Нужно уходить от темы моей семьи, надо срочно сместить фокус.

— Твоя очередь, — произношу я. — Расскажи про себя. Семья? Дети? Жена? Кошки?

Сергей слегка ухмыляется, потом отходит назад и лениво оседает на диван.

— Я не женат, — спокойно говорит он, закидывая руку на спинку дивана. — Детей нет, вместо кошек предпочитаю собак. У меня есть старший брат. Родители живы, но уже пожилые. Они живут в глухой деревне, им там спокойнее.

Что ж, он принял правила игры. Возможно, мне удастся что-то выведать у него.

Он слегка наклоняет голову.

— Теперь моя очередь.

— Конечно, — я присаживаюсь на другой край дивана, поджимаю здоровую ногу под себя, травмированную вытягиваю вперед.

— Почему ты стала хакером? Кто тебя этому научил?

Так, пока можно выдохнуть, этот вопрос безопаснее. Здесь можно говорить правду.

— Папа, — отвечаю тихо. — Он был очень хорошим программистом. Он писал программы по защите данных, всякие там серьезные вещи, — я улыбаюсь уголком губ, вспоминая его теплый голос. — Но он говорил, что нельзя защищать крепость, если не знаешь, как ее могут взять штурмом.

Я смотрю в сторону, будто вижу старый монитор, запах кофе, и его ладонь на моем плече.

— Он показал мне все. И светлую сторону, и обратную.

Я встречаюсь с заинтересованным взглядом Юшкова.

— А у тебя есть слабое место? — спрашиваю я как бы невзначай. — Может, дело какое-то. Такое, что до сих пор не выходит из головы?

Я стараюсь не вызвать в нем подозрение, но внутри меня натянута стрела. Я слежу за его поведением, пытаюсь уловить трещину в броне, потому что где-то далеко сидит человек, который ждет от меня информации.

Сергей смотрит куда-то поверх меня, потом выдыхает и расслабленно откидывается на спинку дивана, расставляет ноги, кладет на живот руки, скрещенные в замок. Пружины тихо скрипят под его весом.

— Полно, — говорит он, глядя в стену.

— Человека убивал?

— Нет, — щурится он.

— Серьезно?

— Да.

Я не верю, это явно читается по моему лицу, и именно в этот момент Сергей поворачивает голову ко мне.

— Ты мне доверяешь? — он смотрит на меня.

Вопрос бьет неожиданно и хлестко, а Сергей не отступает.

— Отвечай только честно.

Я сглатываю.

— Нет.

У него нет ни вспышки злости, ни раздражения.

— Хорошо.

— Но, — добавляю я осторожно, — я могу довериться тебе. Если разрешишь мне покидать эту квартиру.

Его взгляд становится острее.

— Почему ты так стремишься выйти на улицу?

Я отвожу глаза, будто думаю.

— У меня зарядка на ноутбуке села. А шнур мы не взяли.

— И ты решила вернуться в коммуналку? — уточняет он.

Я пожимаю плечами.

— Снаряд ведь не падает в одну воронку? И я уверена, что там засада из ваших людей. Они проследят, чтобы со мной ничего не случилось.

— Исключено, — без раздумий отрезает он. — Я сам съезжу за твоими вещами.

— Я с тобой, — выпрямляюсь я.

Сейчас в его голове решается не вопрос поездки, решается вопрос контроля.

Кто ведет: он или я?

И я чувствую, что мне надо его додавить.

— Сергей, я не пленница, — говорю мягче. — И не груз. Если ты хочешь, чтобы я тебе доверяла, не запирай меня здесь одну.

ГЛАВА 22.

Маша

Я сижу на заднем сиденье автомобиля и смотрю в лобовое стекло. Машина стоит не возле здания, а в стороне, под деревьями. Коммуналка видна отсюда кусками: облезлый фасад, знакомые окна, тот самый подъезд.

Сергей держит руки на руле. Он спокоен и собран, будто приехал не на потенциально опасный объект, а за хлебом.

— Ждешь здесь, — сухо говорит он.

Я наклоняюсь вперед между сиденьями.

— Нет.

Он даже не поворачивает головы.

— Мария, приказы не обсуждаются.

— Мне нужно забрать свои вещи. Я не могу ходить в одном комплекте одежды.

Голова Сергей поворачивается из стороны в сторону, он следит за обстановкой, происходящей за пределами этой машины.

— Я сам возьму, — уверенно отвечает он.

Я невинно моргаю, и тут мне в голову приходит отличная идея.

— Отлично. Тогда обязательно загляни в ящик слева от кровати. Там лежит мое белье, можешь выбрать на свой вкус трусики и лифчики.

Он резко поворачивает голову, хмурый взгляд впивается в меня, а я сохраняю беззаботный вид.

А что? Сам сказал возьмет!

— Ты идешь со мной.

Я откидываюсь назад, пряча улыбку. Вот так бы сразу.

В этот момент передняя дверь открывается, и на пассажирское сиденье садится мужчина. Он в обычной одежде, неприметный, из тех, кого не запоминаешь. Он бросает короткий взгляд на меня через плечо и переключается на Сергея.

— Никаких поползновений в сторону комнаты объекта.

Я морщусь.

«Объекта».

Сухари бесчувственные. Их набирают по признаку отсутствия эмпатии?

А мужчина продолжает четким тоном:

— Окно заменили. Порядок в комнате навели. Соседи успокоились.

Сергей кивает.

— Посты?

— Дежурят. Все чисто.

Я слушаю и чувствую странное раздвоение. С одной стороны меня накрывает облегчение. Значит, туда можно зайти и взять все, что мне так необходимо. С другой, меня передергивает от того, как легко меня упаковали в формулировку «объект». Точка на карте. Файл.

Мужчина выходит из машины так же тихо, как и появился.

Сергей глушит двигатель и смотрит на меня через зеркало заднего вида.

— Идешь за мной, ни шага в сторону. Поняла?

Я киваю.

Мы выходим, воздух холодный и сырой. Двор все тот же: мусорные баки, облупленные лавки, чьи-то крики из окна.

Юшков идет первым, передо мной двигается широкая спина, уверенные шаги. Я держусь позади, стараясь не хромать заметно. Подъезд встречает нас привычным запахом сырости, сигаретного дыма и чего-то жаренного на старом подсолнечном масле.

Каждый шаг отдается эхом. Мое сердце стучит быстрее, когда мы поднимаемся по лестнице.

Я знаю, что сейчас откроется дверь, и там будет моя комната, моя жизнь, которую мне пришлось оставить в прошлой версии себя.

Лестница скрипит под ногами, лампа на пролете моргает.

Но тут все происходит за секунду. Из коридора вываливается какой-то мутный тип, от него жутко воняет перегаром. Он сильно задевает меня плечом, я теряю равновесие и почти налетаю на стену. Только и успеваю, что ухватиться за край перил.

— Ой, извините, — бормочет он заплетающимся языком.

Я уже собираюсь огрызнуться, и смотрю ему в лицо.

Усы. Щетина. Пьяный прищур.

Но глаза.

Они все держат под контролем, в них нет помутнения или опьянения. Я знаю эти глаза.

Внутри все резко сжимается.

Это Серый кардинал!

Сергей реагирует мгновенно, он хватает мужика за ворот и прижимает к стене.

— Осторожнее, — рычит он тихо, но так, что воздух вокруг сотрясается от страха.

Тип поднимает руки.

— Да извинился я, — икает он и протяжно выдыхает Сергею в лицо, отчего тот морщится. — Не хотел.

Серый кардинал выглядит идеально убедительно. Плечи обвисшие, потрепанный вид, речь вязкая.

Я молчу и почти не дышу.

Что он задумал?

Кардинал на секунду переводит взгляд на меня, будто случайно, но сразу же его отводит.

Никакого узнавания, никакого сигнала.

Юшков отпускает его, и он уходит, шаркая старыми тапочками по коридору, а затем и вовсе исчезает за углом.

— Ты нормально? — смотрит на меня Сергей, его взгляд опускается на мое колено.

— Да, — отвечаю слишком быстро.

Он изучает мое лицо еще секунду, но ничего не говорит. Мы продолжаем идти к комнате. На моей двери уже нет амбарного замка, в нее врезан аккуратный «человеческий» замок. Сергей открывает, я захожу внутрь.

Комната кажется меньше, чем я помню, и чище. Стекло новое, на полу нет ни одного осколка. Ничего здесь не говорит о том, что здесь хотели убить человека.

Я беру свой рюкзак, открываю шкаф и начинаю складывать вещи. Летит все: футболки, джинсы, белье, зарядка, документы, спортивки.