего хакера, как Дмитрий.

Её глаза сверкнули насмешкой, и на мгновение губы изогнулись в тонкую, колючую улыбку. Стас напрягся, кулаки сжались, и он шагнул ближе, вторгаясь в её личное пространство. Она не шелохнулась, только выпрямила спину, глядя ему прямо в глаза.

— Хватит играть, Романова, — процедил он сквозь зубы. — Останови его. Иначе вы оба пожалеете.

Ирина улыбнулась ещё шире, но в её взгляде появилась сталь.

— Пожалеем? — она слегка склонила голову набок. — Или это ты боишься, что я не успею тебя остановить?

Он стиснул зубы, и взгляд его на мгновение помутнел от злости. Окинув её презрительным взглядом, Стас резко развернулся, уходя быстрыми шагами вдоль стеллажей. На прощание, не оборачиваясь, он бросил через плечо:

— Ты ещё пожалеешь, Романова. Помяни моё слово.

Звук его шагов постепенно стихал в полумраке библиотеки, оставляя после себя только тягучую тишину. Ирина смотрела ему вслед, выпрямившись и чуть приподняв подбородок. В глубине глаз зажглись холодные огоньки.

— Это мы ещё посмотрим, — тихо проговорила она, едва слышно для самой себя, и медленно направилась к выходу из зала, поправляя лацканы пиджака.

Ирина сидела на широкой кровати в комнате Дмитрия, закинув ногу на ногу, слегка покачивая ступней в воздухе. Светлое покрывало под ней было идеально разглажено, а на прикроватной тумбочке лежала стопка книг — все по программированию и кибербезопасности, аккуратно сложенные одна на другую. На стенах — полки с техникой, коллекции материнских плат, процессоров и даже старые ретро-клавиатуры, собранные с каким-то особым трепетом. Это было царство технологий, обитель человека, который привык подчинять себе виртуальные миры.

Ирина невольно коснулась пальцами мягкой ткани покрывала, на мгновение задумавшись. Она впервые была здесь, в его мире, в пространстве, которое он обустраивал под себя, и это заставляло её чувствовать что-то новое, почти волнующее. Будто приоткрылась ещё одна дверь в его жизнь, к которой она раньше не имела доступа.

Дмитрий сидел за массивным чёрным столом у окна, его пальцы привычно скользили по клавишам ноутбука. Экран отражал ряды зелёного кода, мелькающего в такт быстрым нажатиям. Но сейчас Дима не печатал — он просто сидел, сложив руки в замок перед лицом, и смотрел в одну точку, хмурясь от напряжённого размышления.

— Значит, он знает, что ты подобрался к его хранилищу, — проговорила Ира, прерывая затянувшуюся тишину. Её голос был спокоен, почти безразличен, но взгляд не отрывался от профиля Дмитрия.

Тот молчал, будто бы просчитывая каждую возможную комбинацию, каждый следующий ход. В полумраке комнаты свет от монитора отбрасывал холодные отсветы на его лицо, подчёркивая напряжённую линию скул и заострённый подбородок.

— Дима, — мягко позвала Ирина, скрещивая руки на коленях. — Он угрожал… но это всего лишь слова. Ты же понимаешь?

Дима медленно кивнул, не меняя позы, взгляд его по-прежнему оставался сосредоточенным.

— Я понимаю, — наконец произнёс он, голос его звучал глухо, будто бы мысли до сих пор витали в кодах и сложных алгоритмах. — Но он не блефует. У него что-то есть, иначе бы не стал выходить на тебя напрямую.

Ирина усмехнулась, откинувшись назад и опершись на руки.

— А если и есть? — её голос был лёгким, почти игривым. — Мы ведь не боимся трудностей, правда?

Дмитрий наконец оторвал взгляд от экрана и повернулся к ней, в его глазах мелькнуло что-то тёплое, почти нежное. Он хотел что-то сказать, но замолчал, будто слова застряли где-то на полпути.

— Я что-то не так сказала? — Ирина приподняла брови, чуть склонив голову набок.

— Всё так, — он улыбнулся краем губ. — Просто ты иногда напоминаешь мне человека, у которого вообще нет страха.

Ирина улыбнулась в ответ, но в её глазах блеснуло что-то острое и чуть печальное.

— Может, просто я слишком хорошо его прячу, — тихо ответила она, глядя в окно, где тени от деревьев колыхались под лёгким вечерним ветром.

Дима шагнул ближе, сокращая расстояние между ними до едва уловимого вздоха. Его пальцы мягко скользнули по линии её подбородка, приподнимая его так, чтобы их взгляды встретились. В его глазах плескалось столько уверенности и одновременно какой-то едва заметной тревоги, что сердце Ирины дрогнуло.