Прижимается губами к моему лбу и учащенно душит, будто сдерживается из последних сил, чтобы не поцеловать.

- Ему даже находиться в том доме тяжело. Я не знаю, куда его увезти, чтобы спасти от этой боли.

- Не надо никуда увозить, Слав. Вы можете переночевать сегодня у меня, а завтра подумаем, что делать дальше.

Не знаю зачем, но произношу эти слова вопреки здравому смыслу. Где-то глубоко в душе понимаю, что вновь наступаю на старые грабли, но безнадежно влюблённое сердце не может оставить любимого мужчину и его ребенка в беде. Его глаза такие искренние, преданные и влюбленные, что даже не смотря на пережитые предательство и ложь, кажется, что именно сейчас он полностью открылся, растопив ледяную глыбу, возвышающуюся между нами. Поэтому, заглушив голос разума, поддаюсь своим чувствам и решаю дать Вячеславу второй шанс.

- Спасибо, Лер, я знал, что ты поймешь меня. И сможешь простить.

Вячеслав осыпает мое лицо поцелуями. И я раскрываюсь ему навстречу. Мы, как два изголодавшихся зверя, сатанеем и грубо сминаем нежную плоть губ друг друга. Рассудок полностью отключается. И я обвиваю крепкую шею руками, сильнее прижимаясь к тяжело вздымающейся груди. Мужские ладони скользят под ткань хлопковых шорт и сжимают упругие ягодицы. Издаю тихий стон. Запрокидываю голову назад и подставляю для поцелуев шею. Мужчина проводит по ней языком. Второй рукой проникает под футболку и начинает ласкать затвердевшие соски. Прикусывает их через тонкую ткань и оставляет мокрый след.

- Я так сильно скучал по тебе, моя сладкая девочка, что каждую гребанную ночь видел тебя в своих кошмарах.

Его потемневший, затуманенный взгляд встречается с моим. И я начинаю плавиться, как пломбир, под натиском любимых глаз. Опускаю руки и, взявшись за края футболки, стягиваю ее через голову, обнажая грудь. Мужчина издает гортанный рык и разворачивает меня к себе спиной. Поддаюсь чуть вперед и, облокотившись о стену, прогибаюсь в пояснице. Слышу звук расстёгивающейся ширинки и уже через секунду мои шорты и трусики летят вниз, а мужские руки хватают за талию и прижимают обнаженную попку к затвердевшему члену. Прежде, чем войти, Вячеслов дразнит мою возбужденную плоть, приставляя головку к разгорячённой промежности, а потом одним резким движением заполняет меня изнутри, срывая с губ приглушенный стон.

- Моя, - иступлено шепчет над ухом, и я растворяюсь в сумасшедших ощущениях, которые дарят быстрые толчки мужчины. Он совершенно не сдерживает себя, наоборот, таранит без остановки, но при этом умудряется быть бережным и аккуратным. Придерживает, не давая удариться о стену и целует каждый миллиметр спины и шеи. А я продолжаю стонать, выкрикивая любимое имя. – Да, кричи, моя сладкая девочка. Кричи, вот так. Хочу, чтобы все слышали и знали, что ты моя. Только моя.

Он ни на секунду не сбавляет ритм. Двигается уверенно, решительно и быстро. Наслаждение смешивается с приятной болью, образуя смешанный коктейль чувств. И я улетаю. Волна оргазма накрывает с головой. Внутри разливается тепло, а пальцы Вячеслава продолжают ласкать мой клитор, даря самые головокружительные ощущения из тех, что я когда-либо испытывала. Прикусываю губу, прогибаюсь сильней и уже в следующую секунду обмякаю в мужских руках.

Слава подхватывает меня и бережно опускает на постель. Улыбаюсь и закрываю глаза. Мужчина без лишних слов накрывает меня пледом, целует в уголок губ и выходит из спальни. А я засыпаю, погружаясь в приятный сон. Счастливая и немного уставшая.

ГЛАВА 7. НОЧНОЙ РАЗГОВОР

Просыпаюсь глубокой ночью. Вокруг очень тихо. Только настенные часы размеренным тиканьем и мое легкое дыхание нарушают тишину. Включаю светильник, висящий над прикроватной тумбочкой, и оглядываюсь по сторонам, Вячеслава нет. Взгляд падает на разбросанные вещи. Ловлю себя на мысли, что начинаю непроизвольно улыбаться. Возможно, если бы не они, подумала, что вечерняя встреча мне приснилась, а так была убеждена, что Слава действительно здесь был. В моей спальне. И сжимал меня в своих крепких объятиях.

Встаю и, желая поскорее его разыскать, накидываю на плечи атласный халатик и выхожу из комнаты. Ноги ведут в гостиную. Туда, где вчера вечером оставался смотреть мультики Егорка. В лунном свете получается разглядеть маленькое тело ребенка, мирно сопящего во сне. Вторая половина дивана пуста.

Обхожу оставшиеся комнаты и окончательно убеждаюсь, что в доме кроме меня и Егора никого больше нет. Возвращаюсь в спальню и набираю Вячеслава. В трубке долгие гудки. Никто не отвечает. Чувствую внутреннюю тревогу. Не понимаю, куда он мог уйти посреди ночи. Чтобы хоть как-то отвлечься, решаю принять душ.

После душа, завариваю зеленый чай и подхожу к окну. Через него открывается прекрасный вид на улицу. Небо на горизонте начинает светлеть. Позже появляется оранжевое зарево, обещая скорый рассвет. На часах четыре утра. Чай давно допит, а я продолжаю стоять и ждать возвращения любимого мужчины.

- Где же ты есть, - произношу вслух и с грустью вырисовываю на стекле всякие иероглифы.

- Папа поехал к маме?

Вздрагиваю от неожиданности, когда за спиной раздается тоненький осипший голосок. Оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с заспанным лицом Егорки. Мальчик стоит в дверях гостиной и, сжимая в руках подушку, смотрит на меня растерянными глазами. Сочувствующе улыбаюсь и присаживаюсь перед ним на корточки. Накрываю ладонью сжатые в замок руки и ободряюще отвечаю:

- Папа уехал по делам, но обещал скоро вернуться.

- А мама? – На глаза мальчика наворачиваются слезы. Голос дрожит, но он стойко держит себя в руках, чтобы не заплакать. – Когда папа ее отпустит?

- Отпустит? - Удивляюсь вопросу, не понимая, что мальчик хочет сказать.

Егор кивает. И молчит.

- Откуда отпустит? - осторожно переспрашиваю, боясь напугать ребёнка своей настойчивостью.

- Папа пору...

Не успевает мальчик договорить, как входная дверь раскрывается и на пороге появляется Вячеслав. В его руках две полные дорожные сумки. Смотрит на нас с нескрываемым удивлением. Взволнованный взгляд бегает от меня к сыну, и обратно.

- Что вы тут делаете? - спрашивает мужчина, отставляя сумки в сторону. - Почему не спите?

- Егор только проснулся, - отвечаю, поднимаясь в полный рост, - спрашивал, когда ты вернёшься. - взглядом даю понять, чтобы Слава смягчил голос.

- Папа уже вернулся, - мужчина подходит к сыну и берёт его на руки, - а тебе надо поспать. Ещё совсем рано.

Мальчик утыкается носом в мужскую щеку и крепко обнимает за шею. Пройдя мимо меня, Вячеслав несет сына назад в гостиную и укладывает на диван.

- Поспи, сынок, до утра еще есть время выспаться.

Укрывает сына теплым пледом и целует в маленький лоб. Хочет встать, но Егор хватает его за руку и тянет вниз.

- Пап, а когда мы поедем к маме?

Тело мужчины заметно напрягается. Он бросает скользкий взгляд в мою сторону и снова возвращает к сыну. Не могу разглядеть его лица. Но когда начинает говорить, слышу в голосе нотки недовольства.

- Поговорим об этом утром, а сейчас спи.

Егор неуверенно кивает и, отвернувшись к стене, натягивает плед на голову. Слава встает и подходит ко мне вплотную, берет за руку и ведет в сторону спальни. Закрыв за нами дверь, прижимает меня к ней спиной и тут же целует в губы.

- Не виделись каких-то несколько часов, а я уже соскучился. - Обволакивает мое лицо ладонями. Смотрит в глаза. - Почему не спишь?

- Проснулась и не смогла без тебя уснуть, - тону в водовороте потемневших глаз. – Ты ездил за вещами?

- Да, собрал кое-что необходимое на первое время, - наматывает прядь волос на палец и прижимается к ним носом, - ты так вкусно пахнешь. Один только твой запах заводит меня с пол-оборота.

Его уверенный взволнованный голос ласкает слух. Чувствую, как внутри закипает уже знакомое желание. Но мысли о ребенке не дают окончательно расслабиться. Понимаю, что не успокоюсь, пока не узнаю, о чем он хотел рассказать.