Каждое касание дурманит мое сознание и будоражит кровь.

— Сядь на коленки и сними с себя шорты, — шепчет облизывая свои губы.

— Зачем?

— Сделай, как я сказал! — произносит хрипом и взгляд его становится маниакально опасным.Не сводя глаз, снимаю с себя шорты, забираюсь на сиденье, поджимая под себя ножки.

— Умница, а сейчас продолжай, — разглядывает с похотливой улыбкой притягивает к себе. Сглотнув слюню, вновь опускаюсь, с жадностью поглощая его плоть.В голове вой мыслей, вопросов, противоречий, а в теле приятное нарастающее возбуждение, словно окунаясь в огонь, начинаю сама гореть от его рук, голоса, шепота…Его пальцы, протискиваются между моими ножками. Оттягивает трусики...Вздрагиваю...

— Не отвлекайся! — глухим голосом произносит, гладит мою промежность, чуть касаясь, до долбящего в возбуждении, клитора. Стон вырывается из груди, когда его пальцы медленно и аккуратно проникают в мое горячее лоно. И начинается моя борьба с самой собой. Моя уже почти проигранная, когда он растирает влагу на моих складках, а я смачно обсасываю его член, в желании, чтобы он оказался во мне. И протяжные стоны, в ответ на его действия, сдают меня окончательно.Щеки горят, зарядом бьет весь низ, отдаваясь в ногах. Начинаю ерзать на его ладоне, ощущая пальцы в себе.Надавливает на мою голову, прижимая к своему паху, глубоко и протяжно дыша, чувствую его нарастающую мощь во всем теле. Резко кончает мне в ротик, не отпуская, не давая подняться, двигая пальцами еще сильнее и увереннее.

«Боже, что это...нельзя!!!» — разум кричит.

Отшвыриваю его руку со своей головы, вскакиваю, освобождаюсь от его пальцев.Выдыхая, откидывает голову на спинку сиденья, таращась на меня, открывает запотевшее окно, не торопясь закуривает сигарету.

— Ты так боишься кончить от меня, — усмехается, — но ты еще не догоняешь, что ты уже моя, — подмигивает, закусывая нижнюю губу.

— Я свободна? — осипшим голосом шепчу, натягивая мокрый топ.

— На сегодня, да, — прищурившись сквозь едкий дым.

Открываю дверь, смотрю на ливень, на образовавшиеся глубокие лужи, вздрагиваю от вспышки яркой молнии.

— Сиди уже, закину, — подправляя штаны, заводит авто.

Сквозь бушующий ливень машина медленно выезжает со стадиона, по знакомому маршруту, ведущему к моему дому.Телефонный звонок...

— Да, Краш, — сдвинув брови, сконцентрировано уставившись на дорогу.

— Чего, бля?!! Да нууу, — извергается в хохоте, постукивая руль, — гонишь? прям откусила?

— А ты сам разрулить не можешь? Тёлки на тебе, на хуй меня дергаешь из-за этого кипиша? — улыбка слетает с губ.

— А Максу звонил?

Оборачивается на меня, резко тормозя, покусывая губы.

— Ладно, понял, сейчас подъеду! Ты в больничку вали, чтобы в теме был! — откидывает мобильник.

— Позже завезу тебя, — не оборачиваясь на меня, круто выворачивает руль, выезжая на дорогу.

Сижу, жмусь от холода. Мокрая одежда неприятно липнет к коже, от волнения покусываю губы, прохладными ладошками успокаиваю горящие щеки, сжимаю ноги, в попытках унять вспыхнувшее возбуждение, влажные трусики натирают пульсирующие складки.Всматриваюсь в бьющие капли дождя, смахивающиеся дворниками, задумываюсь о своем будущем. «Что же меня ждет? С каждым днём я затягиваюсь все глубже, совершая ошибку за ошибкой» — мотаю головой, ругая себя, что вовремя не призналась во всем Максу.

«Я точно шлюха! Все так, как он говорит!» — искоса поглядываю на сконцентрированное лицо Спайса.Машина замедляется, въезжая за ограждение закрытого городского парка.

Медленно проехав по пешеходной дорожке, в кромешной тьме, останавливаемся напротив трех машин с включенными фарами, устремленными в нашу сторону. Спайс, сосредоточенно окидывает взглядом тачки, подняв ладонь на уровень глаз, от слепящего света.Фары гаснут и из машин высыпаются братки.

— Сиди и не высовывайся, — пробубнил, доставая с заднего сиденья свою олимпийку.

— А пушка есть? — обескуражено перевожу взгляд с амбалов на него, чувствуя опасность. — Ты один! — шепчу, как будто опасаясь, что нас услышат.Резко поднимает на меня удивленные глаза, улыбаясь краешком губ.

— Прикроешь? — подмигивает, выпрыгивает из тачки, подходит к мужчинам, поочередно протягивая руку.

Приглушаю музыку, всматриваясь вперед. Через открытое окно с его стороны, доносятся обрывки фраз.

— Отвечать, Спайс, придется за шлюх своих. Грек в больничку загремел, надо бы рассчитаться по понятиям, — самый широкоплечий, бритый молодой бугай, вальяжно крутя в пальцах брелок от тачки, стоящий напротив Кира.

— Не растягивай резину, кидай ваши условия и расход. Шлюхи наши, я отвечаю за них, — отчеканивает в ответ, явно ожидая быстрого исхода.

— Мы в доле с вами по металлу, — исказив подобие сурового выражения лица.

— Да ты, бля, гонишь?! — в ответ взрывается смехом. — За покоцанный член своего кореша, на лямы нас разводишь?! Неее, так дела не решаются, — в отказе кивает головой, убирая руки в карманы.

— Твоя телка откусила у нашего кореша...

— За базаром следи, она мне не телка, а шлюха, которую вы сняли! — взгляд моментом меняется, цедит сквозь зубы, приблизившись, нависая над ним. — Повторю тебе, я готов отвечать по понятиям, но не рассчитывай на лёгкий куш. Попытка номер два, я жду!Бугай мнется, озирается на своих братков, отщелкивает сигарету.

— Двести штук и нам подгон первоклассных шлюх, — выдыхая, отступает назад.

Минутная, напряженная тишина, все глаза устремлены на Спайса, который не сводит пристального взгляда с бугая.

— Да хуй с тобой! Базар, — протягивает руку.

Смотрю, от волнения дыша через раз, впервые пребывая на стрелке, настороженно рассматриваю всех присутствующих.

Из внедорожника в это время выволакивают за волосы полуголую девушку, в ссадинах, с разбитым лицом, кидая на асфальт к ногам Спайса.

— Её в расход, это наше условие, — монотонно произносит бугай, плюнув на обнаженную спину девушки, — Эта косячница ответит должна! Всматриваюсь и узнаю в этой бедолаге, знакомую официантку из Ориона, которую я не видела уже пару месяцев. Холод проносится по спине, тысяча северных мурашек охватывают все тело.

— Лена?! — шепчу, в ужасе, прикрывая рот ладонью.Добрая девочка, совсем юная, приехавшая из деревни на заработки, в помощь своей больной маме и маленькому брату, отсылая каждый месяц почти всю свою зарплату. Она мне много и очень много рассказывала откуда она родом, о своих родных, каждый раз с восхищением и умилением описывала младшего Илью и жениха Сергея — её первую любовь, еще с первого класса.

И сейчас она сидит на мокром асфальте, побитая, дрожащая в страхе, не поднимая глаз, вытирает сочащуюся кровь из носа.Спайс кидает брезгливый взгляд, отходя на шаг.

Глядя на нее, с невыносимым желанием защитить эту девочку, выпрыгиваю из машины. Подбегаю к ней, падаю на колени, обнимаю.

— Леночка! Как же так?! — укутываю руками её от посторонних глаз, ужасаюсь видом ссадин, сломанным носом.Замечаю, что все мужчины расступаются, с интересом наблюдая за нами, лишь Спайс, словно скала, не качнувшись, прожигает убийственным взглядом.

Лена, вцепляется в меня, начинает рыдать в голос…

— Саша, это не я, я не хотела этого, — всхлипывает, утыкается мне в шею, — Максим меня обманул, он говорил … я боюсь, помоги мне, — шепчет, с опаской оборачивается на присутствующих, — мама, моя мамочка одна...Илюша...Саша, божее, — вскрикивает, прижимаясь крепче дрожащим телом.

— Тише, тише, все будет хорошо, — сидя в обнимку с ней, гладя её мокрые белокурые волосы. — Спайс, прошу, — взмолилась я, вкладывая всю неприкрытую горечь и надежду в свой взгляд.

— Пошла быстро, сука, в машину, — сквозь дрожащие желваки шипит, наклонившись к моей голове.

— Я не оставлю её! — выкрикиваю, кидая на него решительный взгляд. — Животные! Вы не мужики, вы хуже смарчков! — озираюсь на всех присутствующих.

Бугай усмехается, проходясь по мне липким взглядом.Подходит, присаживается на корточки, разглядывает меня с кривой улыбкой. Лена, от его вида, сильнее обхватывает мои плечи, от страха буквально перестает дышать.